Чтение онлайн

Робин работал не покладая рук, но и не закрывая рта, беспрерывно рассказывая Пег о космических кораблях и далеких планетах, нимало не смущаясь тем, что она его почти не слушала. Дедушка вернулся со второй охапкой пальто и вешалок, сказал, что теперь достаточно, и стал ждать, пока дети расчистят место и он сможет соорудить в шкафу нечто вроде ширмы. Наконец шкаф освободили и отгородили в нем две трети пальто и плащами. Очень усталый дедушка сел и сообщил:

— А знаете, что я вам скажу? Я с удовольствием выпил бы сейчас чашечку чая. Чья сегодня очередь подавать чай?

— Моя, — отозвалась Пег. — Чай будет мигом, только устроим Сноггла в шкафу и спрячем коврик.

— Ладно, — одобрил Робин. — А знаешь, дедушка, что я тебе скажу? Я обмозговал и решил: задергивать шторы не стоило. Во-первых, выглядит подозрительно, ведь еще день, во-вторых, мы не видим, кто идет. А мы могли бы замечать всех входящих много раньше, чем они нас. Словом, я говорю: нет занавескам!

— Робин, пожалуй, прав, — признала Пег. — А, дедушка? Договорились, только сначала определим Сноггла на место. Начали! Взялись!

Она чувствовала, что Сноггл с радостью выбрался из-под коврика, видимо, он думал, что можно будет помаршировать. Во всяком случае в шкаф ему не хотелось, и им пришлось его заталкивать.

— А если никого посторонних не будет, — растолковывала ему Пег, — ты сможешь высовываться — вот так.

Она раздвинула перед ним плащи.

— Так ты сам сумеешь, правда? Вот и умница! Умница. Сноггл!

— Что толку с ним сюсюкаться и называть его «умницей-умницей»и «дорогушей»,— возмутился Робин, — когда ты прекрасно знаешь, что он не слышит ни звука? Дурь просто-напросто.

— Ошибаешься, — уверенно возразила ему Пег. — В нашем понимании он не слышит, но наши чувства он ощущает. Может, одной из этих штучек улавливает, поэтому ласково разговаривать с ним вовсе не глупо. Когда я так говорю, я сильнее чувствую к нему симпатию. А он понимает, что я чувствую, честно-честно!

— Склонен согласиться, — произнес дедушка неторопливо и осторожно, как он умел. — Мне представляется, Робин, что такое вполне допустимо.

Тут он замолчал, так как раздался звонок. Звонили в переднюю дверь, правда, как-то тихо и прерывисто.

Пег переполошилась:

— Ой, кто-то идет!

— Ничего подобного, — успокоил Робин, — это Джеймс пробует звонок.

Он вышел, не закрывая за собой дверь.

И когда звонок зазвенел опять, теперь громко и уверенно, Пег услыхала, как Робин прокричал в сторону прихожей:

— Джеймс, прекрати! Мы поняли, что ты починил звонок, ну и что?!

Робин вернулся и начал открывать занавески. Пришел и Джеймс, страшно довольный собой.

— По-моему, тот, кто прокричал «ну и что»,сам дурак. Информирую: звонок на передней двери починен — вы слышали. Теперь там висит записка: «Просим звонить».На задней двери приколота записка: «Пожалуйста, пройдите к передней двери».Таким образом, если явятся охотники на Сногглов, они не застанут нас врасплох. Они сами заранее нас предупредят.

Пег улыбнулась ему:

— Здорово, просто здорово,Джеймс. Ты, я надеюсь, согласен, что теперь лучше открыть шторы, чтобы было видно, кто идет? Я выключаю свет. И если вы с Робином немного приберетесь и возьметесь присмотреть за Сногглом, чтобы он не вылезал, я пойду готовить чай.

— Мне, если можно, лепешки, — попросил Джеймс, — только не надо изображать из себя «маленькую маму»,мы не в Питера Пэнаиграем.

— И слава Богу, — подключился Робин, — мне тоже лепешки, Пег, только не надо такую гору джема, как в прошлый раз.

Кухня у Хуперов была достаточна просторной. Пег уже расставила на столике с колесиками чашки, блюдца и тарелки, разложила вилки и ножи, наполнила водой большой чайник, поставила его на конфорку, зажгла огонь и намазала лепешки маслом, когда вошел дед.

Она обрадовалась, что он пришел, хотя проворнее бы справилась сама. Но без мальчишек, которые вечно влезают со своими дурацкими шуточками, они могли поговорить серьезно. Они с дедушкой любили вот так вдвоем уютно и мирно побеседовать, и хотя сегодняшний день можно считать каким угодно, только не мирным и уютным, теперь, когда они были вместе, он казался все же уютнее.

— Что Сноггл — не высовывается? — поинтересовалась она.

— Один раз было попытался, но мальчики засунули его обратно. Он был какой-то грустный.

— Наверняка без меня скучает, — гордо проговорила Пег. — Нет, правда, дедушка, я уверена, что он меня узнает. Он знает, что я люблю его больше всех. Загляни в коробку, пожалуйста, там остался еще темный кекс?

— Только, — медленно проговорил дедушка, доставая кекс, — только постарайся не слишком привязываться к Сногглу. Учти, дорогая, что даже если нам удастся уберечь его от инспектора Кроупа, майора Родпаса и миссис Бинг-Бёрчелл, он все равно покинет нас.

— Я стараюсь не думать об этом.

— Его нельзя удерживать здесь, Пег. Мы не сможем правильно ухаживать за ним. Мы даже представления не имеем, как он питается. И потом, если ты считаешь, что он привязчивый…

— Да, да, да, дедушка, я чувствую. Он привязчив, как домашнее животное, хоть и очень странное на вид.

— Тогда ему скоро станет недоставать его хозяев. А кто знает, какие они и его приятели — тоже. Этак он очень скоро заскучает самым серьезным образом.