Совок 14
Шрифт:
— А я не бухгалтером в совхозе работаю, чтобы на месте штаны просиживать! — огрызнулся я, решив, что разыгрывать из себя испуганного ботаника мне сейчас нет смысла, — Служба у меня беспокойная и в кабинете я не сижу! Вы не отсвечивайте в коридоре, в кабинет заходите и дверь закрывайте, у меня начальница строгая!
— Это которая напротив сидит? — вступил в разговор второй соискатель водовозовских сокровищ, — Путаешь ты что-то, старлей! — хмыкнул он, плотно прикрывая изнутри дверь кабинета, — Мы с ней еще утром познакомились, баба она вежливая, не скандальная! Всё нам про тебя объяснила и рассказала! — глумливо осклабился он.
В то, что Зуева могла что-то рассказать про меня каким-то незнакомым упырям, я, разумеется, не поверил. Тем не менее, согласно кивнул и, встав из-за стола, включил в розетку чайник.
— Весь день, как бобик, на ногах, — доверительно, будто ожидая от долдонов дружеского сочувствия, пожаловался я военнослужащим, — Чай будете? У меня чай хороший, индийский! — по-мальчишески похвастался я незваным гостям.
Как и все нормальные военные, мои знакомцы от халявы отказываться не стали и предложение моё приняли. Придвинув стулья, они по-хозяйски расположившись за соседним столом моей декретной напарницы.
— А насчет Лидии Андреевны вы шибко ошибаетесь! — доставая из шкафа чашки и сахарницу, не согласился я с теми, кто хуже татарина, — Злая она! Злее собаки! Второй год, как из сельской местности к нам перевелась, теперь вот на моих костях карьеру свою строит! Даже и не знаю, как Завтра Лунёва здесь пеленать будем! Я хотел сначала бухнуть с ним. Вроде, как звание новое обмыть. Он хоть и уголовник, но мы с ним давно дружим. Придётся ждать, когда она домой уйдёт!
— Чет ты гонишь, Корнеев! — провоцируя меня на оправдания и подробности, начал раскачивать меня на косвенных второй номер, — Никак не должен с тобой вор водку пить! Тем более, в ментовке! И на бабу на эту, на начальницу свою, ты тоже зря наговариваешь! Я с ней сам беседовал, приветливая она!
— Это он с тобой пить не будет, потому что ты ему нет никто! Фраер. Чужой и посторонний! — ухмыльнулся я пренебрежительно, — А со мной будет! Слишком многое нас с ним связывает! Он осторожный и хитрый! Его только пьяного без шума спеленать получится. Потом через пожарный выход вытащим во двор и в машину загрузим!
— А что касается начальницы, так тут ты совсем не прав! — выдернул я вилку из розетки, — Не знаю, как и о чем ты с ней беседовал, но женщина она непростой судьбы. И потому злая. Сама рассказывала, что до самого института у себя в деревне голову керосином мыла. Пока не поступила и в городскую цивилизацию не переехала. Может потому она и сука такая злобная! Наверное, потому и орeт на меня, как подорванная. Тебе сколько сахара?
— А на хера она голову керосином? — не ответив на мой вопрос, удивлённо вытаращился подсобный воендебил, после того, как они переглянулись со старшим напарником.
— От вшей… — с обыденным равнодушием пожал я плечами, — Чтобы сильно не кусали. Во всяком случае, мне она так говорила.
Господи! Мелькнуло в голове. Как хорошо, что Зуева меня сейчас не слышит! Эту мою вольную импровизацию насчет вшей и керосина она бы уж точно не одобрила! И не простила бы…
Глава 22
— Хрен с ней, с этой твоей начальницей! — раздраженно вклинился в разговор старший боевик, — О деле давай, бабы потом! Излагай, старлей, как ты сам видишь захват этого Лунёва?
Он самостоятельно добавил в налитый мною чай еще заварки до самых краёв и поднёс бокал к губам. Продолжая разглядывать меня своими колючими и очень внимательными глазами.
— А я вам уже всё изложил! — дерзко прищурился я ему в ответ, показывая, что нахожусь на своей территории и, что в данную минуту я их почти не боюсь. — Я уже с ним вчера созвонился и завтра к шести вечера он будет здесь. Предлог для встречи реальный, мы договорились, что он денег мне принесёт из моей доли. Остатки. Ну и заодно звание моё новое отметим. А про вас я ему скажу, что вы мои бывшие сослуживцы из Советского райотдела. Скажу, что поздравить меня зашли. Нежданчиком, как говорится…
Второй номер с видимым удовольствием потягивал крепко заваренный индийский «купчик» и после каждой моей фразы удовлетворённо кивал головой. Его, по всей видимости, мой план устраивал и никакого подвоха он в нём не видел.
А вот старший из их группы, выслушав меня, пока еще никак не проявил своего мнения. Он всё так же сосредоточенно хлебал из чашки черный кипяток, но на слова мои ни коим образом не реагировал. И всё это время не сводил с меня глаз. Мёртвенно-холодных, как у прошлогоднего судака из столовской морозилки.
В последние дни я как-то уже привык демонстрировать неопределённость своих эмоций невыразительным и молчаливым движением плеч. И сейчас я так же прибег к этому немудрёному приёму. А затем, как и мои гости, с удовольствием отхлебнул из своей посуды. Неторопливо и со вкусом. Раз, другой, третий…
Таки да, что я им, бесплатный лектор из Всесоюзного общества «Знание», что ли?! Пусть эта парочка свои языки передо мной развязывает, задавая интересующие их вопросы. А я их внимательно послушаю и заодно подумаю, как правильнее ответить, чтобы не навредить себе. Для того я и затеял чаепитие со свежезаваренным «купцом». Когда в руках, а тем более, во рту горячий чай, любая пауза выглядит натуральной и ни у кого она не вызывает подозрений.
— Этот Лунёв, он, что, на спиртное такой слабый? — после затянувшегося молчания недовольным голосом прорезался старший, — Ты же не собираешься здесь гульбище устраивать с ящиком водки?! — снова уставился он на меня своим потусторонним взглядом.
— Нет, не собираюсь! Это райотдел милиции, а не кабак! Какое тут может быть гульбище?! — согласился я со старшим из долдонов, — Думаю, что пары бутылок с учетом, что нас будет четверо, хватит. Пить придётся всем поровну. Иначе Толик нифига не расслабится. С вас литр водки, короче! — нахально глядя в глаза главаря, обременил я военных закупом необходимого реквизита. — Водка и закуска! И еще учтите, Лунёв дешевую водку пить не будет, ему только «Столичную» или «Посольскую» подавай! После последней сидки он быстро к хорошему привык, — предусмотрительно озаботился я сохранностью своей и нагаевской печени.
Вояки переглянулись и за всё время своего недолгого знакомства с ними, я впервые увидел их растерянными.
— Ты того, Корнеев! Ты это… ты давай, не наглей! — быстро сориентировавшись и обретя прежнюю уверенность, повысил на меня голос предводитель военизированной шайки, — Мы же, бля#дь, ни хера не менты и не торгаши! Где мы тебе «Столичную», а, тем более, «Посольскую» возьмём?! — вроде бы и с вызовом, но как-то по-плебейски, и как-то затравленно окрысился он, — Это у тебя есть доступ к разным дефицитам, — указал он завистливым взглядом на початую пачку с надписью «Чай цейлонский. Сорт высший», — А мы люди простые, военные! — впервые и, наверное, неожиданно для самого себя, проговорился защитник родины, — В общем так, старшей, водку и закусь ты сам купишь! Какую надо и сколько надо!