Чтение онлайн

В глубоком как сама бездна голосе промелькнуло сочувствие.

— Пошлите Легион.

Тяжёлый гул двигателей пробился в джунгли. Внизу, где царил хаос, и шла необузданная жатва человеческих жизней, немногие выжившие фаэрийцы посмотрели наверх. И словно незримая рука отодвинула полог, чтобы открыть плоские бока десантно-штурмового корабля. Абордажный трап был откинут, а тьму в чреве «Грозовой птицы» освещал сонм красных как пламя линз — пассажиры завершали клятвы битвы.

Первый из воинов с оглушительным грохотом опустился на землю. Взвыл цепной клинок, великан в зелёных как лес доспехах навёл болт-пистолет.

— Ко мне! За свободу человечества и во славу Терры!

Подобно бьющим по земле молниям к нему присоединились другие крестоносцы в доспехах, несущих на наплечниках знак оскалившегося дракона.

Мы рождены в огне.

И все как один закричали.

— Вулкан!

Он уже сражался с эльдарами, но всё было иначе. Направленным на 154-ый экспедиционный флот Саламандрам поручили сражаться с налётчиками-пиратами — совершенно отличными от обитателей джунглей существами. То были ужасные суккубы, затянутые в кожу и увешанные мясницкими ножами. Они появились из ниоткуда, словно часть пустоты отделилась от целого, и выпотрошили два фрегата прежде, чем вмешался XVIII Легион и отбросил ксеносов. Ноктюрнцы звали их «сумеречными призраками». То были злые духи, похитители душ, и воин ненавидел их от всей накопленной культурной памяти своего народа.

Перед этой битвой Гека’тан ещё не скрещивал клинки с наездниками на драконах. Обитающие в лесах чужаки не были такими технологически продвинутыми, как их родичи, но они всё равно были эльдарами. И были быстры.

— Внимание, слева, — раздавшееся на командной частоте отделения также отразилось иконкой на ретинальных линзах. Он по прежнему водил пистолетом, стреляя на полуавтоматическом режиме по врагу столь лёгкому на ногу, что целеуказатель не мог уследить. Выстрелы разрывали листву. — Огонь очередями.

Легионеры перестали целиться и сфокусировали огонь на указанных зонах. Яростный обстрел поверг всадника и трёх его родичей.

Гека’тан увидел, как брат Каитар опустился на колени и провёл по наплечнику пальцем, покрытым пеплом одного из медленно гаснущих на поляне огней.

— На наковальню, капитан.

Гека’тан улыбнулся под лицевой пластиной и резко отсалютовал брату. Затем он открыл канал связи роты.

— Всей 14-ой. Вперёд.

Многочисленные «Грозовые птицы» прорвались через покров леса, неся воинов XVIII Легиона на помощь разбитой армии. Они построились быстро и методично — сыны Вулкана ожидали, что отец присоединится к ним, когда станет погорячее.

Несколько отделений из роты Гека’тана собрались, и стена болтерного огня озарила джунгли, гоня прочь тьму и разрывая деревья в щепки. Авангард эльдаров слабел. Птерозавры взмывали в воздух и исчезали в разрывах полога, взывая о мщении. Ряды стегозавров выступили из-за отступающего заслона всадников на рапторах в попытке задержать легионеров.

Коротким боевым знаком Гека’тан приказал выдвинуться дивизиону тяжёлого вооружения.

Исходящий от конденсаторов звук поднялся от тихого гула до тяжёлого стука, когда конверсионные излучатели достигли готовности к стрельбе. Раскатистый хлопок вырвался из нацеленных наконечников, когда энергетические орудия рассекли листву. Взрыв поглотил стегозавров и не оставил ничего, кроме влажных осколков костей.

Быстрый двойной щелчок пальцев стал сигналом, что пора вновь открыть огонь из болтеров. Гека’тан повёл воинов вперёд, убрав пистолет, когда Саламандры получили контроль над полем боя. Решимость солдат медленно возвращалась. Их воодушевило появление легионных астартес, непоколебимо шагающих мимо дрожащих фаэрийцев.

Гека’тан недовольно посмотрел на армейского надсмотрщика, пытавшегося восстановить порядок во взводе.

— Солдат, веди за мной своих людей.

Надсмотрщик резко отсалютовал капитану.

— Во славу Терры и Императора! — он отвернулся и с новой силой заорал на солдат. По всем джунглям Саламандры брали на себя командование подразделениями армии и расчищали путь. С легионом на острие солдаты шли следом для поддержки.

Эльдары упорствовали, несмотря на гибель стегозавров и многочисленные поражения, которые они претерпели на двухкилометровом отрезке столкновения с Саламандрами. Со спин скакунов-ящеров всадники выпустили достойный смеха шквал ружейного огня. Птерозавры совершали молниеносные нападения на легионеров, пока слишком многие не погибли от болтеров Саламандр. Загнанный в угол стегозавр решительно топал вперёд, пока его не разорвала ракета. Падая, зверь перевернулся и раздавил двух всадников на рапторах.

Против легионных астартес не действовала любимая эльдарами тактика налёта и отскока.

Саламандры наступали, и джунгли перед ними начали меняться. Ветви переплетались, листья и лозы сливались воедино. Спустя считанные минуты перед легионерами встала сплошная стена. Через ретинальные линзы боевого шлема Гека’тан продолжал видеть многочисленные следы тел — враг поджидал их во мраке. Быстро движущиеся отряды воинства эльдаров вновь их окружали. Стаи рапторов яркими отпечатками тепла проносились по периферийному зрению, а их родичи-птерозавры садились на самые высокие деревья, готовя засаду.

Иконка пятого сержанта Баннона вспыхнула на левой ретинальной линзе Гека’тана вместе с информацией о целях, когда капитан открыл канал связи.

— Брат, ад и пламя.

Вспыхнул символ подтверждения, а затем все Саламандры отступили в соответствии с протоколами огня на подавление. Надсмотрщик, чей взвод присоединился к отделению Гека’тана принял это за намёк погнать сплотившихся фаэрийцев вперёд, но легионер остановил его.

— Не сейчас, — сказал он, задержав солдата.

— Мой господин, мы готовы умереть во славу Императора!

— Так и будет, человек, но выступи вперёд сейчас, и твоя смерть будет бесцельной, — Гека’тан показал мечом на движение в рядах Саламандр.

Сержант Баннон вывел вперёд шесть отделений огнемётчиков.

— Ад и пламя!

Ответом его крику стала пульсирующая волна раскалённого прометия. Джунгли съёжились от жара. На флангах раздались взрывы, когда кружащие рапторы наткнулись на растяжки осколочных гранат, заложенных скаутами Саламандр, которые незримо действовали на окраинах зоны боевых действий.