Чтение онлайн

Что бы там ни говорили, но даже драконы могут сгореть.

Человек в фуражке метался среди рычагов. Свои лётные гогглы он потерял, перешитый с чужого плеча китель бросил на полу. Туда же полетел сломанный ключ: помощник капитана не мог вернуть на место выскочившую гайку, и с криком расколошматил его о приборную панель.

Сначала неверие, потом этот необузданный гнев, ну а после отчаяние. Умные книги обещали, что за этим должна следовать отрешённость, но они врали. Младший помощник не находил в себе сил для спокойствия, в отличии от смотрящего в одну точку капитана. Кто и когда дал звание этому бедолаге? Говорили, когда-то он и правда заслужил его, а не присвоил самовольно. Такое практиковалось в последнее время: стоило какому-нибудь работяге разжиться летающим корытом, и он тут же начинал именоваться чуть ли не адмиралом.

Всколоченный, в истёртых рычагами перчатках, мужчина сидел на полу, обнимал колени и выглядел как восковая фигура. Безусый юноша с досадой отвернулся от него и вытерев слёзы дрожащей ладонью. Впервые в жизни ему было всё равно, что кто-то видит, как он плачет. Ключ сломан, искалеченный корабль терял высоту, а в небе среди взрывов гремел драконий рёв. Его можно спутать с громом. Если не присматриваться, даже фиолетовые молнии казались обычной стихией.

Битвы на воде и земле давно стали дополнением к основной игре. Пехота и наземные орудия хорошо справлялись с оборонительной ролью, но только и всего. Нынче земля всего лишь ресурс для подкрепления воздушных сил. Небесная армада — вот кто теперь играет по-крупному.

Они находились далеко не в центре сражения, выбрав наиболее безопасную высоту. Капитан не был трусом, он просто понимал, что хилая посудина станет помехой под винтами хорошо оснащённого флота.

Мальчик вздрогнул от очередного взрыва и случайно прикусил язык. Наверное, больно — он даже и не понял.

Войска королевы несли ужасные потери в небе и на суше. Помимо основных сил привлекли дополнительные: всех, у кого был собственный, хоть сколько-нибудь боеспособный воздушный транспорт, призвали воспрянуть духом и встать на защиту родины.

Капитан приходился своему помощнику соседом. Жажда послужить отечеству побудила его заменить мотор на старом катеропаре, приладить на борт парочку сомнительных пушек и позволить чужому мальчишке увязаться вместе с ним. «Пилот — говаривал капитан, — заправский пилот, хоть и читает-то по слогам!» Оба почти не думали о награде в начале, а вот гибель повстречали, когда до конца было ещё так далеко.

Печка в центре каюты плевалась искрами. Дым стоял коромыслом, разъедал слизистую оболочку, и слёзы не могли вывести эту черноту. Будь пузатые окуляры на месте, они бы защитили глаза — глаза, но не жизнь. Юноша снова всхлипнул и стянул фуражку.

Ноги ощутили, что с палубой что-то не так и разъехались в стороны. Весь корпус корабля накренился вперёд, под аккомпанемент отрывистого капитанского вопля. Мужчина всё-таки нарушил молчание и теперь полностью осознавал, что происходит. Жаль. Бедняга сражался до последнего, доблестно и бестолково. А когда понял, что их обрёк на смерть даже не огненный — электрический! — монстр, опустил руки и молча скорбел. Не о себе: о мальчишке, которого сгубил вовсе не дракон — а он, капитан. Когда позволил искать в небе подвигов в компании старого дурня.

Море под ними сменилось землёй, а катеропар всё снижался. Слишком быстро для того чтобы остаться живыми. Достаточно медленно, чтобы видеть и понимать, какой ад творится снаружи. Маленькое, кристально чистое стёклышко в замутнённом сознании всё подмечало с обострённым вниманием. В голове прокручивались последние минуты. А вовсе не вся жизнь.

Ах, эта голова, эта чокнутая, слетевшая с катушек бобина! Зациклилась на зелёном дыму и не хочет вспомнить даже о родных. Весь мир превратился в один тошнотворный комок.

Только бой.

Только боль.

Вопреки всеобщему, напряжённому ожиданию, дракон появился внезапно. Все только и говорили об этих монстрах и собирались встретить их со дня на день. И всё равно никто не оказался подготовлен, чтобы увидеть легендарное оружие Железной королевы в действии. Чудовищ было около дюжины, но Сиена выпустила лишь одного, да и то не сразу. Только когда не осталось даже клочка голубого неба, а машины противников оборвали жизни стольких людей. А ведь наверняка в запасе у дредноутов скельтров есть что-то ещё. Варвары славились своим железом, но прежде оно выглядело топорным и действовало слишком открыто. Теперь один крейсер за другим разрезал килем воздух. По своему совершенству вражеский флот опасно приблизился к Небесной армаде. Помимо примитивной силы, эти корабли таили разные подлости — достаточно изощрённые, чтобы встретить новую эпоху, не ударив в грязь лицом. Столетие заканчивалось, никто не знал, что будет дальше, и многие — включая экипаж «Аглаи» — никогда уже не узнают.

Название катеропару придумал его капитан, который в настоящий момент онемел от ужаса и остекленел взглядом. Может, оно и хорошо? И посреди этой жути лучше со стороны наблюдать свою смерть? Мальчик отвернулся от товарища и вцепился в раму иллюминатора.

Да уж, не противник их подбил. Скельтров только веселили такие посудины, для них они были воздушными клоунами, а не воинами. Аглая — традиционное имя правящих королев, хотя используется оно редко: слишком мягко звучит, слишком нежно. Но дракону было некогда читать косую надпись на носу ржавеющего судна. О! Они умели читать. Они умели думать, говорить и анализировать. Будь этот катеропар хотя бы сколько-то ценным, его бы постарались облететь аккуратно, не задевая крючьями молний и змеиным хвостом. Мальчишка в ужасе смотрел на удаляющийся силуэт. Как он огромен, как широк размах крыльев! Рельефные позвонки извиваются, а перья на плечах радуются ветру. А необузданной злости так много, что досталось даже своим.

Младший помощник не знал, где умрёт — в небе, или успеет долететь до земли. Да есть ли разница? Везде одинаково страшно.

***

Небесная армада её величества насчитывала несколько сотен броненосцев, две тысячи дирижаблей и немыслимое количество судов поскромнее. Линейные корабли в составе эскадры, аэростаты-шпионы. Но непобедимой армада считалась в первую очередь потому, что включала в себя не только паровые машины, но и живые. С ними, как считалось в народе, невозможно проиграть. И нынешний день укрепил покачнувшуюся было веру в это.

У ополчившихся на весь белый свет скельтров тоже хватало чудес техники. Скельтры упрямы. Они до сих пор не желали сдаваться, особенно после того как на рассвете с триумфом выкосили треть имперской флотилии. Никто не думал, что подобное возможно, и эта кичливая беспечность верховного командования дорого обошлась. Теперь «однорукий» лорд-адмирал рисковал остаться уже без головы.

Всё дело в зависти и газе. Флот королевы несколько недель щеголял новыми линкорами. Они отличались от прежних дредноутов тем, что вместо четырёх замедляющих скорость башен теперь было три: две на носу и одна на корме. Калибр подскочил с двенадцати дюймов до четырнадцати. Машины летали по небу как гордые птицы, жгли и взрывали так, что, как им тогда казалось, не уступали драконам. Некоторые серьёзно утверждали, что более в чудовищах надобности нет: армада справится сама. Между прочим, такие призывы считались государственной изменой, да и вообще являлись глупостью.