Совершенный автоматон

Двести лет назад этот мир стал стремительно меняться. Изобретение паровой машины перевернуло его с ног на голову - пыхтящие двигатели умножили силы людей. Многое невозможное стало просто сложным. Воодушевленный новыми успехами, человек создал культ технологии. Десятки изобретателей стали строить механизмы, города ускорили свой рост, а по земле, воде и в небе помчались новые странники, приручив силу огня. Но техника не только дала человеку силы - она стала изменять его. Как никогда вспыхнули зависть и алчность, дух соперничества начал направлять дела людей. И даже природа стала отступать перед чадящими монстрами, оставляя после себя мертвые напоминания. Началась долгая эпоха пара.

Неудачные дни всегда объявляются неожиданно. Они врываются в нашу жизнь - все начинает идти наперекосяк, и тогда пропадает всякое желание делать новые попытки. А порой дела принимают пугающий поворот.

Именно такой день был сегодня у Рауля Маршанда, журналиста известной в Рапиндо газеты. Новый век технологии был насыщен яркими событиями, о которых люди желали знать немедля. Сообщить новость первыми - вот девиз для всех газет этого безумного времени. И цена задержки высока.

– Ты понимаешь, что опозорил наше имя? Какой толк от яркого заголовка, если его все видели со страниц нашего конкурента?! Может быть, ты скажешь?!

Рауль знал о своих проблемах. Накануне произошла крупная железнодорожная катастрофа - лакомое событие для любого редактора, осветить первыми такую новость - дело чести для именитой газеты. Большой пассажирский поезд слетел с рельс и протаранил склад местной лесопилки - бревна, десятки трупов, пожар - что еще нужно для яркой взрывной статьи на главной странице? Именно Рауля послали сделать репортаж с места происшествия. И он с ней не справился.

– Позор... Я смещаю тебя с должности первого корреспондента. Тебе это место явно не по зубам.

– Но сэр...

– Отправишься в четвертый отдел. Пусть они тебе дадут работу. Статейку о бездомных или о ферме какой... В самый раз тебе.

– Да сэр.

Рауль был подавлен. Кто знал, что горелка в его пароцикле сломается именно по пути к месту катастрофы! Сократил путь. И остался до вечера на пустынной дороге.

Совсем недавно этот же человек объявлял ему благодарность, а теперь - отправляет его в самые низы. Захлопнув дверь кабинета главного редактора, Рауль забросил кожаную сумку на плечо и неторопливо направился в сторону четвертого отдела. Его хорошо знали везде - высокий худой мужчина с живыми глазами и извечной легкой небритостью. Его силуэт обычно первым появлялся в гуще событий, быстрой походкой проносясь между центром внимания и очевидцами. Рауль был отличным работником... но сегодня ему не повезло.

По пути встречались уже бывшие коллеги, и Рауль неизменно замечал на их лицах злорадные улыбки. Он поправил воротничок рубашки. Пусть. На его месте завтра может оказаться любой из них. Пресса не прощает ошибок.

Скрипучая лестница на третий этаж, ряды дверей... А вот и место назначения.

– Ба, какие люди!
– редактор четвертого отделения был явно рад новым лицам. Полное круглое лицо с короткими усами расплылось в добродушной улыбке.
– Нечасто к нам заходят бойцы из авангарда! Чем обязан?

– Поступаю в ваше распоряжение. Будем работать вместе.

– Как?
– редактор оторопел от слов Рауля. - Вы и к нам? Обычно к нам новички приходят...

– Провинился я.
– раздраженно бросил Рауль.
– Не уложился в сроки.

– М-да, как легко в последнее время разбрасываются кадрами.
– редактор сел за стол.
– Ну, как сам понимаешь, достойной работы у нас для тебя нет... хотя подожди.

Он достал из массивного стола тонкую папку и вручил Раулю.

