Советское детство
Шрифт:
И снова заглянем в Интернет и почитаем воспоминания других очевидцев:
Юрий: «Да, помню эту передачу, каждое утро ее на кухне слушал по трехпрограммному радио, а после нее сразу рвал в школу…»
Андрей (voraa): «Пионерскую зорьку обычно не слушал. Завтракал на кухне, а радио в комнате стояло. Зато после школы с удовольствием слушал «Ровесник», «Юность». Даже в младших классах».
Евгений Михайлов (saint): «Я ненавидел эту передачу всеми фибрами и жабрами!!! Сидишь сонный на кухне, пытаешься запихнуть в себя гренки, представляя все ужасы, которые ждут тебя в школе, и тут фанфары и такой до омерзения бодрый голос: «В эфире пионерская зорька!!!»
Адель (Adele-G): «В 7-8-х классах я под эту передачу накручивала челку. Даже, помню, метки какие-то были: к такой-то рубрике надо столько-то успеть, к такой-то — сапоги застегнуть, и т. д…»
Алексей (KAO): «Не знаю как у других, а пока я учился в школе, все 10 лет, она начиналась в 7.30 сигналом пионерского горна. А заканчивалась в 8.00, и всегда веселой… песенкой. Как минимум четыре раза из шести (кто не знает, тогда дети по субботам учились) это были «Если с другом вышел в путь…», «Вместе весело шагать по просторам…». Классе в пятом я стал слушать передачу «Опять 25» для взрослых, особенно ее концовку когда рассказывали анекдоты и иногда крутили Челентано или АББУ».
Сергей (Away): «А по четвергам обычно был спецвыпуск про спорт…»
Ольга Коршунова (О-ля-ля): «Я помню только позывные… Кто-то на трубе играл несколько нот. Ассоциировалась с ранним-ранним утром. Бабушка поднимала меня с пионерской зорькой. Не помню ни одного выпуска, к сожалению».
Антон (Bazili0): «Послушал отрывок! Поразило, насколько мала плотность информации, по сравнению с нашими временами. Говорят медленно, паузы между программами. Да… темп, темп, темп…»
Роман: «Сигналы точного времени (или как они называются правильно), и затем знакомый голос диктора… это почти шок!!! Ностальгический шок… Машина времени, перенесшая на несколько секунд в беззаботное детство…»
Людмила Стерлягова: «Такое впечатление, что в нашей стране всем наплевать на детей и их развитие. Идет целенаправленное уничтожение всего, чем мы гордились. В школах главным предметом стала физподготовка. Не спорю, здоровье тоже немаловажный фактор, но умственное и интеллектуальное развитие никто не имеет права отменять».
Роман Третьяков: «Странно. Я понимаю когда человек отворачивается от плохого, но почему человек отворачивается и от хорошего??? Что плохого в том что мы писали письма со своими детскими «делами» и в «Пионерскую зорьку», и в «Пионерскую правду», и в «В гостях у сказки» с «Будильником» и «АБВГДйкой»??? Да ничего плохого в этом и не было!!! Просто разрешили развалить нашу, свою страну, а те, кто валил ее, вот и убрали все это, чтобы и памяти не осталось, чтобы не дай Бог не вернулось».
Борис Халтурцев: «Буржуинам не нравится, что наши дети росли здоровые, веселые, а то еще захотят вернуться в светлое будущее!..»
«Радионяня»
Если «Пионерскую зорьку» можно было смело отнести к детскому официозу, то другую передачу — «Радионяню» — можно было смело назвать развлекательной. Вернее, развлекательно-образовательной. Она в шутливой музыкальной форме помогала детям запомнить правила русского языка, объясняла законы математики, физики, биологии, правила дорожного движения, правила поведения, вежливости, учила мыть полы и сочинять стихи, рассказывала о людях, которые посвятили свою жизнь детям (в рубрике «Медаль за улыбку»).
Идею радиопередачи предложила и разработала редактор Всесоюзного радио Елена Лебедева. Ей и предоставим слово:
«С чего все началось? Пожалуй, с передачи «Опять 25», звучавшей каждое утро и создававшей хорошее настроение на весь день. Она-то и натолкнула меня на мысль сделать веселую развлекательную программу для детей. Я в то время уже работала на детском радио. Первые мои передачи: «В гостях у кукол», «В стране мульти-пульти», «Радиокино», «Бим-Бом и собачка Фафик» и другие были тогда уже популярны. Но хотелось чего-то нового.
И вот большая редакционная комната на 7-м этаже Дома звукозаписи на улице Качалова. Пригласили всех, кто в то время успешно писал для детей: Эдуарда Успенского, Михаила Либина, Юрия Энтина, композиторов Владимира Шаинского и Бориса Савельева. Сидели, придумывали, а задача одна: как отыскать дорогу к сердцам детей, наших радиослушателей? И тут… Радионяня!.. Неожиданно? Пожалуй. И не обошлось без споров: няня — разве это современно? Но у нашей «Радионяни» заботы должны быть особенные: развлекать, шутить, даже озорничать, но между тем и уму-разуму поучать.
Ну, и конечно, сразу возник вопрос: кто из артистов примет участие? Мне хотелось пригласить Александра Лившица и Александра Левенбука, в то время эстрадную пару. «Эстрадную?!» — Даже произносить это слово было запрещено. Эстрада для детей? Разве это возможно? Поддержал меня Николай Владимирович Литвинов, главный режиссер редакции. Он тоже согласился участвовать в передаче и быть «директором», «профессором» и «радиоволшебником». Сразу после первых пробных записей стало ясно: трио состоялось!
Вроде все складывалось удачно. И вот настал конец декабря 1971 года. Первый выпуск передачи написан Эдуардом Успенским. Готов и текст вступительной песенки. А Владимир Шаинский готов написать музыку. Еду к нему. Помню, жил он тогда на Преображенке. У него родился сын. Масса хлопот. Приезжаю, звоню. Дверь никто не открывает. Что делать? Подсовываю текст песни под дверь. Уезжаю в страшном волнении — ведь 1 — го января эфир, а вступительной песенки, открывающей передачу, нет.
Не сплю. В 2 часа ночи раздается телефонный звонок: «Леночка, песня готова. Хотите послушать?» Приникаю к телефонной трубке и с первых же тактов понимаю: песня получилась. Утром иду на работу, а в ушах так и звучит: «Радионяня, радионяня, есть такая передача…» Мелодия и слова запомнились сразу. Вхожу в кабинет Владимира Николаевича Литвинова, напевая песню: «Замечательно! Завтра будем записывать. Скажите режиссеру Надежде Киселевой, пусть заказывает студию»