Чтение онлайн

– Ну, не буду тебе мешать, - говорю. – Тут ты лучше меня разбираешься.

А новая конюшня мне нравится. Светлая. Потолки высокие. Воздух сухой. Каркас дубового лафета. Денники еще дверками не закрыты. Только на уровне груди вроде как шлагбаум поперёк лежит. Кормушки и поилки, вывезенные мной из моего осевого времени уже по местам расставлены. В каждом деннике еще сетка с сеном висит. И под потолком полати для сеновала приспособлены. Пока пустые.

– Лошадки свежую плитку копытами не отковыряют? – интересуюсь.

– А мы их сегодня в ночное поведём, – отвечает конюший. – На свежий выпас. Дня за два всё схватится – будет как сплошная. И можно будет конюшню обживать. А там и новая конюшня поспеет. Каменщики что-то борзо на работу навалились. Тогда и ишаков из загона в деревянную конюшню переведём.

– Каменщики церковь, небось, строить хотят? – улыбаюсь.

– Не иначе, - поддакивает Шишкин.- Что такое конюшня, даже такая, как у нас? Просто здание. А на церковь люди издаля будут приходить любоваться. Спрашивать: кто построил? А им отвечать: артель Каменюки! Слава. Новые заказы. Семья в достатке.

– Молодец, - констатирую. – Я тобой доволен. Ладно, пойду. Ещё дел невпроворот.

– Про соль для лошадок не забудьте, - просит Ваньша.

Соль у нас рассыпная, а нужен животным лизунец. Обычно это большой кусок каменной соли. Но в одной командировке в Челябинскую область на второй сезон раскопок Аркаима видел я у местного казаха, что своих коров по соседству пас, любопытную находку из области народной смекалки. Он обычную соль рассыпную магазинную варил в малом количестве воды в кастрюле и получал вроде как цельный кусок соли, который его коровы лизали по вечерам. Так что воспользуюсь и я его рецептом. Точнее, Шишкину подскажу – сами сделают.

День выдался на славу. Хорошее сухое крымское лето. Солнечное. Даже не верится, что через тысячу километров на север стоит громадный ледник. Ледовый панцирь планеты. После обхода хозяйства завода выехал я на солевое озеро – посмотреть, как работает испаритель. Прикинуть сколько товарной соли в этот сезон выйдет.

В зелёном дубовом лесу ещё и прохладцей приятной повеяло в тенёчке. Дорогу по просеке давно отсыпали мелким известняковым щебнем – отходами от производства каменных блоков, и укатали хорошо, пока камень и щебень возили на стройку. А с появлением у нас вездеходного самосвала дело завершилось быстро. Первая в истории дорога в Крыму с твёрдым покрытием. Вот археологам будет радости, потом, мыкаться с датировками. Особенно если подкинуть им несколько монет разных периодов.

Автопрогулкой просто наслаждаюсь. А особо одиночеством. В ««колхозе»» это редкое удовольствие для начального человека. Всем от тебя что-то надо… даже просто поговорить, обозначить проблему. А тут еще и баб подвалило, со специфическими бабьими заморочками. Скорей бы Василиса родила, что ли, и сняла с меня этот хомут. Моя Васька эту Вась-Вась, думаю, быстро построит, разъяснит и приведёт в соответствие.

А впереди ещё целая белорусская деревня с гендерным перекосом в связи с военным временем. И как бы ни стало у нас всё наоборот – нехватка мужиков.

По пути сделал остановку там, где артель лесорубов начала размечать отнорок от просеки к будущей пристани на реке. Нужна нам пристань, даже не в свете того, что нам с Тамани пока молочные продукты поставляют – это временно, пока своих коров не завели, а в том разрезе, что нам самим туда надо будет соль поставлять и не мне же ее каждый раз возить через другие времена на тот берег. Сами всё, сами. Хотя КамАЗом оно как бы и быстрее получится, но не брать, же всё на себя.

Сходил по берегу пешком с полкилометра от переката до места будущей пристани. Места там по глубине вполне достаточные для местных галер. Мужики уже промеряли. Осталось только дебаркадер на сваях поставить – типа причал. Разом под два кораблика в ряд на разгрузку.

Дал добро на работы лесорубам и поехал дальше.

У плотины на солевом озере стоял пустой ««додж»», возле которого я остановил свой ««форд»».

По озёрной воде ветер гнал мелкую рябь. Ленивая волна ритмично накатывала на берег, который покрывался мелкой солевой плёнкой. По испарителю местами торчали конические бурты соли, что уже успели нагрести. Работает природный испаритель, как ему и положено. Так что в данной графе плана ставим галочку.

На самой плотине у хитрого шлюза против солнца виднелось две фигуры. Стройную девичью обнимал за плечи коренастый инженер, другой рукой обводя наблюдаемое ими пространство, и, видно мне, что активно ездит он подруге по ушам. Интересный способ ухаживания. Сначала борзые щенки, потом похвальба своими достижениями.

Я нажал на клаксон.

Фигуры повернулись ко мне. Лиц их на таком расстоянии мне не разобрать, но, сам понимаю, что выступил как товарищ Кайфоломов. Но хватит Жмурову халасы гонять – он мне для дела нужен.

Еще раз нажал на клаксон несколько раз. Более требовательно.

Жмуров понял и повёл свою девушку за руку ко мне.

– Дом себе строить собираешься, жених?
– подколол я его. – Или в свой вагончик на колёсах жену приведёшь?

Надо же: Жмуров смутился. В лесу, не иначе, как леопард сдох.

– Да вот. – Несколько сбивчиво поясняет Жмуров.
– Выспрашиваю Анечку, в каком доме она сама хочет жить. Но тут засада. У неё либо хата-мазанка под соломой, либо замок рыцарский на уме. Среднего в ее мечтах нет.

– Садок вишневый коло хаты, - процитировал я Кобзаря.

– Да. Садок вишневый обязательно, - подхватила девушка, улыбаясь. – По весне это так чудово.

– Я больше черешню люблю, - скривил лицо инженер.

– Потом подерётесь, что сажать в саду будете, – усмехнулся я. – Сначала место под сад заведите. Тут и персики расти должны. И виноград. – И резко поменял тему.
– Где белорусы?

– На охоту у меня отпросились. На страусов,- отвечает инженер.

– Пешком? – удивился я.

– Да нет. Верхом на меринах. Дробовики похватали и только я их и видел.

– Им что, мяса мало выдали?

– Пух-перо говорят.

– На кой?

– Подушки, перины, - подмаргивает мне инженер, хитро кивая на девушку Аню. Хорошо она эту пантомиму не видит.

Понятно сам напряг работяг, чтобы было на чем девушку раскладывать со всем удовольствием.

– Баню с колодцем на будущей веске разметили? – допытываюсь до дела, сбивая тему влюблятства.