Шрифт:
Посвящается моему папе,
Игольникову Виктору Петровичу.
Витя долго ворочался с боку на бок, считал слонов, овец, котов, но ничего не помогало. Глаза не желали закрываться. Уснуть никак не получалось. В квартире было темно и тихо. Телевизор в комнате родителей давно замолчал. Шумные соседи тоже угомонились, утомленные новогодними застольями.
Мальчик встал с кровати, подошел к окну и отдернул занавеску. Во дворе никого. Никто не гуляет, не взрывает салюты. Понятное дело, праздник закончился.
Похоже, он один не спит в эту зимнюю ночь, грустно думал Витя, водя пальцем по стеклу. В ярком свете фонаря кружевные снежинки казались разноцветными. Словно светлячки, они радостно и беззаботно порхали в воздухе, медленно опускаясь на снежные фигуры, которыми был украшен их двор. Их дети с родителями слепили еще перед Новым годом, устроив своеобразное праздничное соревнование на лучшего снеговика. Витя вспомнил, как они с папой дружно и весело катали снежные шары, вырисовывали мордочку и ушки. Многие последовали их примеру и дали волю фантазии. В результате во дворе красовались и фигуры обычных снеговиков с морковкой вместо носа и ведром на голове, и зайцы, и колобки, и другие животные. А Витя тогда захотел слепить кота. Тот получился головастым с большими ушами, одно из которых съехало чуть набок. Но отец все равно похвалил его старания.
– А что! Здорово у тебя вышло!
– Это потому что ты мне помогал, – поскромничал Витя, оценивающе оглядев свое творение. – Эх, – немного расстроенно вздохнул он. – Был бы у меня настоящий кот. Пап, давай котенка заведем. Мне ничего не надо на Новый год дарить. Котенка хочу.
– Сынок, ну мы уже об этом разговаривали. Мама будет против. За ним ухаживать надо. А мы с мамой на работе целый день.
– Да я сам буду за ним ухаживать, – мальчик просительно заглянул в глаза отцу.
– Ну ты сам еще слишком маленький.
– Да какой я маленький?! – возмущенно воскликнул Витя, чем вызвал улыбку на лицах соседей. – Я уже в школу хожу!
– Нет, сынок. Котенок – это ответственность. Тебе надо еще подрасти. Чуть-чуть, – мужчина прищурился и и раздвинул пальцы, показывая, на сколько нужно вырасти мальчику.
*
Витя постарался отыскать во дворе взглядом своего кота. Но за несколько дней все фигуры покрылись снежными шапками. И трудно было угадать среди оплывших, округлых очертаний, кто есть кто.
Неожиданно резкий порыв ветра со свистом пролетел мимо окна. Мальчик даже испуганно ойкнул и отшатнулся. Снежный вихрь промчался по заметенным тропинкам, вовлекая в свой танец тысячи растревоженных снежинок, взметнувшихся вверх и окутавших весь двор плотной белой пеленой.
Витя посмотрел вниз. О чудо, снежные изваяния предстали в своем первозданном виде. Ветер, утихший также внезапно, сорвал с них шапки и одеяла и раскидал в разные стороны. А вот и он, его кот, обрадовался мальчик, заметив знакомую фигуру.
Витя улыбнулся и помахал рукой. Но что это? Мальчик отпрянул от окна. Может быть, показалось. Он пригляделся внимательней. Один из снеговиков будто машет в ответ веточкой. Или это ветер еще не успокоился? Витя повторил приветственное движение. Веточка поднялась вверх и закачалась.
– Не может быть, – изумленно ахнул мальчик.
Но к первому снеговику присоединился второй, третий. Колобок сдвинулся с места и покатился, заяц зашевелил длинными ушами. А кот, его кот, встал, выгнул спинку и сладко потянулся.
– Вот это да! – Витя даже протер глаза и ущипнул себя. Не снится ли ему все это?
Определенно, нет. Во дворе творилось что-то странное. Снежные скульптуры перестали обращать внимание на мальчика и, перемещаясь по площадке, общались между собой. Но вот, заяц выхватил у снеговика морковку и засунул в рот. Пострадавший не остался в долгу, снял с себя ведро и водрузил на голову обидчика. Кот игрался с колобком как с клубочком, перекатывая того с места на место, отчего у бедняги залепило снегом нарисованные глаза и рот. Два снеговика сцепились между собой, царапая друг друга ручками-веточками. Белка лепила снежки и бросала их во всех подряд. Один из них угодил прямо в Витино окошко.
Конец ознакомительного фрагмента.