Чтение онлайн

– Теперь ты, Марселен! – крикнул он.

Ответа не последовало. Бледное солнце пригревало вершины, с них срывались мелкие камни и со свистом, пулей летели вниз.

Лицо Исая оставалось в тени. Но когда он протягивал руку вперед, на прилипший к варежкам снег падал косой солнечный луч.

Камнепад прекратился.

– Что ты там застрял? – снова крикнул Исай.

– Да, сейчас, – неуверенно отозвался Марселен.

Упершись ногами в скалу, Исай держал веревку: она то ослабевала, то натягивалась у него в руках. Он ощущал присутствие брата по дрожанию троса, покрытого льдом. Этот конец плетеной пеньки и был Марселен.

Исай крикнул, наклонившись вперед:

– Не торопись!.. Согни руку в локте… Так…

Подними левую руку… Там хорошая опора…

– Я не вижу…

– Ну как же… Слева от твоей головы. Не та, другая. Так… Нашел? Поднимайся, не спеша…

– Ты крепко меня держишь?

– Да. Не бойся.

– Не тяни так веревку. У меня зацепился ремень рюкзака. Теперь тяни! Да, тяни же, наконец!

– Ты видишь крюк?

– Зай, у меня замерзли руки. Я не удержусь. Судорогой свело все тело.

– Ну, поднатужься. Уже близко.

Исаю казалось, что он тянет брата вверх и на веревке, и голосом; тянет его душу и тело.

Вдруг Марселен остановился.

– Что там у тебя? – спросил Исай.

– Веревка зацепилась, – простонал Марселен.

– Где?

– Между тобой и крюкам. Отпусти се немного.

– Отпущу, когда ты закрепишься.

– Я закрепился. Давай.

Исай поболтал веревкой в воздухе, она подпрыгнула, вытянулась и со свистом отлетела от стены. И в ту же минуту раздался сдавленный крик. Исай отпрянул назад. Под тяжестью рюкзака Марселен потерял равновесие, сорвался и потащил за собой веревку.

С невероятной скоростью она скользила в судорожно сжатых руках Исая. Еще минута, и его снесет со скалы, и, унесенный в бездну, он будет разорван железным крюком.

Старые перчатки с треском лопнули. Резкая боль обожгла ладони. Исай сжимал пальцы вокруг этой огненной змеи. Он душил ее из последних сил. Надо было остановить веревку, усмирить ее. Она бежала все медленней и вдруг замерла. По всей ее длине висела красная бахрома.

– Черт! – выдохнул Исай.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди.

Руки горели. Отдышавшись, он крикнул:

– Марселен! – Ответа не было. Живот сжало от ужаса. Он крикнул громче:

– Марселен! Марселен!

Снизу послышался слабый шум, и сдавленный голос Марселена:

– Я здесь, Зай.

– Ты не ушибся?

– Я как выжатый лимон.

– Я тебя спрашиваю, у тебя ничего не болит?

– Да вроде нет. Не знаю. Я выдохся.

– Ты хоть закрепился?

– Да.

– Сможешь подняться?

– Нет. У меня не хватит сил.

– Хорошо. Я вытащу тебя сам… Ты только немного мне помоги.

И Исай стал тянуть веревку. Окровавленные руки прилипали к пеньке. Острая боль пронзала тело, проникала в мышцы, доходила до костей. Сжав челюсти, закрыв глаза, он едва держался на ногах от муки и от счастья.

«Я удержал его. Я содрал в кровь руки, но я удержал его. Я, Зай! Только бы он немного помог себе сам!..»

– Тяни! Тяни, Зай! Почему ты остановился?

Эта пытка никогда не кончится. Высшие силы приговорили его навечно: он так и будет тянуть эту гигантскую рыбу – своего брата. Взмах руки, еще один. Сильная боль, снова боль. Веревка ослабла. Над краем площадки появилась тень. Исай открыл глаза и выпустил веревку из рук. Рядом стоял Марселен, бледный, с поцарапанными щеками, дрожащими губами.

– Когда ты освобождал веревку, она покачнулась, и от неожиданности я дернулся; рюкзак потянул меня назад, и я сорвался вниз.

Перед глазами Исая плясали сверкающие точки. Он боялся потерять сознание.

– Ты дашь мне свой рюкзак, – сказал он глухим голосом.

– Я и без рюкзака не смогу подняться! – закричал Марселен. – Я понял это. Я десять метров пролетел… Еще бы немного и от меня мокрое место осталось бы. Я хочу вернуться! Давай спустимся! Спусти меня, Зай!

Вдруг он всхлипнул. В глазах мелькнуло что-то жалкое. Судорогой перекосило потрескавшиеся до крови губы.

– Спусти меня немедленно.

– Это не так просто, – сказал Исай.

– Да, плевать я хотел! – визгливо выкрикнул Марселен. – Я не хочу тут загнуться.

Веди меня обратно.

– Жаль.

– Почему?

– Потому что самое сложное уже позади.

Через полтора часа мы выберемся из камина и к полудню будем на вершине. Вот, выпей немного, подкрепись.

– Марселен взял из рук брата бутылку и отхлебнул глоток виноградной водки. Щеки разрумянились. Лицо было подвижно, будто его тянули во все стороны за ниточки. Он ничего не говорил. Он думал. Слышалось его свистящее дыхание.

– Конечно, в том нет никакой необходимости, – снова заговорил Исай. – Мы сделаем, как ты захочешь. Но раз уж мы здесь, жалко поворачивать назад.

Марселен отдал ему наполовину пустую бутылку. Исай убрал ее в рюкзак.

– Ты уверен, что дальше будет легче? – спросил Марселен.

– Не будь я уверен, я бы тебе этого не говорил, – сказал Исай, глядя на свои сбитые до крови ладони. Руки медленно отходили.

Он проводил языком по воспаленным губам.

Но стоял лютый мороз, и от холода забывалась даже самая сильная боль. – Бог не допустил… – проговорил он.

– Ты поранился?

– Немного.

– Значит, ты не сможешь держать веревку.

– Не беспокойся об этом.

– Ты не сможешь больше страховать меня?

– Смогу, Марселен. Если понадобится, я подниму тебя, как гирю.

– Ты говоришь так, ни о чем не думая. Как всегда.

– Я говорю то, в чем уверен. И потом нам осталось совсем немного. Посмотри. Скалы кончаются.

– Полтора часа, – пробормотал себе под нос Марселен.

Лицо его успокоилось. В глазах снова появился живой блеск.