Чтение онлайн

От перепада давления заложило уши, кто-то из паломников стал громко читать молитву, кто-то затянул божественное песнопение.

Вскоре «Ту-154» набрал заданную высоту и перешел в горизонтальный полет. Постепенно стихли молитвы и песнопения, паломники стали вести обычные разговоры.

– Простите, вы не Сема? – неожиданно обратился к Бабаю сидящий рядом старик с длинной седой бородой, заостренными чертами морщинистого лица и блеклыми, как у рыбы, глазами.

Абдулл посмотрел на старика, не понимая, чего тот от него хочет. Фальшивая борода, ненастоящие пейсы не были заметны, но довольно темная кожа была несвойственна местным евреям.

– Вы не Сема, кто вы такой? – громко заголосил пожилой паломник.

Мгновенно весь салон авиалайнера стал напоминать растревоженный курятник. Бабай понял, что план захватить самолет непосредственно над Израилем рушится. Теперь следовало действовать немедленно, и начинать надо с кабины пилота, в противном случае их операция пойдет прахом. Не только не доберутся до ядерного центра, но даже до границы Израиля вряд л и долетят.

Шум все нарастал, Абдулл видел глаза помощника Студента и афганских пилотов, они ждали команды старшего.

В конце концов галдеж паломников заинтересовал пилотов, открылась бронированная дверь кабины, оттуда выскользнула молоденькая стюардесса, и в проеме появилась недовольная физиономия одного из летчиков.

Это был шанс, Камаль расстегнул замки на своем Талмуде и едва заметно кивнул. Те, кому этот сигнал предназначался, все поняли.

Неожиданно Бабай поднялся во весь рост, рука выхватила пистолет из раскрытой книги, и со всей силы он рубанул возмущенного старика рукояткой по голове. А другой рукой ухватил за волосы проходившую мимо стюардессу и швырнул ее на пол.

Четверо афганцев, обнажив свое оружие, ворвались в пилотскую кабину.

– Самолет захвачен, – по-арабски проговорил Абдулл Камаль, с ненавистью срывая элементы маскировки.

Ночь полностью вступила в свои права, темнота сгустилась до цвета нефти. Утомившись от бесконечного распева, замолчал сверчок. Трасса казалась совсем вымершей. «Фазенда», освещенная по углам большими фонарями, издалека была похожа на мутное светлое пятно.

Наблюдая с крыши водонапорной башни за «фа-зендой», Виктор отметил, что с наступлением темноты охрана покинула крышу особняка и теперь часовых выставили на ограде так, чтобы каждый из них сторожил одну из сторон. Охрана менялась каждые два часа. Отдаленность от войны наложила свой отпечаток, часовые не особо напрягались в несении караульной службы. Виктор даже заметил, что заступивший охранник уперся плечами в стену и стоя погрузился в сон.

Больше ждать было нельзя. Спустившись по лестнице, Савченко по привычке еще раз попрыгал, ничего не звенело. Потом, взяв в руки портативный автомат, вставил приклад и направился в сторону усадьбы, ни на секунду не выпуская из виду дремлющего часового.

Ограда с каждым шагом становилась все ближе, но расстояние все равно было довольно значительным для единственного точного выстрела.

Шаг, еще шаг и… Из-за поворота вынырнул многотонный грузовик и, черканув фарами, как секирой, по полю, усадьбе, лесополосе, с ревом понесся в сторону Черноморска.

Виктор успел плашмя броситься на землю и замереть. От рева проносящегося трейлера проснулся и часовой. Потирая глаза, он широко зевнул и медленно зашагал по стене.

Теперь Савченко пришлось двигаться ползком и перебежками. Держа автомат за ремень у самого цевья, Виктор мечтал только об одном: добраться, доползти до приемлемой для выстрела дистанции.

Часовой еще раз широко зевнул и, в нарушение всех уставов и параграфов, закурил, освещая заросшее щетиной лицо.

Савченко аж скрипнул зубами от злости, но все еще было далеко до цели. Проползя еще несколько метров, он вскочил и сделал несколько прыжков, затем рухнул и снова затаился. Часовой его не заметил, но заметил Христофоров, возглавлявший штурм «фазенды» силами спецназа ФСБ.

Быстро передвигая руками и ногами, Виктор достиг той точки, которую наметил для стрелковой позиции. Теперь оставалось только дождаться, когда часовой вновь повернется спиной. И араб не подвел стрелка. Дойдя до края своего сектора, он бросил тлеющий окурок себе под ноги и растоптал подошвой ботинка, потом, круто повернувшись, двинулся назад.

Разведчик вскочил на одно колено, упер приклад в плечо и совместил прицельную планку с мушкой на спине часового, затем, затаив дыхание, плавно потянул спусковой крючок. Пуф-ф – раздался едва слышный выстрел. Виктор слишком был занят, чтобы заметить: часовой, получив пулю в спину, стал валиться вниз лицом, но неожиданно дернулся, как от удара, и рухнул на спину. Повернувшись набок, он упал с ограды на внешнюю сторону.

Савченко тем временем уже бежал к каменному забору. Он еще днем приметил удобное место для преодоления ограды. Едва руки коснулись шершавой поверхности оштукатуренной стены, как подошва правой ноги мгновенно нащупала выступ, тело разведчика сила мышц подбросила вверх. Виктор ухватился за край ограды, выбрался наверх и тут же прыгнул на противоположную сторону.

Приземлился на бетонные плиты дворового покрытия бесшумно, но не совсем удачно.

Прямо перед ним стоял голый по пояс араб, а за его спиной из освещенной двери особняка выходил еще один.

Перекрестие в инфракрасном прицеле было не черным, как обычно, а красным на зеленом фоне. Лис поймал в перекрестие белый силуэт охранника. Опершись на стену, он задумчиво курил, его правая рука покоилась на автомате, в пальцах левой была зажата тлеющая сигарета.

Лис медленно выдохнул из легких воздух, затаил дыхание, уже собираясь плавно потянуть на себя спусковой крючок, как неожиданно в динамике оперативных наушников услышал ошалелый голос Сергунька:

– Боже, а это кто?

И тут же вмешался в разговор Христофоров:

– Черт, да это же Стрелок-Савченко, живой. Пацан сам решил разобраться с «духами». На амбразуру бросается. – В голосе полковника на мгновение прозвучали восторженные нотки, и в следующую секунду властный голос руководителя операции приказал: – Штурмовые группы на исходную. Снайперы, огонь.

Лис снова поймал в прицел часового и плавно надавил на спусковой крючок. Снайперская винтовка, оснащенная толстым цилиндром глушителя, с едва различимым хлопком дернулась. Пуля угодила охраннику в лоб, он рухнул со стены.