Соседи
Шрифт:
– Мне кажется, он к тебе неравнодушен… - врывается в мысли голос Яны Олеговны.
– Вы так считаете? Мы знакомы чуть больше недели…
– Ну и что… Это не мешает людям влюбляться… - она находит взглядом Орлова, улыбается ему. Он отделяется от толпы и идет в нашу сторону, не отрывая взгляда от Яны Олеговны. Ну до чего же красивая пара… Он – сама строгость, а она – романтика. Такие разные, как полюса магнита, которые с непреодолимой силой притянулись друг к другу…
– Наверно, вы правы… Мне Сергей тоже нравится. Но я боюсь… Вдруг, он тоже скажет выбирать…
– Не попробуешь – не узнаешь, - говорит она и ныряет в объятия подошедшего Орлова. Мы возвращаемся к столу одновременно с Сергеем. Он снова берет меня за руку. Филимонов наблюдает за нами весь вечер, но больше не пристает с разговорами. Хотя взгляд у него липкий, прямо чувствую его на коже… А потом он застывает и смотрит куда-то в дальний конец зала, встает так резко, что стул издает неприятный звук, отъезжая по полу. Все за столом наблюдают, как он стремительно идет через зал за какой-то девушкой, которая увидела его и сорвалась с места почти бегом.
– Это за кем он так побежал? – приподнимает брови Демид.
– Охотнищек нашелся, - шутит Ксюша, меняя голос. Очень похоже, кстати, получается, как Матроскин в мультике. Мы дружно смеемся, гадая, что же случилось.
– Пушкин, как всегда… - усмехается Орлов. Я сначала удивлялась, почему они все не стесняются его назвать Пушкиным. Это же прозвище… Но потом поняла, что Филимонов уже привык, и не обижается на друзей. А они, видимо, друзья. Вон, как все общаются. Совершенно неформально. Снова чувствую себя чужой на этом мероприятии, и даже поддержка Орлова и Яны Олеговны не спасает. Сергей – как защитник, больше не отходит от меня. Хотя, все женщины за нашим столом очень доброжелательны, я не выдерживаю долго. Как только Орлов и Яна Олеговна покидают вечер, мы с Сергеем тоже спешим откланяться. Он заказывает такси и помогает мне одеться. В машине едем молча. Чувствую колоссальную усталость, как будто меня выжали, как лимон. Наверно, это больше на моральном уровне, чем на физическом. Но я даю себе выдохнуть и, склонившись, кладу голову Сергею на плечо. Он так и держит меня за руку, словно все еще защищает. Но мне забирать у него ладонь совершенно не хочется. Так тепло, спокойно и уютно рядом с ним. Будто мы, действительно, сто лет знакомы.
Когда входим в подъезд, Сергей нарушает тишину.
– Я голоден, как волк. На приеме кусок в горло не лез…
– Я тоже есть хочу… - соглашаюсь я. – Но из готового ничего нет в холодильнике. Может, заказать что-нибудь?
– У меня есть борщ, - улыбается Сергей.
– Борщ? – хихикаю. – Ты умеешь готовить борщ? – этот парень не перестает меня удивлять…
– Я же говорил, приходилось учиться готовить…
– Обалдеть…
– Составишь мне компанию?
– Пожиратели борща в… - беру его запястье, поднимаю к глазам, чтобы посмотреть на циферблат часов. – Половину первого ночи!
– Я на голодный желудок не усну, - находит оправдание Сергей, и мы смеемся. – Соглашайся, Маришка… Такого вкусного борща ты еще не ела…
– Окей, я только переоденусь, - смеюсь я и выхожу на своем этаже.
– Если не придешь через десять минут, я приду к тебе прямо с кастрюлей, - смеясь, угрожает мне Сергей, и створки лифта закрываются.
Дома быстро стягиваю с себя платье, смываю макияж и переодеваюсь в леггинсы и футболку. Заскакиваю в кроссовки и, закрыв замки, поднимаюсь по лестнице на два этажа выше. Дверь немного приоткрыта, и я принимаю это как приглашение. Вхожу и тихонько стучу костяшками по комоду в прихожей.
– Серенький, я пришла, - говорю погромче. Сергей выныривает из комнаты в одних брюках, чем смущает меня… Ну не девочка, поди, а все краснею при виде голого торса… Красивого голого торса.
– Прости, не успел переодеться. Проходи в кухню, я сейчас…
И скрывается за дверью в ванную комнату. А я иду по уже знакомому маршруту. Достаю тарелки и ложки, помешиваю поварешкой умопомрачительно пахнущий борщ. Обалдеть… Парень умеет готовить борщ, это не укладывается у меня в голове…
СЕРГЕЙ. МАРИНА
Застаю ее врасплох, когда появляюсь перед ней полуголым. И Марина очень мило краснеет и отводит взгляд. Ну прелесть же… Так смущается…
В ванной быстро переодеваюсь и прохожу в кухню. Марина уже успела достать посуду и стоит возле плиты, помешивая в кастрюле борщ.
– Ты горячий любишь? Или сразу налить? – говорит она, не оборачиваясь.
– Мне погорячее, - сажусь за стол, улыбаюсь.
Марина ждет еще немного и разливает борщ по тарелкам.
– Ммм, как же вкусно… - ест с аппетитом, и мне это нравится. Обычно девушки стесняются, а у Маришки здоровый аппетит. Едим и почти не разговариваем. Потом Марина вызывается помыть посуду, а я включаю телик и предлагаю переместиться в гостиную. Размещаемся на разложенном диване полулежа. Маришка почти утонула в подушках, но сейчас выглядит вполне расслабленно. Испереживалась сегодня за вечер, малышка. И на таком мероприятии впервые, и Пушкин еще… Но держалась она отлично, несмотря на волнение. А я рад, что был рядом. А держать ее за руку – отдельный кайф.
Марина смотрит в экран, а я на нее. Красивая… Смыла макияж, и выглядит совсем девчонкой… Хотя, она и так девчонка, двадцать один год всего. А столько уже добилась. Умница моя!
То ли делает вид, то ли, действительно, не видит, что я ее нагло рассматриваю. А посмотреть есть на что… Оказывается, у нее веснушки на щеках. Это так мило, ей очень идет. А улыбка… и в целом ее мимика! Господи, ну что за девчонка! На экране какой-то напряженный момент, и Марина замирает. Ее глаза расширяются, бровки приподнимаются домиком… Вздрагивает и хватает меня за руку, прикрывая глаза. Улыбаюсь, сжимаю ее пальчики в ладони и перевожу взгляд на экран. Фильм интересный, но надо было его смотреть не на ночь. Хотя… Через некоторое время чувствую, что рука Марины расслабилась, оборачиваюсь. Она уснула. Ну, конечно, такой эмоционально сложный вечер… Вымоталась.
Склоняюсь через Марину за пледом, накрываю до самых плеч и укладываюсь поудобнее рядом. Хочется, конечно, поближе ее притянуть к себе, но не решаюсь. Не хочется портить ее впечатление. Мне кажется, я ей нравлюсь, но она сказала, что не хочет отношений. Интересно, почему? Надо как-то ненавязчиво подвести ее к этому разговору. Она мне доверяет, так как даже когда устала, не уснула бы рядом, если бы это было не так. Смотрю на спящую девчонку и невольно улыбаюсь. Ее ресницы подрагивают во сне. Интересно, если поцелую ее сейчас, проснется? А когда проснется, сбежит? Мысли прыгают одна в другую, но это не мешает мне уснуть. Снится новогодний вечер, и знакомство с Черновой и Орловым.