Чтение онлайн

Дитрих ждал меня при выходе из Академии. Он стоял и ритмично подбрасывал в руке маленький темный камешек. При моем появлении камешек переместился во внутренний карман, а партнер необычайно оживился. Наверное, ему тоже больше нравится заниматься расследованием в хорошей компании.

– И как? – спросил он. – Удалось добраться до нужного дела?

– С трудом, но удалось, – с гордостью ответила я. – Вы были правы. Дар у него был.

– Причина утери?

– Не указана. Точнее, указана таким странным символом. И вообще, там столько всего странного…

Я начала рассказывать, как всполошилась архивистка, когда я ее спросила о значении символа, как заявила, что это дело она мне не давала и знать мне ничего не нужно, и как стерла «ластиком» мои записи.

– Странно, – сказал Дитрих. – А какой символ там был?

Я открыла тетрадь и изобразила на чистой странице подобие того, что было в деле Эггера-старшего. Дитрих смотрел, хмурился, но ничего не собирался прояснять. Поэтому я не выдерала и спросила сама:

– Что он значит?

– Конкретно такой ни разу не видел, – неохотно признался Дитрих. – Похож на один из тех, что знаю, но значения похожих символов могут сильно отличаться.

– Где-нибудь эти символы можно посмотреть? – уточнила я. – Я пока даже похожих не видела.

– Открыто их нет, – ответил он. – Знаете ли, Линда, эти символы, они как раз к запрещенной магии относятся.

– И что могли у нас в Академии маркировать символом из запрещенной магии?

– Мне почему-то кажется, что запрещенные действия, – непонятно ответил Дитрих. – знаете что, Линда, давайте мы навестим Карла? Помните менталиста, который пытался восстановить утраченный вами фрагмент памяти?

Менталиста я прекрасно помнила, но навещать его или кого другого мне не хотелось.

– Честно говоря, мне не до визитов в гости, – честно ответила я. – Я устала и хочу есть.

– Мы ненадолго. Только спросим, знаком ли ему этот символ, и уйдем. потом пойдем ужинать в кафе. Что скажете?

– Скажу, что с вашими финансами кормить девушек в кафе неразумно, – невольно улыбнулась я.

– Так я не всех девушек собираюсь кормить, а только одну конкретную, – возразил он. – Линда, сейчас с деньгами у меня не самый легкий период, это да, но от одного посещения кафе в вашей компании я не разорюсь.

Было заметно, что его обидело мое желание сэкономить ему немного наличных. Что ж, хочет меня накормить – пусть кормит, возражать больше не буду. Ему лучше знать, разорится он на ужине или нет, а я постараюсь ничего дорогого не заказывать.

– Хорошо, пойдемте к вашему Карлу, – покладисто сказала я.

Дитрих расцвел в улыбке, взял меня под руку и спросил:

– Больше в деле ничего интересного не было?

– Сплошные похвалы, – ответила я. – Но вот что мне показалось подозрительным. Там было указано имя невесты брата Штефана – Магдалена. Оно, конечно, не слишком редко встречается…

– Не слишком. Но в нашем деле пока одна Магдалена, – задумчиво сказал Дитрих.

Одна, наглая рыжая инора Кремер, которая спит до полудня и использует в своих целях Штефана. И мне почему-то казалось, что именно она была невестой Эггера-старшего…

По дороге Дитриху пришло в голову, что Карл может быть еще на работе, тогда лучше сначала поужинать. Но меня саму гнало вперед любопытство, поэтому я возразила, что можем сначала проверить и уж потом, если окажется, что менталиста нет дома, пойти в кафе. Да, голод меня сейчас мучил намного слабее, чем любопытство. Что говорить, я почти забыла, что хочу есть, когда поняла, что могу узнать что-то тайное, то, что испугало невозмутимую архивистку до потери контроля над собой.

Менталист был дома. Более того, он даже обрадовался нашему приходу.

– Дирк, хорошо, что тебя принесло! – он радостно стукнул по плечу Дитриха. – Я уже сам думал тебя искать.

– А что случилось?

Карл посмотрел на меня, недолго подумал и сказал:

– Пожалуй, разговор не для чужих ушей. Потом расскажу, не срочно. Зайди завтра-послезавтра, хорошо?

Я невольно обиделась, что меня считают чужой, хотя и прекрасно понимала, что у них могут быть секреты.

– Линда не чужая, – запротестовал Дитрих. – Мы с ней партнеры.

– Уже партнеры? – усмехнулся Карл. – Прошлый раз еще была секретаршей.

– Согласись, что держать квалифицированного алхимика в секретаршах, по меньшей мере, странно.

– Соглашусь, – ответил менталист. – А также не удивлюсь, если при нашей следующей встречи у твоего партнера будет уже другой статус. Кстати, что там с твоей лицензией?

– Что-что… Проверяется. Это отзывают быстро, а возвращать будут неизвестно сколько, – проворчал Дитрих и недовольно поморщился. – Так что ты хотел мнe сказать?

– Давай пока выкладывай, зачем пришел, – попытался отвлечь нас Карл. – Ты же не просто забеал узнать, как я себя чувствую.

– Чувствуешь ты себя великолепно, я вижу, – усмехнулся Дитрих. – На забежали мы не поэтому, – он взял тетрадь, в которой я изобразила странный символ, раскрыл в нужном месте и протянул собеседнику. – Встречал такое?

– Ох ты ж, – присвистнул Карл. – Это во что вы вляпались, что при расследовании такое вылезло?

– Таое что? – почти хором спросили мы с Дитрихом.

– Знак означает блокировку Дара по решению Совета Магов, – пояснил менталист.

– И за что блокируют? – деловито спросил Дитрих.

– За серьезные нарушения магической этики, чаще всего – за занятия запрещенной магией. Но вот ведь какие дела – блокировка делается как раз одним из запрещенных заклинаний.

– То есть сами же и нарушают, – влезла я в разговор.

– Именно, – серьезно ответил Карл. – Нo нарушают вынужденно, поскольку в классической магии нет заклинаний пожизненной блокировки. Только временной. Но одно могу сказать точно – блокировка применяется редко, а причина для такого для такого решения должна быть очень и очень серьезной. Более того, все члены Совета должны дать свое согласие.