Чтение онлайн

Работал начальником отдела Министерства труда Казахстана.

Но это нам ни о чем не говорит. А вот то, что после скромного начотдельства он стал старшим специалистом Представительства министерства внешнеэкономических связей республики в городе Урумчи (КНР), а затем исполнительным директором Торгового дома Казахстана в Гонконге – говорит о многом. А именно о том, что его вход в элиту явно связан с "казахстанско-китайской темой". А это тема, мягко говоря, непростая.

Затем Масимов (уже войдя в элиту) возглавлял правление Алматинского торгово-финансового банка и Народного сберегательного банка Казахстана. Назначался министром транспорта и коммуникаций, помощником президента Республики Казахстан по международным вопросам.

С января 2006 года – вице-премьер республики.

Владеет несколькими видами восточных единоборств, является знатоком китайской и японской поэзии.

Вот что мы знаем о новом казахстанском премьере. Подчеркиваю – знаем. Есть то, чего мы не знаем. Наверное, это нетрудно узнать. Но я пока не знаю, где при такой биографии обучался будущий премьер арабскому языку. В университете им. Патриса Лумумбы он, видимо, обучался все же китайскому языку. Потому что сразу после окончания института работал по китайской линии.

Сплетни казахстанских оппозиционных сайтов о том, что Масимов готовился в ПГУ или ГРУ, куда он попал как сметливый солдат уйгурской национальности, – носят весьма размытый характер.

Понимая, что это сплетни, приведем их просто для заполнения лакун нашего непонимания хоть какой-то фактурой. При этом сразу оговорим, что фактура некачественная. Так что же говорится в сплетнях?

Говорится, что Масимов – это уйгур, родившийся в Целинограде и замеченный, скорее всего, сотрудниками ГРУ во время службы в армии.

Говорится также, что ГРУ подметило способного к языкам солдата подходящей национальности и начало готовить его к работе в Синцзян-уйгурском автономном округе Китая. Что это за работа – понятно. Это работа на подрыв китайской стабильности (после Даманского и договоренностей между США и Китаем такое направление работы просто не могло не существовать).

Говорится также, что именно ГРУ направило Масимова в университет Патриса Лумумбы и в дальнейшем "вело по жизни", доведя до звания капитана.

Сплетня это или нет – мы не знаем. Но нам надо понимать, по каким каналам Масимов попал в элитный институт. А главное, почему его с 3-го курса направили работать по китайскому направлению. Других объяснений нет. Мы приводим сплетни. Делаем пометку на полях "сплетни" и идем дальше. Дальше – вопрос об арабском языке.

В биографии Масимова прямо сказано, что в университете Патриса Лумумбы он изучал китайский. Был ли он настолько одарен, чтобы параллельно учить арабский? Это возможно, но маловероятно. Китайский – это сложнейший язык. В дополнение к нему может быть европейский (например, английский). Но чтобы был арабский… нужна невероятная талантливость и чья-то санкция.

Повторяю, это возможно, но маловероятно. И столь же маловероятно, что Масимов сам учил арабский язык. При его профиле деятельности такое (именно арабское) языковое рвение могло восприниматься превратно и помешать деятельности. Как в своем отечестве, так и в Китае. Где быстро сообразили бы: мало, что уйгур, так еще и зубрит арабский. Наверное, Коран читать хочет?

Скорее всего, Масимов учил арабский в Китае.

Ведь сказано же в биографии: В 1991-м окончил Пекинский институт языка и юридический факультет Уханьского университета (КНР).

Но если он учил арабский в 1991 году в Пекинском институте языка (а еще параллельно учился в Уханьском университете на юриста), то это так интересно, что дальше некуда. И это, прошу прощения, адресует не к ГРУ, а к чему-то более иноземному.

Не буду говорить, к чему именно. И не хочу девальвировать ГРУ. Просто всякий, кто знает, что такое ГРУ в 1991 году – меня поймет. Не ГРУ так специализировало Масимова в этот период, а, скорее всего, "китайские товарищи". Возможно, сами. А возможно, на паях с нашими (последнее – очень комплиментарный для нас вариант).

Все это можно уточнить, если нужно. Но беда-то в том, что никто не хочет рассматривать даже официальной биографии. В решающий для нас регион пришел новый премьер, причем небезынтересный. И что? Это кого-то интересует? Нет. Но время от времени в полусне раздается бормотание про империю.

Извините, так империю не делают. Хочешь империю? Интересуйся структурой будущего (да еще и бывшего) доминиона. Живи этим интересом. Тогда, может быть, что-то получится.

Но вернемся к тому, что очевидно уже из официальной биографии нового премьера.

Этим очевидным является "китайский след" в биографии.

2.2. "Китайский след"

Этот след сразу же породил в экспертном сообществе слухи об усилении "китайского направления" в международной политике Казахстана. При этом в качестве аргументов приводились договоренности, достигнутые во время официального визита Н.Назарбаева в Китай во второй половине декабря 2006 года (в подготовке которого активное участие принимал К.Масимов).

А ВОТ ТЕПЕРЬ О НЕКОТОРЫХ СТРАТЕГИЧЕСКИХ СОВПАДЕНИЯХ (рис. 7).

Как нам комментировать подобное совпадение? Да никак! Мы не специалисты по теории заговора и понимаем, что жизнь – сложная штука. И любые совпадения могут быть случайными. Наш подход к этому строится на том же, на чем и наш подход к смерти Ниязова. То есть, мы считаем, что случайность возможна и даже высоковероятна. Но гипотеза о случайности совпадения – все же лишь одна из возможных. Есть и другая гипотеза – о неслучайности совпадения.

Гипотезы всегда имеют вероятностный характер.