Чтение онлайн

Серторию помогали. В его армии сражались эмигранты-марианцы, у него была превосходная агентура, из бежавшей к нему знати он смог даже создать свой Сенат. А в самом Вечном городе кто-то "влиятельный" умело саботировал войну в Испании.

Плутарх:

Оценили? Лояльный сулланец Гней Помпей, друг Сената, единственный полководец, способный сражаться с Серторием на равных, не получает денег и вынужден воевать на СВОИ СРЕДСТВА! Уму непостижимо! Неудивительно, что Помпей так озлился, что был уже готов повернуть войска на Рим.

А вот и результат.

Плутарх:

Как говаривал в подобных случаях Павел Николаевич Милюков, что это — глупость или измена? Как по мне, измена в чистом виде. Но Помпей не сдавался, атаковал снова и снова, умело ссорил Сертория с его союзниками-испанцами. В войне наступил пат — Серторий держал удар, но победить сограждан-римлян не мог. И тут появился СПАРТАК.

О том, что Серторий мог здорово помочь Спартаку еще у Везувия (или даже спровоцировать восстание в Капуе), говорить уже приходилось. Но помогал он гладиаторам не просто так.

Война в Италии, война против ненавистных сулланцев ("возбудив волнения в государстве" — вот оно!) — это очень хорошо, но все же мало для полной победы. А вот ежели согласовать некий совместный план…

Спартак для Сертория последний шанс. Серторий для Спартака — могучий союзник. У них общий враг — те, кто сейчас правит Римом. Между собой разобраться можно будет и позже, когда трупы врагов унесет желтый Тибр.

Верили ли они друг другу? Не больше, чем всякие вынужденные союзники. Была ли у них единая цель? Нет, но на этом этапе их интересы совпадали. Могли Спартак и Серторий договориться? Уверен — да!

А теперь вновь нырнем в бурное море Фантастики.

Для начала перенесемся в Испанию, куда-нибудь на берег реки Эбро, по-древнему — Ибра. Никогда не были в Испании? И я не был, но это ничего. Мы тут долго не задержимся, поэтому просто представим: небо голубое, скалы красно-желтые, по берегам — пепельные оливы, о которых Гарсия Лорка писал. Полная романтика, только Дон Кихота не хватает. Впрочем, Рыцарь печального образа нам сейчас помочь не сможет, у него военный опыт своеобразный, нам бы сюда настоящего стратега. Впрочем, и такой есть. Знакомьтесь: Квинт Серторий.

Хороших портретов мятежного марианского генерала у нас нет, но кое-что о нем сказать можно. Крепкий, плечистый мужчина с неистребимой военной выправкой, возраст — чуть больше полувека, лицо загорелое, на плечах — красный консульский плащ. Чем-то похож на Спартака, только старше.

Что видит он отсюда, с берегов Ибра? О чем думает?

Это мы знаем — мятежный генерал думает о Риме. О проклятом Риме, о любимом Риме. Туда его зовут, ему обещают помощь, но… Но только в том случае, если Серторий появится в Италии САМ, сам войдет в Коллинские ворота, сам шагнет на ступени храма Юпитера Капитолийского. Возможно ли такое? В принципе, возможно. Но трудно, очень трудно.

До самой Италии добраться не проблема. На море — пираты, союзники Сертория, римских кораблей там почти что и нет. Всегда можно собрать эскадры, загрузить солдат-испанцев и римских эмигрантов из числа наиболее решительных. Однако на кораблях да еще за один раз много войска не перевезешь, а второго раза может и не быть — навстречу высадившимся в Италии марианцам выступит римская армия. У Сената хватает шпионов, о подготовке к десанту узнают. Сторонники же Сертория в Риме, все эти "весьма влиятельные" и "наиболее влиятельные", сами не выступят, испугаются. Стоит правительственным войскам запереться в Риме, стоит Сенату кликнуть клич по Италии…

Значит, первое, что требуется, — отвлечь силы сулланцев подальше от столицы. Отвлечь — и нейтрализовать. Разбить их можно будет позже, когда Рим будет взят. У кого Капитолий, у того и власть. Попав в Вечный город, Серторий мгновенно превратится из мятежника во владыку. Попасть бы туда!.. Пару лет назад такое казалось почти невозможным. Теперь легче — в Италии воюет Спартак. То, что и требовалось, о чем друзья из Рима писали: "Возбудив волнения в государстве, изменить тогдашнюю форму правления…" Консульские армии разбиты, власть отцов-сенаторов колеблется. Сейчас бы ударить!

Нет, рано! Против Спартака формируется новое римское войско, отборное, из самых лучших солдат и офицеров. Пока эта армия в Италии, высаживаться нельзя. Узнав, что корабли Сертория вышли в Средиземное море, сенатский полководец, кем бы он ни был, успеет сообразить и повернуть обратно, чтобы прикрыть столицу.

Итак, требуется увести римскую армию подальше от Вечного города, а в идеале — вообще из Италии. Но как? Только одним путем — создать такую УГРОЗУ Римской республике, чтобы отцы-сенаторы на какой-то миг забыли о Риме.

…Хмурится Серторий, сжимает крепкие пальцы в кулак. Угрозу! Да!.. Создать, но где? На Востоке? Митридат — союзник, но он далеко, в горах Понта. В самом начале Третьей Митридатовой войны была надежда, что понтийский царь сам попытается высадиться в Италии или по крайней мере реально ОБОЗНАЧИТ такую угрозу. Именно это и требовалось, но Луций Лукулл сумел разбить понтийский флот. На Фракию надежды нет, Марк Лукулл добивает там последних. Пираты — просто разбойники, в открытый бой их не поведешь.

Остается Спартак. Его войско сейчас в Цизальпинской Галлии, римляне уверены, что восставшие вот-вот разойдутся по домам. Что бы ни случилось дальше, самая страшная опасность для Рима миновала. Спартаковцы способны поджечь Республику с нескольких концов, но у римлян крепкие нервы, такие пожары тушить они умеют. А если Спартак повернет обратно в Италию, двинется прямо на Рим? Тоже не получится. Ужас перед гладиаторами заставит сплотиться всех — и сулланцев, и марианцев.

…Кулак разжимается, ладонь скользит по лицу. Думай, Квинт Серторий, думай! Твоя удача, твоя Фортуна совсем рядом, близко… Так что же делать? Для начала в очередной раз внимательно изучить карту, но уже не Италии, а всего Западного Средиземноморья. Этим мы и займемся — вместе с Серторием.