Чтение онлайн

Закончив, я вспомнил, что мне нужно написать отчет для Гренуа. Я вздрогнул, поскольку в памяти еще была свежи воспоминания о том, к чему привела прошлая попытка.

Тем не менее, в этот раз все прошло без проблем. Отчет у меня вышел ровно такой, какой от меня и ожидался. Послушный болванчик, который послушно работает от одного приема таблеток до другого. Внезапно вновь раздался сигнал вызова. На этот раз, он был со звуковым сопровождением. Это означало, что травма, с которой ко мне доставят пациента, весьма серьезная.

Я быстро прошел к дверям и принялся ждать. Вскоре перед дверью оказалась группа охранников, которые тащили носилки. На них лежал человек полностью покрытый ожогами. Это была вторая степень ожогов, которую я лечить не мог. Я быстро прикинул, что смогу лишь погрузить пациента в анабиоз, до тех пор, пока не прибудет Гренуа. Охранники пронесли пациента в операционную, а я спросил у старшего охранника о том, что случилось.

— Взорвался один из котлов в цеху. Как раз в тот момент, когда рядом проходил разносчик пищи. Надо же, как не свезло. Только смена началась и тут такое.

— Еще пострадавшие есть?

— Да, оператор котла. Сейчас его допрашивают, но без толку, он же деревянный. Говорить не может совершено. Позже приведем, у него только руки обожжены.

Я кивнул и отправился в операционную. Процедура погружения в анабиоз была довольно простой. Требовалось поместить пациента в специальную капсулу, затем поставить капельницы, после чего ждать, пока пациент не погрузиться в анабиоз. На этом моя роль, как врача заканчивалась. На все процедуры у меня ушло около получаса. Я вышел в приемную, где меня уже дожидался пациент с обожженными руками. На его лице расплывалась широкая улыбка, а взгляд был бессмысленным. Старший охранник указал на него и спросил.

— Мы можем вывести его из этого транса? Нужно узнать, как так вышло, что котел взорвался.

— Да, можем. Ведите его в операционную.

Врать о том, что я не могу снять наркотическую эйфорию не было смысла. Единственное мое опасение было на тот счет, что если пострадавший из числа тех, кто принял мои таблетки, то избавленный от болванчика, может внезапно проявлять эмоции. Пациента завели в операционную и уложили на стол. Зафиксировав его, охранники отошли в сторону, рядом остался только старший. Я подтащил капельницу и принялся подключать ее к пациенту. Через минуту его взгляд стал более менее осмысленным. Старший охранник тут же приступил к допросу.

— Рассказывай, как случился взрыв? Ты что, не следил за приборами?

— Я следил, все было в порядке.

— Кто нибудь подходил к котлу, кроме тебя?

— Нет, никого не было. Только я.

— Почему тогда котел взорвался? Он не мог взорваться, если давление было на уровне нормы.

Пациент пару раз моргнул, на его лице совершенно не было эмоций. Тут я понял, что он находится под контролем болванчика. Сейчас он и впрямь пытался понять, как так вышло, что котел взорвался, не смотря на то, что свою работу он выполнял четко по инструкции.

— Я заступил на смену. Проверил все показатели. Все было в норме. Я сделал обход котла, после чего вернулся к панели приборов. Давление упало, я вернулся к топливному вентилю и добавил подачу топлива, чтобы нарастить давление. После чего, давление выравнивалось. Я вновь отправился на обход. В этот момент, внизу проходил разносчик еды и охранник. Я начал спускаться к ним и тут произошел взрыв. Я нечего не понимаю.

Охранник вздохнул и отошел от пациента к другим охранникам. Один из них вопросительно взглянул на старшего, в ответ тот взмахнул рукой.

— Похоже, что датчик давления был неисправен. Оставайтесь тут, как только врач закончит лечение, отведешь пациента на его место.

— Опять на работу? Ну, в смысле к котлу?

— Котел взорвался! Что он там будет делать? Он оператор котла, а не техник по ремонту. Отведешь на другое рабочее место или в камеру, в зависимости от того, какой режим укажет врач.

Старший охранник вышел, с ним ушли и другие охранники, остался только один, которому было доверено сопровождать пациента. Впрочем, мне в операционной он был не нужен.

— Подождите в приемной. Операционная не зал ожидания.

Охранник пожал плечами и вышел. Я повернулся к пациенту. Тот все так же равнодушно смотрел перед собой. Вернувшись к нему, я достал таблетку, которая должна была погасить болванчика и закинул ее в рот пациента. Тот без разговоров проглотил ее, потом пару раз моргнул, дернулся, его взгляд ожил и он с изумлением повернулся ко мне.

— Что? Что происходит? А, больно, блин! Руки болят. Где я?

— Тихо, не шуми. Нас могут услышать. Болванчик исчез?

— Болванчик? Ты про что…аа, ты про это, да, он исчез. Что происходит? Кто ты? Черт, кто я?

— Спокойно. Мы находимся в тюрьме. Нас пичкают наркотиками, чтобы держать под контролем. И сейчас у нас есть шанс, вырваться отсюда. Ты готов принять участие?

— Я? Какая тюрьма? Я не понимаю. Мне сказали, что меня отвезут в центр реабилитации. Что я наркоман и моя психика нарушена. Так и было, я видел, что внутри меня живет другой человек. Он полностью управлял мною. Профессор объяснил, что я опасен для общества.

— Тебя обманули и все это время накачивали наркотиками, чтобы ты был послушным биороботом. Лежи спокойно, я обработаю твои раны и все тебе расскажу.

Ожоги у пациента были не сильными, их можно было залечить очень быстро с помощью мази. Пока я наносил мазь на поврежденные участки, я рассказывал пациенту правду о том месте, где мы находились. Постепенно к нему приходило осознание. Он хотел вскочить и начать немедленно громить охрану, мне едва удалось удержать его на месте.

— Их слишком много. Так с ходу, нам их не победить. Нам нужно больше участников для восстания.