– Есть одно дельце. Живет неподалеку от города один изобретатель. Путного ничего вроде как не создал, да и местные его сумасшедшим называют. Не подпускает к себе никого, да и желающих на это немного. Давненько про него материала у нас не было.

– О нет, только не это...
– Рауль закрыл глаза рукой.

– Я понимаю, что это ерунда... Но с твоим-то умением я считаю, что можно это подать красиво. Ну, берешься? Или про лошадок лучше?

– Ну нет, лошадки это слишком уже. Завтра займусь этим. А сегодня я хочу отдохнуть от этих стен.

– Смотри не напивайся там только.
– прозвучал за спиной Рауля хрипловатый голос.

Спустя пару минут он уже шел по улице Рапиндо. Этот город с девизом "стремительные технологии" жил своей суетной и вечно занятой жизнью. Десяток мощных фабрик и торговая биржа были главной его движущей силой. По его дорогам - артериям сновали паромобили, поезда и конные упряжки, загруженные до отказа товаром и сырьем. Атмосфера торговли и производства царила везде - от самых захолустных районов до элитного района на Юге города. Из-за дыма и неприятных запахов на улицах, состоятельные горожане стремились строить свои дома как можно выше, оставляя нижние этажи под магазины и конторы. Эта тенденция скоро превратилась в настоящую гонку каменных башен, порой удивляющих контрастом роскошных верхних и убогих нижних этажей. Некоторые башни соединялись мостками на приличной высоте - "небожители" не желали лишний раз спускаться вниз. Десятки соединенных башен вместе с огромными фабричными цехами и трубами придавали городу внушительный вид. Тень от них делала улицы мрачными даже днем, вечером же здесь загорались газовые рожки уличных фонарей.

Рауль шел в ремонтную мастерскую, куда он вчера отдал свой пароцикл. Это была небольшая мастерская, не претендующая на звание лучшей. Но здесь по крайней мере можно было не опасаться за то, что твой механический конь не взлетит на воздух во время очередной диверсии конкурентов.

– Мастер Бенон?

– Да? А, это вы, Маршанд. Проходите.

Мастер поспешно оттирал руки от смазки для рукопожатия. Впрочем, его кожа не стала от этого заметно светлее. Уперев пот со лба, он шумно выдохнул.

– Ваш "Буревестник" готов. Я заменил форсунку и поставил на нее защиту - теперь она должна прослужить подольше. Ох уж эта капризная техника...

Бенон выкатил из зала блестящий пароцикл вишневой окраски. Это была довольно редкая модель, которая досталась Маршанду в подарок за высокий профессионализм. Щелкнув парой рычажков, он оживил "Буревестника", который тут же начал испускать легкие клубы пара.

– Благодарю! Вы всегда спасаете меня от шуток этой железяки.

– Ахаха, да уж, он у вас шутник!
– заметил Бенон.
– удачи на дороге!

Рауль сел за руль и с шипением выехал из душной мастерской. Уступив дорогу господину в цилиндре, восседавшему на высоком велосипеде -"пауке", он выехал на улицу и направился в восточный район города. Здесь, в тихом переулке за старой фабрикой, находился его дом.

Этот район не отличался красотой архитектуры или зеленью аллей и скверов. Напротив, под мутной пеленой грязного воздуха он казался непрозрачным и серым. Немного разбавлял одноцветный пейзаж старый сад в конце улицы.

Рауль жил здесь один. В город он переехал в поисках работы по призванию, а обзавестись семьей не получалось из-за бесконечных разъездов. И этот обветшавший слегка каменный домик тоже неплохо было бы отремонтировать, но время уходило на статьи и репортажи. В нем было два этажа, хотя второй трудно назвать полноценным. Загнав пароцикл в небольшой сарай у стены, журналист зашел внутрь. Испорченное настроение давало о себе знать, потому Рауль первым делом принял душ. После, достав бутылку коньяка из небольшого трельяжа, он принялся гасить плохое настроение возле горящего камина.