Соблазн на всю ночь

Лондон

Февраль 1830 года

«Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты», – утверждает старая китайская поговорка. Тристан Толбот был единственным представителем светского Лондона, который отправлялся играть в кости в обществе своего слуги. И то обстоятельство, что слуга презирал «Колесо фортуны» как место, не соответствовавшее его достоинству, лишь подчеркивало степень падения Тристана. Игорный дом «Колесо фортуны» находился в столь удручающе мрачном месте и выглядел так непрезентабельно, что вполне мог бы сойти за логово воров.

Но, собственно говоря, это заведение и в самом деле было логовом воров. А также мошенников всех мастей, шулеров и проституток, к услугам которых не часто прибегали случайно забредшие в «Колесо фортуны» джентльмены. Войдя в зал, Тристан сразу же погрузился в привычную атмосферу: клубы сизого дыма, поднимавшиеся к низкому сводчатому потолку, тонущие в них темные фигуры, громкий пьяный смех. За ближайшим столом шулер потрошил желторотого новичка, волею капризной судьбы заброшенного в этот притон.

Сделав несколько глотков пива, Тристан отставил в сторону кружку и предложил сидящему напротив него мужчине сыграть в кости. Неожиданно входная дверь с грохотом распахнулась, и в полумрак комнаты вплыла женщина. В тусклом, болезненно-желтом свете фонаря она казалась похожей на тень. Она слегка пошатывалась, словно ноги отказывались повиноваться ей.

Тристан поднял глаза, окинул незнакомку внимательным взглядом и понял, что она чего-то боится. Он заметил ее настороженный взгляд, втянутую в плечи шею, как будто она хотела сжаться, сделаться меньше, исчезнуть. Да, он почувствовал в ней страх.

Впрочем, какое ему дело до этого? Многие женщины, попадавшие сюда, являлись жертвами обстоятельств и пешками в чьей-то игре. И здесь они находили тепло очага и кружку джина, помогавшую им забыть прошлое. Но эта женщина, одетая в плащ из грубой ткани, не похожа была на проститутку, торопящуюся продемонстрировать возможным клиентам все свои достоинства.

Одним глотком Тристан осушил остатки содержимого кружки и снова обратил внимание на вошедшую в зал девушку. Та остановилась теперь у стойки и что-то говорила стоящему за ней мужчине. По всей видимости, незнакомка разговаривала очень тихо, так что мужчине даже пришлось наклониться. Он покачал головой и отвернулся.

Тристан заставил себя снова сосредоточиться на игре. Сидевшие с ним за столом мужчины только что выбросили кости. Красное лицо Форсби с толстыми подрагивающими щеками выражало крайнюю степень недовольства, а остекленевшие от выпитого вина глаза тупо созерцали разбросанные по столу кубики. Когда Клеркенуэлл, довольно осклабясь беззубым ртом, сгреб стопку монет, Форсби закрыл лицо руками.

Игра продолжилась, и Тристану уже нельзя было отвлекаться. Он прекрасно знал, что в любую минуту кто-нибудь из игроков может смошенничать.

Форсби громко выругался и, поднявшись, направился к стойке.

– Черт возьми! Мне сегодня определенно не везет – глухо пробулькал он, пошатываясь из стороны в сторону.

Кости были выброшены снова, и игра продолжилась. Уголком глаза Тристан наблюдал за тем, что происходило у стойки. Форсби подошел к девушке, а потом вдруг неожиданно схватил ее за плечо. Пытаясь сбросить с себя его руку, она резко отшатнулась назад. Но Форсби шагнул за ней, и его пальцы с силой впились в ее тело. Мгновение – и он прижал девушку спиной к стойке.

Тристан отодвинул свой стул от стола и встал.

– Я сейчас вернусь, – бросил он. – Играйте пока без меня.

Несколько шагов, и Тристан встал рядом с Форсби, красное лицо которого нависло над головой девушки.

– Уберите руки, – дрожащим голосом проговорила она. – Немедленно, иначе я…

– Иначе ты что? – прошептал Форсби.

Тристан втиснулся между девушкой и Форсби.

– Вернись к столу, Форсби, – дружелюбно проговорил Тристан. – Мы позволим тебе бросить кости вне очереди. Нам не хватает одного игрока.

Бросив взгляд на Тристана, Форсби мрачно улыбнулся.

– Думаю, меня нетрудно заменить, – сказал он. – А я лучше займусь вот этой штучкой. Посмотри, какие у нее пухлые губки.

– Отпусти ее, – снова заговорил Тристан. – Ты должен вернуться, сейчас вряд ли удастся найти тебе замену.

– Отцепись от меня! – рявкнул Форсби. – Мои карманы опустели, и я решил найти себе развлечение подешевле.

Аглоу, слуга Тристана, крупный мужчина с массивной головой на короткой толстой шее и невозмутимым выражением лица, поднялся из-за стола, за которым минуту назад сидел рядом с Тристаном и Форсби, и неспешной походкой направился к выходу. На мгновение его квадратная фигура закрыла дверной проем.

Тристан положил руку на грудь Форсби и возбужденно зашептал:

– Я говорю тебе – оставь девочку. Он ушел, наши шансы увеличиваются.

– Ты пьян, Трис, – проворчал Форсби. – Возвращайся к своим костям и оставь меня в покое.

– Да, я пьян, – согласился Тристан, давя ладонью на грудь Форсби. – Но даже и в таком состоянии я куда больше мужчина, чем ты, Форсби. Давай-ка выйдем, поговорим. Отпусти ее.

Форсби, однако, выпустил девушку только для того, чтобы освободить руку и ударить Тристана кулаком в бок.

– Проваливай, сэр Галахад, наш непорочный рыцарь.

Тристан ухмыльнулся:

– Видимо, учеба в Итоне не пошла тебе на пользу. – Он размахнулся и нанес Форсби удар в челюсть. Голова Форсби откинулась назад, и он упал спиной на стойку.

– Я требую удовлетворения. Начинай искать себе секунданта. – Из рассеченной губы текла кровь.

Тристан устало махнул рукой.

– Я не участвую в дуэлях на рассвете. Это слишком рано для меня, – зевнув, проговорил он.

В ответ Форсби слепо ткнул Тристана кулаком в нос, но потерял равновесие и распластался на полу.