Чтение онлайн

Они оказались под сенью дуба, который скрывал их от всех. Девочки шли впереди, они вышли из тени, и тут Люк остановил ее, повернул к себе и поцеловал — крепко и чересчур уверенно. Затем, быстро отпустив Амелию, он положил ее руку себе на локоть и повел дальше.

Она уставилась на него удивленно:

— Зачем вы это сделали?

Его глаза блеснули из-под ресниц, когда они вышли на солнечный свет.

— Не думаю, что это нужно объяснять.

Она прищурилась. Конечно, не нужно. Ни зачем он поцеловал ее, ни… вообще что-либо.

У него было богатое воображение, а потому остаток дня прошел в веселом погружении в легкомысленную игру.

Позже, когда они позавтракали в «Звезде и подвязке», когда великолепный день был уже в разгаре, она, спускаясь вниз по холму, пришла к выводу, что ей следует выказать неудовольствие хотя бы из соображений пристойности. Скользящее, быстрое движение его руки по ее бедру, прикрытому только тонким слоем муслина и шелковой сорочкой, было настолько откровенным, что заставило ее покраснеть. Она прекрасно знала, что этого никто не видел, но все же…

Амелия воспользовалась моментом, когда они проходили под очередным раскидистым деревом, повернулась к нему, чтобы сделать выговор — и тут же оказалась в его объятиях, и он страстно ее поцеловал, поцеловал до потери всякого соображения, и, когда он отпустил ее, она забыла, что хотела сказать.

Озорно улыбнувшись, он дернул ее за локон и, положив руку на ее талию, повернул к экипажу.

До самого дома она не закрывала зонтик, чтобы спрятать от сестер стыдливый румянец. Этот человек — просто повеса! Теперь его пальцы лежали у нее на затылке, причем откровенно по-хозяйски.

Неожиданным стало для нее открытие, что ей нравится, когда его пальцы лежат там — нравилось ощущать его прикосновение, тяжесть его руки. Ощущать кожу кожей.

И открытие это заставляло ее молчать и занимало все мысли, пока они возвращались домой.

Самым верным способом управлять Амелией было не просто держать бразды правления в своих руках, но время от времени волновать ее, отвлекать, чтобы у нее не оставалось времени вырвать эти самые бразды из его рук.

Приняв такое решение, Люк отправился вместе с ней, сестрами и Фионой посмотреть на подъем воздушного шара и, болтая с девушками о разных пустяках, держал ее на привязи — удерживая ее внимание на себе. Она просто не замечала других мужчин, которые безуспешно искали ее улыбки.

На следующий день, уверившись, что теперь он нашел на нее управу, уверившись, что у него хватит сил отвлечь ее и таким образом завуалировать до поры их нежданное сближение, до той поры, пока общество не привыкнет к этому, он согласился сопроводить свою мать, сестер, Фиону, Амелию и ее мать на ленч, который устраивали Харрингтоны на свежем воздухе в саду своего имения.

Подсчитав количество душ, он послал записку Реджи, пригласив и его присоединиться к ним. Реджи приехал на Маунт-стрит, как раз когда дамы, молодые и пожилые, оживленно разговаривая, спускались по парадной лестнице Эшфорд-Хауса. У тротуара их поджидали ландо Кинстеров и двухколесный экипаж Люка.

Спускаясь за своими дамами по лестнице, он улыбнулся Реджи. Тот умел считать не хуже других.

Реджи покосился на него и шепнул:

— Ты мне за это заплатишь.

Он поклонился Минерве и Луизе, которые были подругами его матери. С обреченным видом он кивнул молодым девицам. Лакей подсаживал их в экипаж. Амелия стояла рядом с ним, и он повернулся к ней.

Она только теперь поняла стратегию Люка.

Реджи поймал ее взгляд.

— Желаю хорошо провести время. Но дважды подумайте, прежде чем согласитесь на то, что он предложит.

Она скорчила гримасу и сжала руку Реджи, глядя, как он усаживается в ландо, заняв последнее свободное место рядом с Луизой. Люк дал указания кучеру и повернулся к ней. Ландо с грохотом укатило.

Его место у тротуара занял экипаж Люка. Он подсадил Амелию и, сев рядом с ней, взял в руки поводья и кивнул груму. Тот отпустил уздечки пары одинаковых серых. Они вскинули головы, Люк успокоил их и легким движением кисти пустил рысцой следом за ландо.

Амелия улыбнулась:

— Бедный Реджи.

— Он прекрасно проведет время — будет в центре внимания, сообщая дамам самые последние сплетни.

— Верно. — Он посмотрела на точеное лицо Люка. — Но сопровождать нас — это такое испытание, зачем вы ему предложили?

Он повернулся к ней, их взгляды встретились. Его взгляд сказал ей недвусмысленно: не будьте дурочкой. Блеск в полуночной глубине его глаз ясно означал, что у него есть планы на ленч у леди Харрингтон, план, который не имеет ничего общего с едой.

Когда он снова устремил взгляд на лошадей, ее сердце забилось быстрее, ее ум омыли фантастические предположения, ее нервы напряглись от волнения и предвкушения, которых она не испытывала ни с кем, кроме него.

Это приятное, радостно-уверенное предвкушение не покидало ее все время, пока они ехали по городу.

Да, искоса поглядывая на своего спутника, неправдоподобно красивого, на темный плащ, накинутый поверх утреннего фрака темно-синего цвета, на длинные пальцы, крепко держащие вожжи, которыми он умело направлял бег бодрых серых лошадок по оживленным улицам, она не могла придумать ничего, что сделало бы предстоящий день более интересным. Рядом с ней сидел тот, кто был ей нужен, и если она верно прочла его взгляд, ее ждало волшебное удовольствие.

Улыбаясь, она откинулась на спинку сиденья и принялась смотреть на бегущих лошадей.

Дом Харрингтонов находился к западу от города. Он стоял посреди обширного парка с высокими деревьями и озером. Леди Харрингтон встретила их на крыльце; Люк напустил на себя свой обычный скучающий вид, который говорил, что, учитывая количество особ женского пола его семьи, он просто почел себя обязанным их сопроводить.

Они присоединились к гостям, собравшимся на широкой террасе, выходящей на лужайку, прошли через толпу, кивая и обмениваясь приветствиями. Впрочем, Люк, идя рядом с Амелией, сохранял вид человека, обреченного вежливо скучать весь день.