Чтение онлайн

Похоже, скрываясь от полковника, мне придется прослыть злостным прогульщиком и упростить ему жизнь.

— Что-ж, душа моя, не был я никогда симулянтом, значит и теперь не судьба! Тебе шампанского еще попросить? — я с удовольствием продолжал разглядывать улыбающийся венец природы.

— Попросить! — задорно тряхнула своей каштановой гривой девушка и зачерпнув очередной комок с изюминой, отправила его в рот, блаженно зажмурившись.

— Только вот я бы на твоем месте так сразу не сдавалась! — хитро подмигнула мне чертовка в ангельском обличии, — Мне почему-то кажется, что симулировать тебе всё же придется!

Надежда в моей душе потихоньку начала возрождаться. Девушка Марина, по всему судя, знала какой-то выход из тупика ведомственных инструкций милицейской медицины.

— Говори, свет очей моих Марина, что ты придумала? — я подобострастно придвинул к ней принесенный официанткой второй бокал с шампанским.

— Ты имеешь полное право обратиться к узкопрофильному специалисту, если таковой отсутствует в нашей поликлинике! — торжествующе указала мне спасительную лазейку умница-красавица.

— Такие у вас есть? — быстро поинтересовался я, — Ну те, которые отсутствуют? — и быстро подумал, что хорошо было бы, чтобы этот врач не был гинекологом.

— Есть! Венеролог, дерматолог и инфекционист, — сообщила мне барышня, — Выбирай! — глаза её искрились пуще прежнего и я надеялся, что это от шампанского.

— Что ты мне посоветуешь, как профессионал, солнце моё? — осторожно спросил я, — И к кому из этих врачей у тебя есть подход? — задал я, пожалуй, самый существенный вопрос.

— Подход через средний медперсонал мы с тобой найдем, наверное, к каждому доктору, но тебе же, ты говоришь, срочно-срочно надо? — на прекрасном лике проявилось деловое выражение.

— Сегодня! — со скорбной серьезностью я подтвердил предположение Марины, — Завтра во всём этом смысла уже не будет.

— Тогда дерматолог или инфекционист! — решительно заявила моя спасительница, — С писькиным врачом было бы проще, но ты ведь у нас, наверное, комсомолец, Сережа? — взгляд девушки снова стал насмешливым, — Тебе же не нужно, чтобы тебя потом замполит за острую гонорею со свету сживал?

— Нет, душа моя, не нужно! Совсем не нужна нам острая гонорея! — я даже вздрогнул, вспомнив майора Мухортова.

— Значит, дерматолог и чесотка! — деловито вынесла свой вердикт моя красавица, — Нам телефон нужен!

Я встал из-за столика и пошел искать административно-угнетающую верхушку этого заведения. Официантка проводила меня к заведующей кафе. Миловидная женщина с янтарными бусами и беспокойными глазами, после предъявления мной служебного удостоверения оказалась очень доброй и понятливой. Она охотно предоставила нам с Мариной свой небольшой кабинетик.

Уже через пятнадцать минут мы знали, куда нам ехать и, поблагодарив янтарную женщину, направились на улицу ловить такси.

Время поджимало, но сначала мы всё же заехали в гастроном. В котором с легкой руки Светланы Сергеевны Шевцовой к моим эпикурейским притязаниям относились благосклонно. Из него мы вышли с бумажными пакетами, содержащими в себе три бутылки коньяка, две шампанского и аж пять больших коробок шоколадных конфет.

Пока мы ехали к чесоточному доктору, Марина перераспределила содержимое пакетов. Незнакомому пока доктору досталось две бутылки коньяка и одна коробка конфет. Медсестре, через которую Марина коррумпировала врача, всё та же коробка, но бутылка была уже с шампанским. Третий сверток оказался самым презентабельным. В нем оказался как коньяк, так и шампанское. И еще три коробки с шоколадными конфетами. Этот пакет девушка оставила для себя.

Подлог и фальсификация свершились до обидного быстро и буднично. Представительный мужчина в дымчатых очках и белом халате монотонно перечислил мне симптомы, одновременно заполняя корявыми иероглифами бледно-синенький листочек. Оказалось, что болен я не какой-то там до вульгарной пошлости простонародной чесоткой. А заразным кожным заболеванием с благозвучным названием акародерматит. Это обстоятельство меня несколько утешило. Поскольку появилась надежда, что женщины из бухгалтерии и кадров, к которым потом попадет мой больничный, таких слов не знают. Тем более, написанных корявым почерком, да еще на латыни.

Сначала я мысленно хмыкнул, увидев, как врач без малейшего стеснения и осторожности принял подношение. Но потом понял, что был неправ. Доктор подошел к совершению должностного преступления обстоятельно и для его сокрытия не пожалел ни лишних десяти минут, ни нескольких рецептурных бланков. Серьёзный мужчина!

— И я советую вам, голубчик, не поленитесь и не пожалейте трёх рублей, купите эти лекарства! — пророкотал он, — На всякий, так сказать, случай!

Так же на такси я отвез свою спасительницу на ее работу, с которой она отпросилась всего на час, которых, однако, прошло уже два. А сам, на том же такси поехал к Вере. Ехать было недалеко и я успел допетрить, что лоханулся. Надо было прикупить провианта и на Веру. Но возвращаться уже не хотелось. Хотелось спокойствия и надежной норки, про которую никто не знает. Попросив таксиста остановиться у телефонной будки, я пошел оповещать о своей временной нетрудоспособности Зуеву.

— Сергей, ты куда пропал?! — обеспокоенной индюшкой заклекотала моя начальница, — Тебя тут все обыскались! Все! — беспокойство Лидии Андреевны принимало уже окрас возмущения и это надо было останавливать.

— Любимая, я болен и потому к службе совершенно не пригоден! — перебил я свою непосредственную мать-командиршу, — Лид, я правда, заболел и у меня на руках законно полученный больничный лист! Я собственно и звоню-то тебе с тем, чтобы официально об этом сообщить! — терпеливо объяснял я пытающейся меня перебить Зуевой сложившуюся реальность.

— Что-то серьезное? — до Лиды наконец-то стали доходить мои слова, — Что с тобой, Сергей? — обеспокоенность Зуевой уже не содержала в себе служебной несущей. Лида явно уже переживала за меня, как за близкого ей человека, а не, как за служебную единицу вверенного ей личного состава.

— Все терпимо, болячка не смертельная, однако жутко заразная. Поэтому где-то с неделю я побуду на удалении, — вбивал я информационные гвозди в темечко заместителя начальника следственного отделения, — Ты все это обязательно передай Алексею Константиновичу! И было бы совсем хорошо, если при этом будет кто-то еще присутствовать! Ты, вот, что, Лида, ты прямо сейчас к нему не ходи, ты ему про мой больничный на вечерней оперативке скажи! Ты меня поняла, Лида?