Чтение онлайн

Просидев довольно долго, он своего дождался. Лицо его осталось невозмутимым, когда он увидел входящих в отель Мелиссу под руку с Никитой Кочергиным. Люди из розыска никогда бы не признали в элегантном мужчине с ухоженным лицом одного из опаснейших преступников по кличке Гений. Он уже полгода числился покойником. Мэла из блондинки превратилась в брюнетку, ее синие глаза стали черными. Поразительно, как человек меняется, стоит ему с помощью линз изменить цвет глаз. И все же она оставалась обворожительной и притягательной. Хоть дегтем мажь – не испортишь. Сейчас Антон понимал, почему Никита не убил его на фабрике. На кого бы он тогда списал труп старика Руденко? Оставаясь в городе, сладкая парочка подвергала себя серьезному риску. Такие люди не могут жить без адреналина в крови, им нужен риск. Нужны цирковые трюки, успех, деньги и чувство превосходства над безмозглым быдлом, окружающим их. Антон достал фотоаппарат и снял несколько кадров.

Парочка взяла у администратора ключи от номера и направилась к лифту. Антон приметил место на доске, где висели ключи, но с большого расстояния он не мог определить номер. Только ряд. Выйдя из ресторана, подождал, пока они зайдут в лифт, потом подошел ближе. Кабина остановилась на седьмом этаже. Антон пошел наверх по лестнице.

Коридор седьмого этажа пустовал. Гордеев заметил распахнутую дверь одного из номеров, вынул из кармана пистолет и сунул его за пояс. Эту пушку он давно нашел в туалете дискотеки, когда устраивали облаву на наркоманов, но так и не сдал в качестве вещдока. Сначала забыл, а потом поздно стало.

В номере убиралась горничная.

– Привет, голубка. Видела парочку сейчас? Женщина в белом пальто и мужчина в кашемире?

– Через номер от этого. Семьсот двенадцатый.

– Ты их знаешь?

Девушка одернула коротенькую юбочку.

– А тебе что за дело?

Антон издали помахал своим удостоверением:

– Не надо на меня повышать голос. Могу укусить.

– В субботниках не участвую. Я работаю за деньги, – отбрила его горничная.

Антон подошел ближе и бросил на кровать тысячную купюру.

– Либо у тебя ксива поддельная, либо бумажка из-под ксерокса. Менты денег не платят.

– А я один такой особенный.

– Они не стоят твоего интереса, особенный. Муж с женой. Живут здесь уже три месяца или больше. Он постоянно, она наездами. Но он без нее не скучает.

– Как его фамилия?

– Без понятия. Его зовут Родионом, ее Ингой. За тысячу с тебя хватит.

– И на том спасибо.

Антон вышел и взглянул на дверь. Номер семьсот восемь.

Он спустился вниз и подошел к дежурному:

– На седьмом этаже семьсот восьмой номер освободился. Могу я его занять?

– Можете полэтажа занять. Ваш паспорт.

– На вокзале в чемодане. Я заехал друзей навестить, а они уговорили меня остаться на несколько дней.

– Ладно. Заполните анкету, паспорт потом занесете. Номера там люксовые, дорогие, с большими балконами.

– Я знаю. Заплачу за пять дней вперед прямо сейчас. Мы уже начали выпивать, за чемоданом я на вокзал завтра утром сгоняю.

Увидев бумажник с деньгами, портье не стал спорить, а чаевые совсем его успокоили. Антон получил ключ и опять пошел наверх пешком.

Горничная продолжала уборку.

– Ну что тебе еще, зануда?

– Я поживу здесь, если не возражаешь. Уж больно ты мне понравилась.

Антон потряс деревянным брелоком.

– Возражаю. Терпеть не могу небритых мужиков. Хочешь их номер обнюхать? На меня не рассчитывай, по балконам перелезешь. Соседний тоже пустой, мешать никто не будет.

Антон подошел к балконной двери. Ручки были с обеих сторон. И вдруг в стекле он увидел отражение дверного проема и Мэлу, заглянувшую в номер.

– Людочка, у нас не убирайся. Мы вниз поужинать, скоро вернемся, – сказала она и исчезла. На мужчину, стоящего ко входу спиной, она не обратила внимание. Хорошо, что он пальто и свою приметную шляпу оставил на вешалке в ресторане.

У Антона ноги налились свинцом. Он повернул голову и увидел насмешливую мордаху горничной:

– Слышал? Действуй, ментура.

Девушка взяла швабру, ведро и вышла, хлопнув дверью.

– Ох, разиня! Как циркач по проволоке хожу. Ничему жизнь не учит, – пробурчал Антон и вышел на балкон.

Уже стемнело. На высоте седьмого этажа ветер гулял в полную силу. Моросил мелкий дождик. Балкон был общим на весть этаж, но перегородки Антону не понравились. Они выдавались вперед и были из прутьев в виде стрел с наконечниками. В циркачи майор Гордеев не годился, но тем не менее кое-как добрался до цели. Балконная дверь была приоткрыта на выдвижной ограничитель. Просунув палец, Антон приподнял его. Пришлось включить свет. В номере было два чемодана и два кейса, оборудованные спецзамками с кодовым набором известного Антону производства. Ему ничего не стоило сбросить код и открыть их, но в этом случае старые коды не сработают. Гений тут же смекнет, кто мог копаться в его вещах, и будет потеряно с трудом добытое преимущество. Впрочем, о каком преимуществе можно говорить в поединке с Кочергиным? Он не признает никаких правил.

Запертыми оказались только кейсы, чемоданы они не запирали. Гордеев заглянул в них на всякий случай. В одном были женские вещи, в другом мужские, ничего интересного, кроме… На дне чемодана Мелиссы лежало письмо без конверта. Антон его забрал: времени для чтения не было, а Мелисса может не сразу заметить пропажу. Кейсы имели значительный вес, будто внутри лежал свинец. А если там деньги из хранилища? Инсценировать ограбление? Заявлять в милицию Никита не станет, пусть думает, что хочет. Взять кейсы – все лучше, чем вскрывать замки. Тогда можно выдать себя с головой.

В дверь тихо постучали, на раздумья не оставалось времени. Антон сорвал с себя галстук, связал два кейса через ручки и накинул на шею, как это делали носильщики в старину. Выйдя на балкон, он прикрыл за собой дверь, но надеть крючок с многоступенчатыми бороздками уже не смог.

Дождь усиливался. Когда Антон вернулся в свой номер, видок у него был еще тот – мокрый насквозь, брюки и пиджак порваны в нескольких местах, на шее два тяжеленных кейса… В его постели лежала Людочка, но уже без юбки, которая и без того немногое скрывала, ей было чем гордиться. Сейчас бы самое время принять горячую ванну и расслабиться, нежась в постели с милой очаровашкой. Антон снял с шеи груз.