Чтение онлайн

Присев рядышком, я осторожно коснулся ее плеча.

– Мариш? – заставить себя произнести голливудскую банальщину в духе «Ты как?» или «С тобой все в порядке?» я не смог.

Девушка слабо улыбнулась в ответ:

– Да нормально вроде. Вы вовремя… успели. Дура я, да? Заставила вас побегать.

– Брось, пустяки это! Главное, закончилось все. – Насчет того, насколько вовремя мы успели, девушка вряд ли догадывалась. Да и насчет того, что все закончилось, – тоже. Дело-то ведь вовсе не в этих неудачливых насильниках, а совсем в ином! В ней самой, точнее – в том, что мы успели добраться до нее раньше, чем они. Нет, не эти уроды, двоих из которых сейчас вдохновенно допрашивают полковник с майором, а наши все еще неведомые оппоненты-экспериментаторы. Кстати, интересно, что, собственно, Петрович собирается у них выпытать? Это ведь просто пешки, не имеющие ни малейшего понятия о том, что на самом деле происходит. Вместо них вполне могли оказаться какие-нибудь беглые зеки, сошедший с ума турист с ледорубом или обкурившиеся дури хиппи. Да и вообще, это ведь она сама себя спасла, вовремя «передав» мне очередное сообщение о будущих событиях, второй раз за последний час, между прочим! Честно говоря, на ИХ месте, я бы уже прекратил этот фарс, вернул нас в «комнату с белым потолком» и попытался войти в контакт. Неужели они еще не поняли, что между нами достигнут некий паритет; что мы успеваем помешать смоделированным ими событиям раньше?! Или на самом деле не поняли? Или все идет именно так, как и задумано? Блин, голова кругом…

– Да нет, не думаю, что все закончилось, – негромко ответила девушка, глядя куда-то мимо меня, – боюсь, все продолжается…

Покончивший с «гигиеническими процедурами» капитан сунул мне в руки флягу со спиртом, выразительно подмигнул и отошел в сторону, вытаскивая из кармана сигареты.

– Что ты имеешь в виду?

– А вы разве не об этом же думаете? – грустно усмехнулась Марина.

– Ну… – замялся я. – Вообще-то, да, примерно об этом. Точнее, о том, почему они не прекращают весь этот идиотизм. Уже два раза у них ничего не вышло, а они, похоже, и не думают…

– Два раза? – Девушка взглянула на меня с неподдельным интересом.

– А, ну да, ты ж ничего не знаешь. – Я вкратце пересказал ей наши приключения на тропе и возле пещеры. – Понимаешь, получается, мы уже дважды опередили их, поломали все планы, а им будто бы все равно!

– Значит, меня…

– Да нет, Мариш, – я неожиданно решил говорить начистоту, – как раз тебя-то, как я понимаю, собирались уничтожить по-настоящему. Уж не знаю, отчего именно таким способом, может, ничего более подходящего в их распоряжении просто не нашлось, а может, дело в наших с тобой воспоминаниях, но по-настоящему.

– А зачем? – Девушка, похоже, искренне не понимала. Впрочем, я и сам-то с трудом понимал. Ладно, попробуем объяснить:

– Ну, кое-что ты слышала из нашего с Петровичем разговора, кое о чем наверняка догадалась сама, но главное… Главное в том, что ты ОПАСНА для них; смертельно не смертельно – не знаю, но опасна. Понимаю, как жутко в это поверить, но в твоем разуме находится нечто, что нам, людям, знать не полагается. Нечто угрожающее безопасности всей ИХ цивилизации. Короче, слушай, сейчас я тебе поподробнее… – Взглянув в лицо девушки, я одним движением скрутил пробку на фляге. – Так, а ну-ка быстренько успокойся! На, глотни. Задержи дыхание, сделай большой глоток и выдохни. Потом я дам тебе воды. Не переживай, как в прошлый раз, – я хмыкнул, – не отрубишься, я уж прослежу.

