Чтение онлайн

Но Наташа уже стала «болотницей». На перемене Светка куда-то удрала вместе с другими девчонками, осталась одна новенькая. Пришлось Наташе рассказать ей о том, в какую ситуацию они попали.

– Ты можешь пересесть, – благородно сказала она. – Новенькая, да ещё и «болотница» – тяжелый случай.

Но Катя благородно согласилась разделить с Наташей её участь.

После уроков Светка снова куда-то исчезла, и Наташа с Катей пошли домой вдвоём. Катин отец был военным, и они довольно часто переезжали из города в город. Она успела повидать столько, и так интересно рассказывала об этом, что Наташа решила во что бы то ни стало чем-нибудь удивить её в ответ.

Вечером позвонила Светка и извинилась. Сказала, что ей после школы нужно было к какой-то левой тёте на какой-то несуществующий юбилей, а вообще она на стороне Наташи и не считает её «болотницей». Видно, мамаша сделала ей внушение: Светка дожила до седьмого класса, и по-прежнему делилась с мамочкой всеми своими секретами.

– А мы с новенькой очень шикарно погуляли без тебя, – ответила Наташа.

Осень выдалась тёплая, и Наташа показывала Кате Москву. Они гуляли по набережной, заходили в Лужники, углублялись в переплетение улиц.

Через неделю Кимчук попался за курением в туалете и под общий хохот был перемещён в «болото». Наташу помиловали, и разрешили ей пересесть обратно к Светке. Но они с Катей гордо заняли последнюю парту – ту, за которой раньше сидел сосланный ныне Кимчук.

Из «болотниц» они тут же превратились в «нормальных», и девчонки потянулись к Кате – слушать её истории. Но Наташа была при ней как бы на особом счету. И после уроков они по-прежнему гуляли только вдвоём.

Однажды, после совместной прогулки по Новодевичьему кладбищу, Наташа и написала историю о Предательстве с большой буквы.

На следующий день принесла тетрадь в школу и под большим секретом показала Кате. Та прочитала с интересом.

На большой перемене Наташа списывала у Светки домашку по алгебре, сидя в пустом классе (математик всегда забывал запереть его на ключ, за что часто получал нагоняй от директора). Почерк у Светки был разборчивый, и Наташа управилась с работой за пять минут до начала урока. Решила выйти, прогуляться. Убрала свою тетрадку в портфель, Светкину взяла подмышку и двинулась к выходу. Но возле неплотно прикрытой двери остановилась.

Из коридора доносился голос Кати и хохот одноклассников. Обидно перевирая содержание, новенькая пересказывала всем Наташину историю! Вышла какая-то стыдная глупость, а в конце оказалось, что рассказ посвящен Кимчуку, которого Наташа тайно любит аж со второго класса. Тут следовало бы поймать лгунью на слове: Кимчук остался на второй год в третьем классе, и во втором ещё не учился с Наташей и её одноклассниками, но кого интересует правда, когда всплывают такие подробности?

Наташа вернулась к своей парте, села, чтобы обдумать месть. Но мыслей никаких не было. И злости не было, и обиды. Стало как-то пусто – и внутри, и на всей земле, что ли. Как в песне поётся: «Опустела без тебя земля». Только это про другое песня.

С хохотом ввалились одноклассники в кабинет математики. Катя прошла мимо Наташи, не взглянув на неё, и села к вредной Инне, метившей в королевы класса. И тут Светка – которой Наташа так и не вернула тетрадь – собрала свои вещи и пересела к ней.

– У нас сегодня день перемещений, – рассеянно сказал математик. – Ну, давайте приступим к занятиям.

Светка и Наташа молча сидели весь урок, во все глаза пялились на доску, стараясь не глядеть друг на друга. На перемене, не обращая внимания на смешки и гримасы, Светка отвела Наташу в сторону и предложила мир. У Кати, мол, закончились байки о путешествиях, а внимание чем-то удерживать надо – вот она и рассказала всем о Наташиной истории. А можно почитать?

– Никому читать не дам!!! – выпалила Наташа.

Но со Светкой, конечно, помирилась.

Наташа очень быстро восстановила свой имидж в глазах одноклассников. Кате не удалось стать наперсницей Инны, зато последняя всё-таки выбилась в королевы класса. Наташа и Светка вновь были неразлучны, они смотрели сквозь Катю, как сквозь мутное, в разводах, стекло. История про кладбище отправилась то ли в кладовку, то ли в макулатуру. А через полгода Катиного отца отправили служить на Дальний Восток – и о ней тут же все забыли.

Все, да не все. Оказалось, что бедолага Кимчук успел в неё влюбиться. От тоски он совсем перестал учиться, курил, не скрываясь, и даже, говорят, его видели пьяным. Он, конечно, опять остался на второй год.

Наташа отмахнулась от воспоминаний, оторвалась от туристической группы, запутала следы.

Тихо вокруг, покойно. Пахнет толчёными листьями, на грязи замешанными, горьким дымом и почему-то – берёзовыми вениками. По чёрному камню медленно, торжественно вышагивает голубь. Вот он замер, прислушался, вздрогнул – и сорвался с места, полетел куда-то, хлопая крыльями. И снова – тишина. Ограда шершавая, калитка приветливо распахнута – заходите, гости дорогие. Нет уж, спасибо. И вы к нам – тоже не вылезайте. «Горьким словом моим посмеюся» – надпись с торца могильной плиты. Тишина такая, что ею, вместо ваты, можно перекладывать хрупкие ёлочные игрушки. На чёрном камне – букет каких-то сухих полевых цветов, высохший, почти прозрачный. Букет прикрывает часть надписи: «…Николая Васильевича Гоголя…», – и снова букет, теперь уже красных, сочных, свежих гвоздик.

На стене чуть поодаль – мраморные таблички, портреты, вазочки как ласточкины гнёзда, лампады. Кем были эти люди, как попали сюда, где теперь их родственники?

Прошел кладбищенский служитель с чёрной тележкой, полной листьев. И тишину будто выключили. Но покой (не вечный, а просто – покой) остался.

Кладбище было тихим и чистым. Светлым. Все, кто лежал здесь, оставили после себя нечто такое, что обессмертило их. Каждый надгробный камень, каждый постамент как будто говорил: «Смерти нет!»

Совсем иное впечатление производило кладбище, где были похоронены бабушка с дедушкой. Их участок теснили могилы молодых людей, не доживших до тридцати. Памятники на этих могилах были не в пример роскошнее не только скромного креста над могилой Ермолаевых, но и надгробных плит на Новодевичьем. Но что, кроме роскошных памятников, оставили после себя эти парни?

Это были герои своего времени, но не те безымянные герои, о которых соседка говорила Наташе: «Твои женихи погибли в Чечне». Наташа знала – её женихи остались в живых. Но стали женихами тех девушек, чьи женихи погибли в Чечне. Просто потому, что тем девушкам очень было нужно выйти замуж. А Наташе был нужен комфорт и взаимопонимание. Она слишком многого требовала.