Чтение онлайн

– А остров маленький или не очень? – снова спросила сконфуженная Стелла.

– Площадь его составляет около шестидесяти квадратных километров – довольно приличная территория. Но, как вы уже заметили, он бесконечно продуваем сильнейшими южными ветрами, к тому же окутан плотными туманами. Напомню, здесь слово «южный» означает «ледяной», и дует этот злой ветрило с самой Антарктиды. Нам ещё повезло, что мы очутились здесь весной, в ноябре, а туманы особенно сильно опускаются на остров в зимние месяцы и осенью. Я изучал данный вопрос, ибо всегда интересовался загадкой, что хранит этот кусочек земли. Естественно, никогда не думал, что побываю здесь. Мечтал лишь одним глазком увидеть его очертания в окуляр бинокля…

– Выходит, это вы виноваты: мысли, как известно, имеют свойство притягивать ситуацию! – пошутил Юрик, но его шутка была унесена очередным порывом ветра и заглушена многоголосым пингвиньим писком.

Его услышал только я, потому что сидел рядом.

Профессор, подождав, когда ветродуй стихнет, невозмутимо продолжил:

– Та к вот, вернусь к его истории. Месье Буве, открыв остров, принял его за неведомый ещё человечеству шестой континент и назвал землю мысом Обрезания в честь религиозного праздника Обрезания Господня, который справляют первого января. После этого многие путешественники устремились к открытой земле, но ни один из них не смог обнаружить его в бескрайних просторах Атлантического океана. Среди них были и Джеймс Кук, и Джеймс Кларк Рокк – известные мореплаватели.

Очевидно, господин Буве указал неточные координаты, а может быть, тут дело в другом…

Профессор замолк, сосредоточившись на какой-то своей мысли, но мы сидели не шелохнувшись и больше не перебивали увлекательный рассказ нашего коллеги. Слышен был лишь крик птиц да характерный тревожный писк хозяев местной территории.

– Спустя время остров был открыт во второй раз уже англичанами, но высадиться на его крутые берега, лишённые естественных гаваней, британцы так и не сумели.

– Как мы их понимаем теперь! – невольно воскликнул Юрик.

А капитан добавил:

– Существует версия, что нога человека так и не ступила на этот птичий материк.

– Это не совсем так, капитан! – откликнулся профессор. – Американцам остров всё же покорился. Если подплыть к нему с определённой стороны – ледяные утёсы там не столь круты, но всё равно операция высадки длилась несколько часов…

У нас пробежал мороз по позвоночнику: как же мы его одолели, впятером и с одним только тросом? Мы волнующе переглянулись, и каждый понял каждого. Юрик обнял прижавшуюся к нему Стеллу…

– Но ни американцы, ни англичане не стали оставаться на острове, ибо он абсолютно непригоден для жизни из-за ветров, тумана и, очевидно, чего-то ещё, пока не ясно чего.

Мы опять испуганно переглянулись.

– Англичане развернули у берегов Буве китобойный промысел, позже передали права на него норвежцам, которые пригнали сюда свой траулер. Китобойных экспедиций было всего три, и каждый раз остров встречал суровых и опытных в борьбе с северными бурями норвежцев, мягко сказать, неласково. А Британия, видимо, не зря передала права, на то были свои основания – они просто не захотели связываться с неприступной ледяной сушей и вкладывать средства в безрезультатное дело. Самая первая норвежская экспедиция объявила остров норвежским. А с тысяча девятьсот тридцатого года Буве – суверенная независимая территория, но его суверенитет номинально осуществляется королевством Норвегии, хотя Россия до сих пор не признала независимость этого кусочка суши и считает Буве одним из островов Антарктиды…

– Отчего же такое разногласие? Какая кому разница? – разыгралось любопытство членов нашей команды – его озвучила Стелла.

– Мне кажется, в этом следует искать ответы на интересующий нас вопрос: куда мы на самом деле попали?

– Я что-то не догоняю, – попытался выразиться на молодёжном языке Юрик.

Остальные мрачно переглянулись.

Профессор будто не слышал вопроса и продолжил:

– Хотя всем географам понятно: Буве не входит в состав Антарктиды в силу своей удалённости от материка – до неё от острова тысяча шестьсот километров. Очевидно, кто-то знает больше, чем мы. И ещё я считаю, вы все должны быть в курсе…

– Есть что-то ещё? Это должно нас как-то испугать? – вновь не стерпела Стелла.

– Существуют несколько случаев. Необъяснимых… Один произошёл в тысяча девятьсот шестьдесят четвёртом году. Подобно нашему, потерпел крушение недалеко от острова корабль, американский. Люди пытались высадиться на берег, но уцелела только одна лодка…

– У нас произошло почти то же самое, – вырвалось у меня.

– Дай-то бог, чтобы наши товарищи оказались живы, и мы скоро об этом узнаем, – перебил меня капитан.

– Дай бог, – ответил профессор и после паузы продолжил: – Позже американская поисковая экспедиция нашла шлюпку вблизи берега. Вертолёт обнаружил и личные вещи спасшихся с корабля, которые находились в самом центре острова, нетронутые, люди даже ничего не съели, хотя еды было предостаточно…

– А людей-то нашли? – с волнением спросил Юрик.

– В том-то и дело, что нет. Ни трупов, ни следов. И таких случаев несколько… Люди исчезали в неизвестном направлении, – профессор замолк, затем снова закурил. А потом, спустя томительные, показавшиеся вечностью минуты, добавил: – Мне кажется, нас сюда забросили неслучайно, ведь кто-то должен наконец распутать тайну этого острова!

– А если мы будем очередными, кто… – Стелле не дали договорить.

Разгорелся диспут. До предела взвинченные и сегодняшними передрягами, и безрадостным рассказом профессора, мы дали волю эмоциям. Спорили ни о чём, пытаясь убедить самих себя в безрезультатности спасения и тем более разгадки неведомой, но давящей на психику, жуткой, страшной тайны. Внешне пытались даже шутить, это был, конечно же, Юрик, но в шутках не было ни толики истинной весёлости, а только бравурное нелепое перевозбуждение, какое обычно бывает в минуты опасности.

Леонид Павлович, понимая, что своим рассказом он ещё больше напугал путешественников, решил хоть как-то исправить ситуацию.

– Раньше времени не кипятитесь. Есть ещё одна версия, и она, как это ни странно, несмотря на всю её фантастичность и нереальность, может оказаться нам полезной.

Собравшиеся разом замолкли, оборвав и спор, и выплеск эмоций.

– В тысяча девятьсот семьдесят девятом году на острове была зафиксирована сверхмощная вспышка, которую приняли за ядерный взрыв. Но ни одна из стран не взяла ответственность за проведённые испытания. И тут появилось предположение… Я его слышал от своего коллеги, писать об этом не станут, но вас я просто обязан предупредить…