Спускаясь к тебе

Голова слегка кружится, но от счастья. Я даже не могу припомнить, как называются напитки, которые заказывает для нас Шоуни. Просто знаю, что они вкусные. И до чертиков крепкие! Вау!

– Ну когда уже придет стриптизер? Я готова к танцам! – кричит Джинджер – сумасшедшая, сама не своя до молодых мужчин барменша. Мы с ней вместе работаем в спортбаре «У Тэда» в Солт-Спрингсе, Джорджия. Джин и в обычной обстановке ведет себя диковато, но стоит ей оказаться в каком-нибудь странном новом заведении в городе вроде Атланты, и она превращается в настоящую тигрицу – полный улет. Р-р-рав!

Джинджер глядит на меня и ухмыляется. В тусклом свете ее белесые волосы приобрели желтоватый оттенок мочи, в бледно-голубых глазах блестит дьявольский огонек.

Я настороже и спрашиваю удивленно:

– Что такое?

– Я поговорила с управляющим. Он придет проверить, поможет ли Шоуни стриптизеру стаскивать паскудные тряпки, которые на нем будут. – Джинджер бешено хохочет. Я тоже не удерживаюсь от смешка. Она кого угодно достанет.

– Райан прибьет ее, если узнает, что она срывала одежду с другого мужчины, пусть даже это было на девичнике!

– Он ничего не узнает. В кабинете остается то, что происходит за его дверями, – небрежно бросает Джинджер.

– Может быть, ты хочешь сказать: за дверями кабинета остается то, что там происходит?

– Именно это я и сказала.

Я усмехаюсь:

– Ох, ну ладно.

Глядя, как она прикладывается к своему нейротоксичному напитку, я посмеиваюсь и отдаю предпочтение воде. Кто-то должен сохранять ясность ума, хотя бы частично. Пусть это буду я. Сегодняшний вечер посвящен Шоуни. Я хочу отправить ее в замужнюю жизнь по высшему разряду. Сомневаюсь, что непременным атрибутом наилучшей из возможных вечеринок является волочение полумертвых гостей до дому или выскребание блевотины из туфель виновницы торжества.

Стук в дверь одного из кабинетов заставляет всех повернуть головы. Девчонки тут же начинают смеяться, кричать и улюлюкать.

Боже правый, надеюсь, это стриптизер, а не коп или еще кто похуже!

Дверь открывается, и в комнату входит невероятно красивый парень. Кажется, я таких никогда не встречала. На вид ему немногим больше двадцати, он высок и сложен как футболист – широкие грудь и плечи, мускулистые руки и ноги, тонкая талия. Сверху донизу одет в черное. Но больше всего впечатляет лицо.

Ну и офигительный же красавчик!

Темно-русые волосы коротко подстрижены, черты лица точеные. Парень осматривает комнату. Не могу сказать, какого цвета у него глаза, вижу только, что темные. Он открыл рот, чтобы заговорить, но тут как раз добрался взглядом до меня, моргнул и замер.

Я смотрю в его глаза, как загипнотизированная, все еще не могу определить цвет, но, кажется, радужки почти черные. Свет льется из дверного проема за спиной незнакомца, и глаза похожи на чернильные лужицы. Парень едва заметно склоняет голову набок и наблюдает за мной.

Из-за этого я начинаю нервничать и одновременно возбуждаться. Почему – сама не знаю. Нет никаких причин ни для нервяка, ни для похоти. Но я испытываю и то и другое. Дрожу мелкой дрожью, внутри все сжимается, мне становится жарко.

Мы продолжаем смотреть друг на друга, когда Джинджер встает, затаскивает парня в комнату и захлопывает за ним дверь.

– Ну, Шоуни, давай поставим твою одинокую жизнь на прикол, как положено.

Остальные девчонки начинают визжать и подбадривать ее. Шоуни улыбается, но мотает головой:

– Ни за что! Это не для меня!

Двое из подружек будущей невесты проявляют настойчивость – они обступают Шоуни и пытаются, взяв под руки, поднять ее.

Она отклоняется назад и активнее трясет головой:

– Нет, нет, нет. Я не хочу. Занимайтесь этим сами.

Шоуни начинает выворачивать руки, чтобы освободиться, но подружки крепко вцепились в тонкие запястья. Несчастная смотрит на меня, широко раскрытые карие глаза говорят обо всем, что мне нужно знать: ее сводит с ума сама идея.

– Лив, помоги! – Я поднимаю руку, спрашивая жестом: «Что ты хочешь, чтобы я сделала?» Она кивает в сторону красавчика, маячащего за спиной Джинджер. – Сделай это ты!

– Ты спятила? Я не буду раздевать стриптизера!

– Пожалуйста! Ты ведь знаешь, я бы сделала это для тебя.

Что правда, то правда. Проклятье!

Какого черта самую неуклюжую и застенчивую девчонку в мире втягивают в такие дела?

И как обычно, я отвечаю самой себе: «Потому что она легко на все поддается».

Набрав в грудь воздуха, я встаю и поворачиваюсь к нашему Крутому Стриперу, намеренно чуть-чуть вскидываю подбородок. Он продолжает следить за мной дымящимися угольными глазами.

Я делаю шаг к нему, он очень медленно поднимает бровь.

Меня бросает в жар.

«Должно быть, от выпитого, – думаю я. – Так и есть».

Чувствуя, что краснею, и слегка задыхаясь, я делаю еще один шаг.

Крутой Стрипер пятится подальше от Джинджер, чтобы лучше рассмотреть меня. Он складывает руки на груди и ждет; одна бровь так и остается изумленно выгнутой. Он не собирается облегчать мою участь. Я должна справиться сама, как просила Джинджер.