Спенсервиль
Шрифт:
– Любопытное замечание. А что, если кто-то из вас влюбится всерьез в кого-нибудь третьего?
– Н-ну… – Гейл явно почувствовала себя очень неуютно, из чего можно было почти безошибочно заключить, что нечто подобное с кем-то из них уже имело место, а возможно, и с тем и с другим, и даже не раз. – Влюбляются обычно в тех, кто рядом. Со случайными партнерами по сексу такого почти не бывает. Любовь – это не столько секс, – продолжала Гейл, – сколько тоска по тому, кого нет рядом. Да ты и сам признался, что у тебя сердце затрепетало, когда ты встретил Энни, правда? А ведь прошло больше двадцати лет, но все равно в душе что-то осталось. Сколько ты за это время разных баб перетрахал?
– Иностранок считать?
Гейл расхохоталась, потом спросила:
– А почему это такой недурно выглядящий мужчина, как ты, за все эти годы так и не женился?
– Да, пожалуй, мне все-таки стоило лучше позвонить в «Кэрри, срочно».
– Оставь его в покое, Гейл, – улыбнулся Джеффри. – Разве не видишь, ему эта тема не нравится.
– Верно, – согласился Кит. Помолчав немного, он спросил: – Спенсервильская полиция вам еще жизнь не портит?
– Пока нет, – отрицательно помотал головой Джеффри. – Гейл ведь член городского совета. Я думаю, они ждут исхода предстоящих выборов. Посмотрим еще, кто после них удержится.
– А пока вы должны быть предельно осторожны: – Кит посмотрел вначале на одного, потом на другого. – Бакстер непредсказуем.
Гейл и Джеффри обменялись взглядами.
– Да мы в общем-то осторожно себя ведем, – проговорил Джеффри.
– Оружие у вас есть?
– Нет, – ответил Джеффри. – Мы пацифисты. Привыкли к тому, что стреляют по нам, а не мы.
– У меня есть винтовка. Давайте, я вам ее отдам.
– Не надо, – нахмурился Джеффри. – Мы все равно ею не воспользуемся.
– Вы имеете полное право, если вы у себя дома и кто-то…
– Нет. Отнесись к этому с пониманием, Кит.
– Ну, хорошо. Но если вам понадобится помощь, только свистните.
– Ладно.
Джеффри встал из-за стола и помешал в двух стоявших на плите кастрюлях.
– Суп готов.
Они съели суп, потом овощное кэрри и доканчивали уже последнюю бутылку вина.
Кит занялся приготовлением кофе, Гейл достала и развернула морковный пирог. Когда они уже сидели за кофе, Джеффри вдруг воскликнул:
– Слушай, чуть не забыл! – Он запустил руку в карман и извлек оттуда конверт. – Здесь тысяча.
– Спасибо. – Кит достал из бумажника заготовленный чек и протянул его Джеффри – тот бросил на чек взгляд и проговорил:
– Он же на две тысячи!
– Это мой взнос в ваше дело. Ни разу еще ничего не жертвовал красным.
– Мы не можем этого принять, Кит, – улыбнулась Гейл.
– Можете. Мне эти деньги не нужны, и к тому же я хочу вам помочь.
– Ты можешь помочь тем, что присоединишься к нам.
– Если бы я мог, я бы присоединился. Но я уезжаю.
В ответ никто не произнес ни слова.
– Послушайте, ребята, – сказал Кит, – вы мне нравитесь, и я вам верю. И к тому же мне может понадобиться ваша помощь. Готовы выслушать долгую историю?
Оба кивнули.
– Так вот, я вернулся в Спенсервиль, чтобы начать все сначала и посмотреть, способен ли я на это. Однако оказалось, что это невозможно. Начать сначала нельзя, но можно начать все заново. Да, что-то я все вокруг да около… Ну, ладно: я люблю Энни и…
– Так я и знала! – Гейл даже хлопнула рукой по столу. – Ну, Джеффри, а я тебе что говорила?!
– Это я тебе говорил.
– Можно мне продолжить? Мне и так непросто все это рассказывать. Так вот, мы с ней переписывались все эти двадцать лет…
– Нет, мне это нравится! Скажи, а она тебя любит?
– Гейл, помолчи, – сказал Джеффри.
– Так вот, дальше: да, любит, и мы собираемся с ней сбежать. Вот и вся история.
– Черта с два вся! – воскликнула Гейл. – А вы с ней пока еще не?..
– Это не существенно… нет, пока нет…
– Врешь! Нет, я так и знала! Видишь? Вот почему она была тогда словно на седьмом небе. Она еще спрашивала, не говорила ли я с тобой в последнее время. Потрясающе! Наконец-то эта свинья, ее муж, получит по заслугам! Ой, Кит, я за вас так счастлива! – Гейл вскочила и расцеловала Кита, который уже ожидал чего-то подобного, а Джеффри радостно пожал ему руку.
– Ну что ж, – произнес начавший уже терять терпение Кит, – вот я и ответил на многие ваши вопросы; и к тому же я считал, что должен объяснить, почему я не могу пойти на…
– Послушай, ты и так делаешь больше всех, – перебил его Джеффри, – ты крадешь у него жену.
– Ну, не совсем уж краду…
– Я всегда знал, что ты с ней обязательно сойдешься снова, – сказал Джеффри. – И когда вы уезжаете?
– Этого я не могу сказать. Но скоро.
– Чем мы можем помочь?
– Для начала, не упоминайте ни о чем ни в одном телефонном разговоре. Боюсь, что и мой, и ваш телефоны могут прослушиваться.
– Да, вполне может быть. Еще что?
– Деньги вы привезли, еды мне на несколько ближайших дней вроде бы хватит. Ну, что еще?.. Гейл, ты не могла бы послушать, о чем в эти дни станут говорить в городском совете и около?
– Я это и так всегда делаю. И у меня есть осведомитель в полиции – коп.
– Это хорошо. Но и ему доверяться тоже не стоит.
– Когда заходит речь о революции, мы доверяем только самим себе.
– Молодцы, соображаете, – одобрительно кивнул Кит.
– Значит, ты намерен не высовываться до того самого момента, когда… как это называется, если женщина замужем – тайный побег?
– За неимением более точного понятия, да. Я оставлю вам ключ от дома, посмотрите тогда, чтобы тут все было в порядке.
– Нет проблем.
– А где вы с ней этим занимались? – спросила Гейл. – Сколько раз? И как вам это удалось?
– Мы с ней в этом деле старые профессионалы, еще со школы, – ответил Кит и, сменив тему, продолжал: – Но ее муж вообще привык подозревать всех и вся, а на меня он окрысился особо – за то, что я сюда вернулся. На той неделе он приезжал сюда, и мы тут с ним поговорили. Но он ничего не знает. Он дал мне неделю, чтобы я убрался из города; срок кончается в пятницу, но я к этому времени еще не уеду. Он может объявиться тут снова – тогда я попрошу его дать мне еще несколько дней: так проще, чем убивать его, и к тому же я обещал этого не делать.