Чтение онлайн

— Но у него ничего не получилось, — задумчиво сказала Дел: она тоже что ли знала конец?

Я решил опередить их обоих.

— Дальше все понятно, — вмешался я. — Чоса попытался захватить Юг, в дело вступила охрана Шака Обре, и после этой битвы земля была опустошена и превратилась в бесплодную пустыню… по крайней мере большая его часть, — я не верил ни одному слову из этой сказки. — Но если все это правда, почему Шака Обре не вернул Югу прежний вид?

— Он хотел, — продолжил историю Набир, — но Чоса был так зол, что наложил заклятие на брата и запер его где-то.

— Это Чоса заперли, — объявил я, словно это доказывало лживость всей истории.

— Я не знаю, — раздраженно сказал Набир, — я пересказываю только то, что слышал. Шака Обре заточил брата в горе, похожей на дракона, и поставил охрану. А когда он закончил, сработало заклятие Чоса и Шака Обре тоже был заключен в тюрьму.

Я смотрел то на Дел, то на Набира. Лица у них были одинаковые.

— Ну почему, — не выдержал я, — эти истории знают все, кроме меня? Северяне, Южане, это кажется не имеет значения. Кто вам все это рассказал?

— Все, — пожала плечами Дел. — Отец, дяди, братья… Все об этом знали.

Я посмотрел на Набира.

— А тебе?

— Мать, — быстро ответил он, — до того, как… — он не закончил.

Мне было не до его переживаний.

— А мне никто об этом не рассказывал.

— Никто не рассказывает сказки рабам, — мягко заметила Дел.

Конечно, поэтому они ничего и не знают.

Вот вам последствия отсутствия детства.

Я подтолкнул Набира и сам вошел в круг.

— Хорошо, — сказал я, — ладно. Если ты так хочешь увидеть настоящую сталь, я тебе это устрою. Но ты рискуешь своей жизнью.

Набир колебался только секунду, потом он наклонился, поменял деревянный меч на стальной, снова выпрямился и вошел в круг.

Он безоговорочно мне доверял.

— Ты — Песчаный Тигр.

Я дурак, подумал я. Стареющий дурак с песчаной болезнью.

Который знает только те истории, которые создает сам.

Меч ударил меня по коленям. Не меч Набира, мой меч.

— Видишь? — закричал я Дел, тихо наблюдавшей за нашей тренировкой.

Набир, отступивший сразу как только мой меч отправился в самостоятельное путешествие, застыл у самой линии внутри круга. Я видел как ему хотелось выйти, но понимал, что он этого не сделает. Законы танца успели войти в его кровь.

— Видела, — кивнула Дел. — Я видела, что ты ПОЗВОЛИЛ ему сделать это.

— Позволил! Позволил? У тебя песчаная болезнь? — я неуклюже поднялся, едва не упал, послал проклятие ноющим коленям и с яростью уставился на нее. — Я не позволял ему это делать, Дел. Я спокойно занимался с Набиром, а через секунду оказался на песке. У меня выбора не было.

— Посмотри на него, — сказала она.

Я посмотрел. Меч как меч. Каким был — таким остался, по крайней мере с тех пор, как я повторно напоил его в горе.

Потом я пригляделся и понял, что кое-что действительно изменилось. Чернота поднялась. Она поглотила почти половину клинка.

А мне не нужен был черный меч.

Я сильнее сжал рукоять.

— Нет, — сказал я и все свои силы до капли послал в меч. Я заставлю его измениться, я сделаю это своей волей.

Вообще-то я чувствовал себя дураком. Что толку ВООБРАЖАТЬ как ты побеждаешь Северного волшебника, заключенного в мече? Разве это сила? Я не умел призывать демонов или создавать руны, не умел собирать магию людей и предметов. Я умел только танцевать.

— Пой, — тихо сказала Дел.

— Пой, — повторил я с издевкой.

— В песне ключ. Она всегда управляла мечом. Так ты и победил Чоса.

Победил я, между прочим, не только песней, я еще вонзил в волшебника клинок. Но теперь все изменилось. Убивать мечом было некого.

Про себя я заворчал, но одновременно начал сочинять песенку, глупую песенку, повторить которую потом не смог бы, она быстро забылась. Просто дурацкая песенка о Песчаном Тигре с Юга, который оказался сильнее волшебника… там было много подобной ерунды, но она сработала. Чернота отступила и застыла на кончике клинка.

— Это уже кое-что, — одобрила Дел, а я пошатнулся. — Пока достаточно.

Я прищурился, потер глаза, попытался рассмотреть расплывавшуюся Дел.

— У меня голова кружится.

— Ты призывал силу, — деловым тоном сообщила Дел. — К силе нельзя обратиться просто так, не заплатив за это. Ты выходишь из круга таким же свежим, каким выходишь?

Не сказал бы. Я задыхался от запаха пота.

— Голова кружится, — повторил я, — и пить хочется… и есть.

Набир так и стоял у самого края круга. Он не сводил глаз с меча.

— А может он что-нибудь сделать? — спросил Южанин. — Что-нибудь необычное?

Я посмотрел вниз, на клинок.

— Вот что он точно может сделать, так это заставить человека чувствовать себя смертельно больным… Аиды, мне нужно выпить.

Дел бросила мне мою перевязь.

— Тебе всегда нужно выпить.

Хмуро посмотрев на нее, я убрал меч в ножны. Новая перевязь тяжело гнулась и поскрипывала. Мне еще предстояло провести много вечеров, втирая масло в ремни.

— Накинь что-нибудь на себя, — хмуро посоветовал я Дел, — и пошли, достанем что-нибудь поесть.

Дел взглянула на Набира.

— Ты идешь?

Он покачал головой.

— Я пойду к Ксенобии.

— Огонь любви, — ответил я на удивленный взгляд Дел.

Она следила как Набир собирал свои вещи, пока я подбирал свои.

— Я не знала, что у него кто-то есть.

— Уже два дня. Девчонка из кантины. Он хочет на ней жениться.

— Жениться!

— Именно это я и сказал, — я прижал к себе локтем шелк, флягу и деревянный меч и повернулся к Харкихалу. — Она у него первая и он развлекает себя любовью, — я ухмыльнулся, увидев, что Набир перешел на рысь. — Почему столько мальчиков и девочек влюбляются в первого, кто затащит их в постель?