Чтение онлайн

– А ты, оказывается, лихой ездок, – сказал Андо, с удивлением глядя на друга. Он-то думал, что ему еще ждать и ждать – на его памяти Мияшта ни разу не приходил вовремя.

Вместо ответа Мияшта улыбнулся, припарковал велосипед на краю тротуара и, приобняв Андо за спину, повел его на небольшую ресторанную улочку. На этой улочке у каждого дома висел, зазывая клиентов, красный фонарь. Мияшта уже отдышался и теперь мог говорить.

– Кажется, я знаю, почему там было зашифровано слово «мутация»!

Теперь ясно, почему толстяк примчался на велосипеде, – ему не терпелось поскорее рассказать Андо о своей гипотезе.

– Ну и почему же?

– Э, нет. Сначала мы с тобой сядем, закажем по кружке пива, а потом уже поговорим.

Нырнув под короткую занавеску, какие обычно висят в японских заведениях на входе, они оказались в ресторанчике. Андо успел прочесть на занавеске надпись «Говяжий язык». Мияшта даже не спросил, чего он хочет, – стоило им переступить через порог, и толстяк громогласно заказал две кружки пива и язык в соленом соусе. Похоже, он был знаком со здешним хозяином. Обменявшись понимающими взглядами, Андо и Мияшта направились к самому дальнему концу стойки и заняли два крайних, самых тихих в заведении места.

Прежде всего Мияшта поинтересовался, каким именно способом Андо расшифровал сообщение Такаямы. Андо достал распечатку из портфеля и вкратце рассказал о ходе своих размышлений. Его доводы звучали вполне убедительно, и Мияшта согласно кивал в такт его словам. Похоже, объяснение его удовлетворило.

– Ну хорошо. Раз ты выбрал такой метод, который исключает множественность ответов, значит, «мутация» – это единственно возможный ответ. – Мияшта одобрительно похлопал Андо по плечу. – Кстати, тебе это ничего не напоминает?

– В каком смысле?

Мияшта достал из кармана сложенный в несколько раз лист бумаги и развернул его. Андо увидел рисунок. Или, вернее, не рисунок, а схему, наскоро начерченную только для того, чтобы проиллюстрировать какую-то идею, внезапно пришедшую в светлую голову ученого.

– Посмотри-ка на это, – сказал Мияшта, протягивая ему схему. Андо взял лист бумаги и аккуратно расправил его на стойке бара.

Все ясно. Схема изображала модель размножения двойной спирали ДНК. Нити, составляющие двойную спираль, взаимно дополняют друг друга: когда структура одной из них определена, то структура второй определяется автоматически. В процессе деления клетки нити ДНК отделяются одна от другой, и каждая из них в точности воспроизводит оригинал, создавая следующее поколение молекул. Недаром в основе наследственности лежит механизм воспроизведения гена и передачи его от родителя к ребенку.

Андо ничего революционного в этой схеме не обнаружил:

– Ну, – сказал он, – и что дальше?

– Задумайся на секунду об основном механизме эволюции видов.

Эволюция. В наши дни существует множество так или иначе связанных с теорией эволюции вопросов, на которые наука до сих пор не знает ответа. Например, основные положения эволюционной теории Киндзи Яманиси заметно отличаются от неодарвинизма, но сказать с определенностью, кто здесь прав, а кто ошибается, невозможно. Но помимо этих двух теорий существует целый пласт «околоэволюционных», если так можно выразиться, гипотез. Биологи, философы – каждый, кто имеет более или менее сложившееся мнение по этому вопросу, выдвигает свои собственные теории. И хотя однозначных доказательств в пользу той или иной гипотезы у ученых так и не появилось, Андо знал, что эта развивающаяся наука – молекулярная биология – все ближе подходит к пониманию того, что двигателем эволюционного процесса являются именно мутации. Поэтому, выдержав паузу, он с важностью сказал:

– Существует теория, что эволюционный процесс начинается с генных мутаций.

Кажется, он знает, куда клонит Мияшта.

– Очень хорошо! Значит, мутации провоцируют эволюцию видов, – радостно сказал толстяк. – Теперь важно понять, как они происходят. – Он сделал здоровенный глоток пива и достал из нагрудного кармана рубашки авторучку.

Как происходят мутации? Прежде чем Андо успел хоть что-нибудь сказать, Мияшта принялся быстро писать на измятом листке, то и дело заслоняя от Андо схему своей пухлой рукой.

– Сначала в генетическом коде происходит сбой вследствие какого-то случайного повреждения или перестановки генов. Затем это отклонение в точности копируется и передается дальше. Понимаешь? Это и есть мутация. Или, вернее, современное понимание процесса мутирования. – Для пущей убедительности Мияшта ткнул шариковой ручкой в свою схему, но Андо и так не требовались никакие дополнительные объяснения.

В лабораторных условиях возможно намеренное нанесение повреждений на генном уровне: с помощью рентгеновских лучей или радиации. Но мутация чаще всего происходит случайно. Цепочка ДНК, которая передается последующим поколениям и теоретически должна в точности повторять оригинал, иногда мутирует, так сказать, из-за ошибки при копировании. И чем больше таких «ошибок» происходит, тем больше мутаций накапливается в ДНК, и постепенно начинают появляться новые виды.

– Вот я и спрашиваю – тебе это ничего не напоминает? – промурлыкал Мияшта, и Андо наконец-то понял, о чем он спрашивает.

Что-то одно похоже на что-то другое. Теперь когда Андо догадался, о чем идет речь, он действительно заметил сходство.

– Копирование кассеты, что ли?

– А что, ты так не думаешь? – вопросом на вопрос ответил Мияшта и, засунув в рот два ломтика говяжьего языка, залил их глотком пива.

Андо перевернул измятый лист бумаги, расправил его на стойке бара и, одолжив у Мияшты ручку, начал рисовать свою схему. Он уже понял, в чем дело, но хотел немного упорядочить свои мысли, а для этого было необходимо записать все на бумагу.

Значит так, кассета появилась на свет 26 августа в коттедже номер Б-4. Через три дня – 29 августа – четверо ребят, остановившиеся в коттедже, стерли часть кассеты. Тот самый отрывок, в котором говорилось: «Каждый, кто видел эти кадры, умрет ровно через неделю после просмотра. Минута в минуту. Если ты хочешь остаться в живых, то сделай так, как я тебе скажу. Ты должен переписать эту кассету и кому-нибудь ее показать».Вместо этого студенты записали на кассету рекламные ролики. Для видеокассеты – если рассматривать ее как биологическую сущность – это было непредвиденным событием, тем самым повреждением, которое нарушило цепочку образов или, говоря иначе, генетическую последовательность. Итак, произошло отклонение, и в итоге Асакава скопировал кассету с генетической ошибкой. Разумеется, он скопировал и саму ошибку.

Пока что весь этот процесс действительно напоминал механизм воспроизведения ДНК. Более того, стертая часть видеоряда была именно тем фрагментом, от которого зависело дальнейшее размножение кассеты. В генетике это называется ген-регулятор. А мутация в большинстве случаев происходит как раз в результате повреждения гена-регулятора.

Теперь вопрос: могло ли нарушение видеоряда привести к мутированию кассеты?

Андо отложил авторучку в сторону:

– Секунду. Но ведь... Кассета – она же неживая!