Чтение онлайн

– Начни с начала.

– Вы же слышали про Точмашевское серебро?

Тут уже на лице Яна сменилась целая гамма чувств, от непонимания и удивления до неприкрытого разочарования. Но по прежнему в течении секунды. Впрочем, он разочарование он скрывать и не собирался.

– Да, Танк, общепризнанная пустышка. Искали многие, в свое время - почти все.

Ян опять задумался, будто что-то припоминая.

– Хотя, по всем признакам, дело тогда считалось верным. Это не слух какой или байка, документы о приемке, куча людей, видевших то серебро. Людей при должностях, заметь.

– Да, Ян Карлович, мне так все и говорили.

Ян на мгновение сузил глаза и едва заметно выпрямился в кресле, приобрел привычный внимательно-приветливый вид:

– С чего вдруг интерес к древней истории, Танк? Мне нужно что-то знать?

В такие моменты пауз быть не должно, если хочешь, чтобы все выглядело натурально, либо, это должны быть обоснованные паузы. Я смущенно пожал плечами, замялся, стараясь не переигрывать:

Понимаете, Ян Карлович, старые истории, слухи...

Реакция Яна на разговоры про Точмашевское серебро мне не понравилась. Про Виталькину историю ему я точно рассказывать не буду. Сохраняя смущенное выражение лица, я поставил рюмку на стол и протянул руку хозяину.

– Пустышка значит... Извините, Ян Карлович, что отвлек.

Как можно более смущенно и просто посмотрел в глаза хозяину.

– Ничего, Танк, бывает, заходи, всегда рад тебя видеть, - Ян радушно развел руками и пожал руку. Я развернулся и шагнул к двери, уже закрывая дверь мельком глянул на хозяина Януса, на лице того маской застыло радушное выражение с абсолютно стеклянными глазами, еще взгляд зацепился за мою рюмку с недопитым коньяком.

Твою же мать! Так проколоться! Вряд ли Ян поверит, что я настолько засмущался, что даже не допил коньяк, да и убрался я излишне поспешно. Нехорошо, однозначно. После того, как поведение Яна стало непонятным и подозрительным, я планировал сохранять ровно простые отношения с хозяином торгового дома. Смена картинки крепкого, но простодушного и недалекого парня вряд ли пойдет на пользу. Психолог на лекции однажды сказал: "Вас, как и простых Егерей, гоняют так, что выглядеть туповатыми увальнями вам легче легкого, единственно, чего вам не рекомендуется, это делать умное лицо, однозначно спалитесь, контролируйте выражение лица и будете жить долго и, возможно, счастливо". Так, а чего я занервничал? Не на задании и даже не на тренировке. Профессиональная деформация, как говорил психолог. Если подумать, я постоянно опасаюсь. Опасаюсь, что выяснится моя принадлежность к Базе, а уж тем более к Егерям. А уж если станет известно про нашу отдельную спецгруппу из Егерей, то вообще никто разбираться не станет. Кто поверит, что я в Форте сам по себе? Кстати, как-то слишком просто я уволился, как только узнали, что собираюсь осесть в Форте. Нет, все же я слишком подозрительный. Не придет же однажды с Базы старый знакомый и не попросит оказать услугу. Или придет? Так, пора завязывать с такими мыслями, солдату думать вредно. На выходе махнул рукой приказчику и вышел из "Януса".

Возвращаясь домой, решил пройти мимо учебки Братства. Как бы сегодняшние утренние приключения мне не аукнулись. Между Южным Бульваром и учебкой вкопан невысокий бетонный пасынок. По выщерблинам и следам ржавчины видно, что когда-то к нему был прикручен железной проволокой деревянный столб. Столб давно уже кто-то открутил, а пасынок вырвать из земли не так просто. К столбу слева прислонена свежесломанная ветка клена, листья еще даже вянуть не начали. Я подошел и откинул ветку подальше. Работодатель хочет меня видеть.

На вечер надо чего-нибудь купить, а то пил много, ел мало. Наш Луковский рынок чуть подешевле, там и куплю чего-нибудь. С сожалением прошел мимо кулинарии. Что за мерзкая приправа эта корица - за полкилометра манит запахом. Взял маленькую булку хлеба в другом киоске. Да, сахар же кончился! Снова обернулся к полной продавщице.

– Сахар почем?

– Песок три рубля кило или вон кусковой рубль полкило.

– А почему дешевле?

Продавщица пожала пухлыми плечами:

– Песок из Северореченска, а кускового, говорят, поисковики три вагона на Старых Путях нашли. На полгода, считай, цену сбили.

Сахара я взял две пачки.

Податься в поисковики мысли были, смущает только нестабильный доход. Да и странное про них говорят, кто каждый выход с товаром, а другие год ничего найти не могут и бросают. Как будто секрет какой есть. Про Проводников опять же болтают. Темное дело, короче.

Завтра в восемь встречусь с заказчиком, потом надо будет найти Витальку, пора уже конкретнее решать, что делать будем.

Погруженный в невеселые мысли, дошел до дома. Что-то не так. Ага, трава справа от ворот примята. Во! В старом, с облупившейся краской жестяном почтовом ящике белеет бумага. Что еще за новости?

– Эй, танкист! Здаров!

Сосед вышел из ворот своей ограды, подошел к моей лавочке и приглашающее махнул рукой.

– Танк я, дядь Саш.

– Танк он железный, а ты человек. У тебя сегодня проходной двор, Виталька приходил, да ты с ним встретился, потом поштальён. Сосед вроде не шепелявит, а букву ша невпопад вставляет и произносит глухо. На лекциях про говоры что-то такое про белорусов говорили. Так! Да что за день такой сегодня!

– А вы откуда Витальку знаете, он же не Луковский?

– Мы с его дедом в Точмашевском гараже работали, я шоферил, а он там завхозом был, так Витальку родители на лето к деду отправляли. Он тут с местными дитями и бегал.

– А дед тут, что ли, жил?

– Ну да, в шестом дому, который заброшенный, - сосед махнул рукой вдоль улицы, - Помер он, уже лет пять как.

– Странно, Виталька ничего не говорил про деда.

Говорить не говорил, а дом мой нашел сразу, даже уточняющих вопросов не задавал. Мог бы тогда насторожиться. Не нужно расслабляться, боец.

Дядя Саша пожал плечами.

– Шо там за бумага-то?

Я открыл нижнюю тугую из-за слоев краски жестяную же крышку и небольшой, в половину тетрадного, лист выпал мне в руку. Так, что тут у нас? Повестка. В Дружину. В Центральный отдел. На завтра в 9-00. Еще не хватало.

Сосед не дождался меня у лавочки и подошел сам, прищурился пытаясь разобрать написанное на листке.

– Во как! Повестка тебе. Обратно в танковые войска штоль?
– уставился на меня.

Не, дядь Саш, в Дружину.

– Ты сидел штоль? Не порисованный вроде.

– Упаси Бог. Мож по прописке? Завтра схожу, узнаю.

Сосед ничего не сказал, повел бровями и пошел к себе, что-то бормоча.

Многовато событий для одного дня. Надо освежить легенду, хотя, что там освежать - говорить правду, просто не уточнять, что Егерь. Военник скажу у родителей оставил, паспорт настоящий, срочную служил обычным рядовым. Сверхсрочную якобы проходил младшим сержантом. Даже в военкомате по бумагам я рядовой-мотострелок, затем присвоено звание младшего сержанта. Расхождение с военником вроде на лицо, но в военкомате мне лишних вопросов не зададут, отличие в одной добавочной литере, кто не в курсе - не поймет.