Шрифт:
Часть I
Если бы кто-нибудь рассказал Валентине Сергеевне Петуховой о том, в какой водоворот таинственных и невероятных событий она будет вовлечена, эта пожилая, но весьма энергичная дама только посмеялась бы. Ни во что сверхъестественное она не верила. Мало того, она всю жизнь боролась с религиозным мракобесием и была ярой атеисткой. Библиотека, которой руководила Валентина Сергеевна, отличалась высоким уровнем атеистической пропаганды. Здесь постоянно устраивались различные выставки, развенчивающие неприглядную роль религии в современном обществе. Не реже одного раза в месяц проходили диспуты на ту же тему, а подборке атеистической литературы могла бы позавидовать любая крупная библиотека страны. Словом, атеизм был коньком Валентины Сергеевны. Но, что удивительно, другим ее увлечением были сбор и засолка грибов. Эти две, казалось бы, противоположные страсти мирно уживались в кипучей душе Петуховой.
Грибам, или микологии, как научно изъяснялась Валентина Сергеевна, она посвящала многие часы и считала их лучшим отдыхом. Читала солидные многотомные исследования о грибах, не пропускала последних новинок по этой теме, а летом со всей страстью отдавалась «тихой охоте», как называют сбор грибов. Почти каждый свой отпуск проводила она в глухих лесных деревушках, прочесывая березовые рощи и сосновые боры в поисках грибных эльдорадо, и, случалось, находила поистине россыпи рыжиков и груздей. Тут же солила, используя ведомые одной ей рецепты. Валентину Сергеевну отличала одна особенность. Она никогда не собирала грибов в уже известных ей местах, постоянно выискивала все новые неизвестные уголки.
И нынешний отпуск она решила провести в дотоле неизвестном месте. Как-то, возвращаясь на электричке из очередного грибного похода, она случайно подслушала разговор двух старушек, таких же собирательниц грибов, как она. Из тихого разговора, не все подробности которого она расслышала, удалось уяснить, что есть-де такая деревушка Лиходеевка, так вот у этой деревушки белый гриб попадается в таком изобилии, что хоть косой коси, однако нужно знать места. Да и с самой Лиходеевкой не все в порядке, что-то в этой деревушке неладно.
– Нечисто там, – выразилась одна старушка.
«Видать, дебри непролазные, – подумала Петухова, – небось ни пройти, ни проехать». И она продолжала прислушиваться к разговору.
– Грибов там страсть, – продолжала нашептывать бабка, – только я туда ни ногой. Да и местные в те места не ходят, опасаются.
Что уж там такого опасного, Валентина Сергеевна не расслышала, потому что в электричку вошли веселые парни с гитарами и заорали какую-то песню.
Разговор про сказочно богатую грибами Лиходеевку не давал ей покоя. Она выяснила, что деревня действительно находится далеко от города – километрах в пятидесяти, что добраться туда нелегко, возможно лишь на попутке, но все эти трудности только подзадорили энтузиастку грибного промысла.
И вот наступил долгожданный отпуск. Август только начинался. Стояла именно та погода, которую так любят грибники. Ночью сеял мелкий теплый дождик, а с утра день был свеж и ясен. Для понимающего человека лучше погоды не бывает. Валентина Сергеевна собралась в дорогу без промедления. На удивление быстро нашла попутную машину и вскоре уже тряслась в кабине грузовика, везшего в кузове какие-то сельскохозяйственные запчасти. Шофер попался неразговорчивый. Он всю дорогу молчал и, как казалось Валентине Сергеевне, был чем-то рассержен. На нее он, казалось, не обращал внимания и на все ее попытки заговорить с ним упорно отмалчивался. И только в самом конце пути, услышав, что попутчица едет в Лиходеевку собирать грибы, внимательно посмотрел на нее, отвлекшись на минуту от дороги. При этом машину основательно тряхнуло.
– За грибами, значит? В Лиходеевку? – На лице его появилась гримаса насмешливого сострадания. – Зря вы это затеяли, дамочка. Грибов сейчас кругом много. Зачем же в эту Лиходеевку? Убежите вы оттуда без оглядки, попомните мои слова.
На вопрос, что же там такого страшного, шофер хмыкнул, покосился на нее и почему-то смущенно промолвил:
– Комаров больно много.
Комаров Валентина Сергеевна не боялась, но что-то в тоне водителя насторожило ее. Она попыталась узнать какие-то подробности о Лиходеевке, но шофер в разговор больше не вступал и внимательно смотрел на дорогу. Машина вскоре съехала с разбитого тракта и поехала лесом. Ветки берез то и дело ударяли по кабине, обдавая Валентину Сергеевну дождевой влагой, и она поспешно закрыла окно.
Вдруг лес расступился, и показалась деревня.
– Вот она, Лиходеевка, – сказал шофер и, притормозив, повернулся к Валентине Сергеевне: – А может, дальше поедете, до Кутушева, там тоже грибов тьма, а места не в пример спокойнее.
Но она отрицательно замотала головой и стала совать водителю деньги, от которых тот решительно отказался.
– Назад повезу – рассчитаемся, – засмеялся он и махнул рукой на прощание.
Машина уехала, а Валентина Сергеевна остановилась у края дороги и огляделась.
Сельцо, которое предстало перед изумленными глазами Валентины Сергеевны, словно сошло с идиллического пейзажа девятнадцатого века. Столетние липы и тополя обрамляли десятка три живописных изб, вернее, беленых хат, крытых чуть ли не соломой. Не видно было даже привычных телеграфных столбов. И хотя ярко светило солнце и все сверкало красками августовского дня, от этой идиллии становилось почему-то печально и даже тревожно. Может быть, причиной была абсолютная тишина, стоявшая вокруг. Не слышно было привычных звуков деревенской жизни: кудахтанья кур, мычания скотины, собачьего лая.
«Вымерли здесь все, что ли?» – с тревогой подумала Валентина Сергеевна и побрела по заросшей куриной слепотой тропинке к крайнему дому.
В огороде какая-то женщина полола картошку. Валентина Сергеевна поздоровалась и поинтересовалась, нельзя ли где поселиться на время?
– А что вам здесь? – спросила женщина, оказавшаяся при ближнем рассмотрении совсем старой, с морщинистым, как печеное яблоко, лицом.
– Да отдохнуть хочу, – молвила Валентина Сергеевна, осматриваясь вокруг. Ей понравилась аккуратная изба, чистота и порядок во дворе.
– Дачница, значит, – протянула старуха с сомнением. – Только дачникам у нас делать нечего. Кругом болота да леса дремучие. Их у нас отродясь не бывало. Пробовали некоторые, да долго не выдерживали. Муторно тут без привычки.
Старуха ни с того ни с сего перекрестилась.
– А грибы тут у вас есть? – полюбопытствовала Валентина Сергеевна.
– Грибов-то пропасть, – был ответ. – Да не больно-то их собирают, в лесах этих проклятых.
– Так, может, пустите на постой? – продолжала гнуть свое Петухова.