Чтение онлайн

– Нет такого зелья, я тебе уже говорила. Лишь твои забота и тепло, твоё отношение может помочь ей. Приведи того надоедливого мальчишку — может, он и сообразит, что делать.

Мастер поднялся из кресла. Что же, ждать иного ответа и не приходилось. Он кивнул старухе на прощание и вышел прочь. Теперь путь был один: помочь Окане пережить смерть подруги. И сделать это должен именно он, а не кто-то другой.

Глава 15. Отчаяние

Окане сидела у окна. Капли дождя медленно стекали по стеклу, серый город вдалеке мерцал жёлтыми огнями. Девушка смотрела на него, но ничего не видела. Мысли её были сосредоточены на Лине. Та мерещилась наяву: сидя на кровати, слабо улыбалась; её красные волосы снова были яркими и пышными, щёки розовыми, а губы пухлыми. Она снова напевала знакомую мелодию, словно подставляя лицо весеннему ветру… Окане закрывала глаза, но образ никуда не уходил. Так хотелось, чтобы подруга поправилась…

– Слишком поздно, - прошептала девушка в пустоту. То были не её слова, но Лины, сидящей рядом и обнимающей за плечи.
– Ты обещала справиться.

Она шептала тихо, вытирая уже сухие щёки. Слёзы закончились, но душа плакала, терзая себя за то, что не смогла помочь дорогому человеку.

На это подруга лишь смеялась, и, сев рядом, поглаживала Окане по голове.

– Ты обещала спасти, - Лина снова заговорила её устами. Призрак не злился, не дёргался в агонии, но и не уходил… Кто знает, может это и было лишь воображением самой говорящей. Она не знала, но и знать не хотела, ведь проще видеть подругу рядом, говорить, словно она ещё жива, словно есть ещё возможность всё исправить.

– Я виновата, - склонила голову девушка, ощущая, как на плечи ложится тяжесть этих слов. В том гробу должна лежать она; это её должны были пытать, изучая. Всего-то и требовалось просто прийти и предложить себя вместо Лины… Но она не сделала этого. Что уж, она не сделала ничего.

– Ещё есть время, - прошептал призрак подруги, растворяясь в воздухе.

– Нет, - Окане протянула руку, и тут же, в холодном поту и липкой ночнушке, проснулась. Вокруг было темно, ведь кристаллы Желейны уже погасли.

– Ещё есть время… - прошептала она, пытаясь понять, что же подруга имела в виду. Дверь в комнату приоткрылась, впуская внутрь синие огни, за которыми показался и сам их обладатель.

– Ты не спишь?
– спросил Мастер.

Окане покачала головой.

– Кошмары?

Огоньки заплясали, расходясь по комнате. Они тянули за собой невидимое тепло, окончательно прогоняя кошмары и защищая сон так, что никакой призрак теперь не сможет и подобраться.

– Ты что-то делал?
– поинтересовалась она.

Мужчина присел на кровать и потрепал её волосы.

– Не так важно. Хочешь кушать? Ты давно ничего не ела, - он был серьёзно обеспокоен состоянием дочери.

– Нет аппетита.

– Те Ци принёс желе и пудинг с твоими любимыми вкусами, а ещё испёк пирожки с шоколадом в виде рыбок. Может, попробуешь немного ради него?
– усмехнулся, ожидая реакции на свою хитрость, отец.

– Один. Ради него, - согласилась дочь, сжимая одеяло.
– Можешь оставить мне помощников?

Ей не хотелось оставаться одной, а синие огоньки действовали успокаивающе.

– Хорошо, я быстро!
– Мастер невольно шёл на поводу у всех желаний Окане, надеясь, что это поможет хоть немного оправиться, но она всё также мало ела и плохо спала. Дни, однако, неумолимо шагали мимо, и всё, что в такой ситуации оставалось мужчине - работать, иногда навещая дочь… Когда он вернулся, та опять смотрела в окно, словно ожидая кого-то.

– Держи, - Мастер протянул тарелку и ложку, и девушка взяла их исхудавшими пальцами.

– Спасибо.

Она начала медленно есть. Мастер видел, что ей приходится заставлять себя, будто что-то заметно мешало. Но, несмотря на внешнее выражение отвращения к еде, Окане осилила всю порцию пудинга, за что, улыбаясь, отец погладил её по голове. Сейчас она напоминала ребёнка - ту маленькую девочку, худую и беззащитную, что мужчина однажды привёл домой. Как и в начале совместного пути, они остались вдвоём… Была ещё надежда, что придёт Раймонд, но за неделю тот не показал и носу. А потом выяснилось - парень исчез: ушёл с работы, бросил комнату, совершенно растворился из города, оставив «дорогую подругу» одну. Искать его Мастер, однако, не собирался, ведь куда более важной в этот момент казалась обязанность оставаться с дочерью.

– Я ещё посплю, - ложась, сказала она, - можешь идти. Больше не буду тебя отвлекать.

– Ты меня не отвлекаешь. Если что - зови, - мужчина неспешно покинул комнату забирая с собой голубые огни, дабы те не мешали ей спать. Окане снова осталась одна. Осталась, тем не менее, в темноте, с призраками прошлого. Она уже понимала - Раймонд не придёт. Что-то неведомое останавливало парня перед тем, чтобы показаться, и это немало обижало. Столько слов, столько пустых обещаний… Она поверила, а он бросил также просто, как и тогда, семь лет назад, вновь оставив наедине со своими проблемами… Перевернувшись на другой бок, Окане посмотрела в окно. Призрак Лины вновь сел у её ног, напевая знакомую мелодию, мотив которой, нежный и ласковый, словно отзывался из детства. Хозяйка комнаты приподнялась, дотронувшись до руки подруги, но та никак не отреагировала.

– Если бы ты только была жива…

– Если бы я только была жива? Но ведь ещё не поздно, - вторила девушка.

Окане взглянула в бледные глаза подруги, которые словно заволокло дымом; сжала её руку, осознавая, что не может понять этих слов. Не может понять и не может ничего сделать. Именно потому и было поздно: больше они точно не пойдут вместе в библиотеку, не прогуляются по главной улице, не будут танцевать на празднике осени. Они не будут вместе смеяться над парнями, вместе есть, делить секреты, засыпать; никогда девушки не пойдут к друг другу в гости, не обнимутся и не засмеются. Лина умерла потому, что подруга ничего не сделала. Ничего.

– Ты виновата, да, - призрак обнял за шею, - я ведь хотела жить не меньше тебя. Завидовала тебе и твоей силе. А, знаешь, мне было столь завидно, что я приняла твою энергию. Приняла всю, что ты мне дала. Было больно. Ты яд, Окане. Твоя энергия раздирала на кусочки. Именно эта боль, созданная тобой, убила меня.

«Невольная убийца» сжалась в клубок, сотрясаясь от слёз.

– Прости, прости, прости… - шептала она, осознавая, что сделала. Если бы только можно было всё исправить, если бы только…