Соломон
Шрифт:
Едва процессия дошла до ступеней замка, мой «кортеж» распался. В крыло целителя Эмоса Фишера строжайше запрещено ходить… им самим. Учитывая, что почтенный старичок – уникум на все три государства, его причуды отец велел выполнять, как свой собственный приказ. «Наставник» – это звучит слишком гордо, чтобы впоследствии не ответить своему учителю уважительным почтением к его желанию личного пространства.
Когда мы оказались на месте, дедушка Эмос демонстративно закрыл перед моими родственниками дверь, коротко сказав, что пустит их только тогда, когда окажет целительскую помощь.
Регенерация у демонов была на уровне, поэтому ничего страшного в своём ранении я не видела. Тем более что я очень внимательно выбирала угол уклона лезвия и место будущей раны. Больновато, конечно, но через сутки от неё даже следа не останется. К тому же кровотечение целитель остановил ещё на арене.
Работая в тишине, дед Фишер только печально вздыхал, ловко работая пальцами. Когда на рану была наложена достаточно вонючая мазь, а рука перебинтована, Эмос покачал головой и открыл дверь.
– Сола! – Воскликнула мама, бросаясь в палату первой.
– Солочка! – Вторила ей Хейли, без того светлокожая, а сейчас и вовсе белая, как смерть.
Папа с братьями вошли мрачные и безмолвные.
– Сильно болит?
– Как ты себя чувствуешь?
– Голова не кружится!?
– Ты что-нибудь хочешь?
– Да, – остановила любимых тараторок, хватая Миранду за руку и незаметно обновляя контур фантома её ипостаси. – Успокойтесь и присядьте. У меня к вам серьёзный разговор.
– Что?
– Какой разговор?
Не желая мямлить, ответила прямо.
– Серьёзный. Раз уж я проиграла, хочу исполнить свою мечту и немного отдохнуть от придворной жизни.
– О чём ты, Соломон? – Сведя брови в одну строгую дугу, папа нахмурился.
– Я хочу немного побыть одна. Развеяться, отдохнуть ото всех сразу. Как только я приду в себя, отправлюсь в недолгое путешествие… инкогнито… одна.
– Ещё чего!? – Возмутился Зизран Маро, буквально придавливая меня своим родительским взглядом.
Я и не ожидала, что всё будет просто. В конце концов, девочку с детства оберегали! Глаз с меня не спускали. Целая толпа сопровождающих стражников была нормой вплоть до обучения в академии. Хоть в застенках образовательного учреждения я смогла вздохнуть спокойно. Брат если и следил, то делал это настолько виртуозно, что я до самого пятого курса его бдительного взгляда не замечала!
И вот снова здорова!
– Папа, как прежде уже не будет. Твоими стараниями я больше не представляю для Херона пользы… если только ты не собираешься выдать меня насильно замуж… – сделав паузу, как и планировала, получила от отца яростный, полный возмущения взгляд. – Тогда дай мне отдохнуть! Я привезла домой диплом с отличием, медаль лучшего адепта, ни разу не позволила усомниться в своей порядочности и здравомыслии… – Не знаю, когда я успела оказаться на ногах, но последнюю фразу, переполненную обвинительным смыслом, практически выкрикнула. – Ты подставил меня!!! Опозорил! Так дай же мне этот позор пережить!!!
Признаться честно, ничего из сказанного я не чувствовала, потому как проигрыш был заранее спланирован. Элементарно манипулировала батюшкиным чувством вины, как он сам делал не раз в своих управленческих кулуарах.
И вполне успешно!
Взгляд Зизрана Маро заметался. Он осознавал свою вину, но никак не хотел принимать её. Конечно! Ведь это означало бы, что я имею право затаить на него обиду. Такой поворот папуле даже в страшном сне не снился!
Мама обиженно отвернулась от отца, братья поджали губы, а Миранда сверлила папу недовольным взглядом, добивая окончательно.
«Надо бы ей премию выписать, хоть она и не играет, а так же поддалась на мои манипуляции».
Выискивая поддержку родных и так её не получив, папа прерывисто вздохнул.
– Как долго?
– Три месяца. После родов сирены вернусь.
– Ты пропустишь рождение племянника? – изумился Элияр.
«Придётся. Вряд ли меня из гарема выпустят, а Леся сможет обменять ипостаси только после родов».
– Там видно будет, – ответила туманно, лихорадочно размышляя.
Мне так хотелось поделиться нашей бедой с братьями! Кто бы знал!!! Но я не могла. Никто из них не отпустит меня в гарем для мирного партизанства, как говорит Олеся на моих шпионов. Отец, Лоик и Стайлс будут невероятно злы, но всё же позволят Алану забрать его эрлину, а Элияр… Элияр, как муж той, кто заварил всю эту кашу, бросит Рогмару вызов, а это тоже не решение проблемы! Мало того, что не известно, что пострадает в такой дуэли, так ещё и Миранда может остаться без пары.
«Нет уж! Говорить нельзя».
Наблюдая, как целитель выпроваживает родственников, заявляя, что мне нужен покой, решилась только на одно признание.
– Лоик… останься. Мне нужно с тобой поговорить.
Бледный наследник, неловко застыл у изножья кровати. Семья не восприняла такую просьбу с подозрением. В конце концов, дуэль была между мной и Лоиком. Нам нужно поговорить!
Тем не менее, как только родные вышли, я попросила Лоика проверить помещение на прослушивающие заклинания и накинуть на нас полог тишины.
Если брат и удивился, что я не спешу сделать этого сама, то виду не подал.
Впрочем, это оказалось не самое сильное его удивление за предстоящие полчаса беседы!
По мере моего конструктивного изложения сухих фактов о том, что Миранда – пара Алана, Лоик то белел, то серел, медленно оседая на край постели. Под финал рассказа о предстоящем «путешествии» в гарем брата так и вовсе перекосило.
– Нет! – Отреагировал наследный принц Херона, как я и предполагала. – Мы найдём другой выход. Поднимем заслонку, отрежем пути в подземное царство. Драконы не смогут проникнуть в Херонскую империю.
– Это не рентабельно. Ты подвергаешь внешнюю политику и торгово-рыночные отношения нашего государства с Оралимом и Царосом огромной угрозе. Кто потом будет вытаскивать демонов из кризиса!? Мало того, что мы будем изолированы от мира, так ещё драконы на нашей изоляции деньги будут делать?! Вот уж нет! Да, семья всегда стоит на первом месте, но не у правителя, дорогой. Благополучие его семьи зависит от благополучия всего государства!
– Сола… – Лоик сдулся, тоскливо поглядывая на меня из-под упавшей на его лоб чёлки. – Ты всегда отличалась хваткой. Знаешь, я никогда не говорил, но ты, действительно, была бы куда лучшим правителем, чем я.