– Н-не буду, – помотала головой Марина, – это же спирт, мне Коля им лицо…

– Пей, говорю, – я решительно поднес к ее губам горлышко, – для тебя это не спирт и даже не водка, а лекарство, антидепрессант со стимулятором в одном не слишком чистом флаконе. Иначе сейчас возьму у Данилы его навороченную аптечку, а она, знаешь, как больно колется? У-у, да там такие иголки, как в старых многоразовых шприцах, тупые, толстые и зазубренные!..

Уж не знаю, что напугало ее больше, но требуемый глоток она сделала. Дождавшись, пока девушка, свирепо вращая глазами, прокашляется, я сунул ей воду и продолжил ликбез:

– Так вот, мы с полковником полагаем, что, пока ты лежала в той пещере…

Анатолий Петрович присоединился к нам минут через пятнадцать, когда я как раз окончил рассказ. Результат допроса пленных был написан на его кислой физиономии, и я, конечно же, не сдержался:

– Что, облом? Подозреваемые ушли в глухую несознанку, даже несмотря на примененные методы следственных мероприятий? Вот же суки, да? Кстати, мог бы и меня для начала спросить…

– Это в каком смысле? – Контрразведчик подозрительно прищурился.

– В том, что эти охотнички – не более чем плод чьих-то воспоминаний, то ли моих, то ли Маринкиных. Просто аватары, эдакие одушевленные картинки, выполнявшие заданную программу. Им «приказали» найти и уничтожить некую девушку – вот они и… Так ведь?

– Да так, так, – кисло согласился Анатолий Петрович, – они вообще ничего не понимают, вроде как с китайцами, блин, говоришь. Куклы говорящие… – До него наконец дошло, о чем я. – Думаешь?

– Ну да, – я пожал плечами, – просто марионетки с четко ограниченным кругом возможных действий.

– Сразу не мог сказать? – хмыкнул полковник, вытягивая сигарету из лежащей на бревне пачки. – А то мы с майором, что те клоуны…

– Без клоунов цирк сер и неинтересен, – философски заметил я, – ладно, Петрович, проехали. Кстати, подозреваю, что именно поэтому мы наших «неизрасходованных» двойников и не нашли: ребята свое отработали – и все. Исчезли. Так что преследовать и партизанить против нас никто не собирался.

– Умный, да? – голосом обиженного ребенка, нашедшего под елочкой совсем не тот подарок, о котором мечталось, угрюмо осведомился полковник. – Ну и что дальше?

– Дальше? Тебе как ответить – как писатель или как попавший в то же дерьмо товарищ по несчастью?

– Давай и так, и так. Для объективности.

– Как писатель ответственно заявляю, что по сюжету сейчас должна начаться жуткая кровавая вакханалия и прочий экшн. А вот как товарищ по несчастью… фиг его знает. То ли они тормозят, то ли мы с Марининой помощью что-то очень правильно делаем.

– Это в каком смысле «очень правильно делаем»? – верно истолковав расставленные акценты, быстро переспросил полковник.

– Да в самом прямом! Сам посуди: первый «тест» мы прошли, второй, по сути, сорвали, не дав ему даже начаться. А потом еще и девушку спасти ухитрились. И что? Нас по-прежнему никто не трогает, сидим себе, целые да невредимые. Птички вон поют, листочки шелестят… И знаешь, что еще меня очень сильно интересует? – без перехода продолжал я. – Ведь в памяти твоих ребятишек, да и десантничков наших тоже, наверняка найдется мно-о-ого всякого такого… интересного. Однако ж нас ни террористы злые не атакуют, ни твари инопланетные, ни повстанцы с колонизированных планет, понимаешь? Неоткуда им в Крыму взяться. В том Крыму, каким его наша дева несгибаемая помнит! А значит, это не мы в ловушке, а ОНИ! Точнее, и мы, и они. В ловушке, которую сами же и создали, Маринкин разум всякими суперспособностями напичкав!