Чтение онлайн

Пленный молчал. Его лицо на глазах распухало, покрываясь волдырями светового ожога.

Убедившись, что внятного ответа не будет, взводный обернулся.

— Кашперо, свяжи его, пусть пока полежит. Тащить с собой нет смысла. Рот заткни, чтобы не орал, зачистим здание, там разберемся.

Паша неодобрительно посмотрел на Дугласа.

— Нет, — отрезал его взгляд лейтенант. — Понимать надо — либо сразу, либо никогда.

Сытников сплюнул.

— Пошли, — Он подтолкнул Антона к выходу.

Ошибался лейтенант. Ой, как ошибался, только крови еще недостало, чтобы понять это. Одна была отсюда дорога, прямиком в ад, и никакие индульгенции тут не помогут. В одну воду дважды не войдешь, то, что было «до», теперь останется прошлым, невозвратным прошлым. Их сознание уже изменилось, но из-за усталости, постоянного стресса или еще по каким-то сугубо внутренним для каждого причинам в этом не было сил признаться даже самому себе…. Два следующих кабинета по правую руку оказались пусты. В последний, пятый, за выбитой дверью которого гулял ветер, Сытников не стал бросать гранату — сразу за порогом плита пола, кренясь, уходила вниз, стен комнаты уже не существовало, — это «Хоплит» постарался при первом залпе.

— Все, на третий этаж, — устало скомандовал Дуглас.

На третьем этаже здания гулял ветер. Врываясь сквозь обугленные дыры в стенах, он завывал меж согнутых прутьев обнажившейся арматуры железобетонного каркаса. Пахло порохом.

Антон раньше не знал этого запаха. В процессе обучения и дальнейшей службы он имел дело исключительно с импульсным оружием, которое работало на принципе электромагнитных катушек-ускорителей, разгоняющих заряд по каналу ствола без участия химической реакции окисления таких веществ, как порох.

Здесь, на Хаборе, ему впервые пришлось столкнуться с древними технологиями. Техника и вооружение ганианцев, захвативших космопорт, отличались удивительной пестротой. В ход шло все, начиная от ультрасовременной экипировки и заканчивая такими архаичными образцами, как автоматическое стрелковое оружие времен Первого Рывка.

Откуда они брали его, как пополняли боезапас, оставалось только догадываться.

Бойцы рассыпались по этажу, прочесывая помещения.

Полынин держался вместе с Пашей. Нервная дрожь по-прежнему колотила его, но это чувство перевозбуждения стало уже терпимым, привычным, в глазах больше не мутилось, а острота восприятия понемногу притуплялась, сменяясь усталостью… Хотелось хоть на минуту присесть, привалившись спиной к выщербленной пулями стене, и отдышаться…

Ворвавшись в очередное помещение, они увидели там зловещую картину: наружная стена офиса обвалилась, осев внутрь кабинета пологой грудой крупных обломков. Из-под этого оползня торчали ноги и рука человека с раздавленными в кровавое месиво пальцами, чуть поодаль, отброшенная взрывом, валялась покореженная тренога, на которой крепился крупнокалиберный пулемет неимоверно древнего образца.

Антон никогда не видел подобного огнестрельного оружия.

Паша Морок мельком глянул на засыпанный бетонным щебнем труп и сплюнул в сторону.

— Дострелялся, гнида…

Полынин сдержанно кивнул, обходя завал стороной. Хоть его желудок уже вроде бы научился сдерживать спазмы при виде разорванных человеческих тел, но лишний раз смотреть на фрагменты раздавленного тела не хотелось, и он, обойдя завал, присел подле перевернутой треноги странного оружия. Пулемет казался угловатым и громоздким, металл его кожуха был черным, мутный глянец покрывали свежие царапины, сбоку из казенной части торчал огрызок неизрасходованной ленты, в которой тупо блестели жала снабженных гильзами боеприпасов…

— Ни хрена себе… — Сытников присел рядом, разглядывая трофейный механизм. — Это тебе не двенадцатый импульс… — Он коснулся пальцем тускло-желтого заостренного жала крупнокалиберной пули. — Такая, если попадет, — хана, все кишки на себя намотает… — прокомментировал он.

— Как из них стреляют, не пойму, — недоуменно высказался Антон.

— Погоди, узнаешь, — невесело усмехнулся Павел. — Кончится боезапас к «ИМу», будешь рад и такому монстру. Пацаны пробовали, говорят, ничего, жить можно, только отдача сильная, синяки потом на плечах, да и приноровиться надо. Ладно, пошли, чего глазеть.

— Брать не будем?

— А на хрена? Видишь, у него ствол погнут. Пусть валяется, уже отстрелял свое.

— Ладно, пошли.

Они вернулись в коридор. Этаж зачистили без проблем, пилот «Хоплита», что ни говори, постарался, некоторые снаряды пробили даже коридорные стены, оставив в них уродливые, закопченные дыры.

— Антенны свалил, дундук… — зло констатировал лейтенант, разглядывая сквозь провал в полу изогнутые под разными углами покореженные крепления спутниковых тарелок, с которых свисали обрывки кабелей. — Как я теперь на связь выйду?

— А резерв? — бесцеремонно вступил в разговор Сытников, который чувствовал себя с лейтенантом на равных. — Вон Кашперо, он у нас кибернетик, или как? Пусть работает, мы прикроем.

— Дело, — одобрил лейтенант. — Кашперо, ко мне! — Он поднял к губам руку и произнес в коммуникатор: — Броня, мы закончили зачистку. Подтягивайся к зданию.

Коммуникатор сухо щелкнул, потом по громкой связи раздался вопрос:

— Зачем?

— Будешь прикрывать подступы. Мы попробуем восстановить узел спутниковых антенн, чтобы связаться с базовым кораблем высадки. Сдается мне, что эта башня — ключик ко всему комплексу порта, так что дремать нам тут не дадут.

— Понял, подхожу.

Лейтенант опустил руку и обернулся.

— Кашперо, осмотрел пункт связи?

— Да.

— Сколько понадобится времени на ремонт?

— В диспетчерской все цело. Обрыв питания, нет основных антенн, а так консоли вроде не повреждены. Если кинуть кабель от бортовой сети «Хоплита» и установить новую тарелку, то сориентироваться на корабль — нет проблем.

— У тебя никогда нет проблем… — буркнул в ответ лейтенант, обдумывая что-то свое. — Ладно. — Дуглас посмотрел сквозь выбитый дверной проем на панораму голого стартопосадочного поля. — Давай, действуй, тебе в помощь даю Жевье, вы, похоже, уже сработались, найдите запчасти и займитесь установкой тарелки, а мы пока оборудуем позиции.