Снайпер
Шрифт:
Вновь используя чердак, прошел до крайнего подъезда, откуда вышел на улицу, свернул за угол дома. Сел в «девятку». За рулем сидел Паша.
Они поздоровались. Машина отъехала от дома.
Помощник Донцова получил сигнал по рации, передал Гурову, что машина наблюдения за его квартирой в настоящее время тщательно проверяется вызванным кем-то из «соседей» нарядом милиции.
– Порядок, – проговорил Паша.
– Куда едем? – спросил Аркадий.
– К Юрию Александровичу!
– В морг, что ли? – улыбнулся Гуров.
На что Паша серьезно ответил:
– Угадал!
– Ты это серьезно, Паша?
– Серьезно! Завтра он выйдет на свободу, а пока господину Донцову приходится находиться среди мазуриков.
– Но в морге же полно посторонних! Одного персонала сколько! А мы с трупом общаться будем?
На этот раз улыбнулся Паша:
– Не волнуйся, встреча подготовлена как надо.
– Ну вы и даете!
Гуров замолчал и через полчаса вошел в прилично обставленный кабинет одного из московских моргов.
В нем и находился Донцов. Увидев Аркадия, поднялся с кресла и пошел к нему навстречу:
– Привет, киллер!
– Здравия желаю! Как работа?
– На «отлично», только пару приличных синяков ты мне поставил.
– Сказали бы, я бы из пистолета выстрелил. Эффект тот же, синяков никаких!
– Да я не в претензии. Все отлично!
Аркадий, вспомнив о гостях со свертком, спросил:
– Капитан! А что за люди присутствовали на чердаке во время акции?
Донцов широко улыбнулся:
– А это, мой друг, были люди, которые сняли с тебя все подозрения и в этой акции, и в ранее совершенных актах ликвидации!
Гуров ничего не понял, удивленно посмотрел на Донцова:
– Как это так?
– До сих пор не понял?
– Нет!
– Я же не зря настаивал, чтобы ты запросил дублера. Этот парень, работавший на Полковника, был уничтожен в старом доме и глухим переулком перенесен к тебе. Как только ты сделал дело, его труп положили на твою позицию, вложив в руки «винторез», из которого были сделаны выстрелы по мне. И получилось, что мои люди, согласно полученному от меня распоряжению, обследуя чердак стоящего напротив дома, обнаружили киллера и тут же завалили его! Я же не мог, узнав по возвращению из заграницы о цепи преступлений, направленных против руководителей строительных компаний, не принять повышенных мер безопасности? Вот и результат! Милицию я пока просил не афишировать факт ликвидации наемного убийцы, чтобы о нем раньше времени не узнал Полковник. После встречи с ним и с теми, кто стоит над ним, завесу секретности снимут, и все узнают, что маньяк обезврежен!
Только сейчас Гуров въехал в замысел капитана. Тот устроил элементарную «подставу» Полковнику. На которую тот клюнул, не просчитав, что этот боевой и часто применяемый на войне прием мог иметь место и здесь, в мирном городе. Да! Этим маневром Донцов выводил Гурова из поля зрения милиции, и теперь за его деяния отвечать будет некому! Киллер убит охраной Донцова, и на этого парня повесят все остальные акции. Донцов, рискуя собой, значительно облегчил жизнь Гурову, но до конца не обезопасил ее. И все же капитан сделал для Аркадия очень многое! И как все продумал!
Видя, что сержант задумался, капитан спросил:
– О чем думаешь, Ангур?
– О том, что при всем своем желании, даже имея поддержку и прикрытие, мне бы не удалось переиграть тебя!
– А ты как хотел? Переиграть профессионального офицера-разведчика?!
– Но ты же сделал это с Полковником?
– Тот утратил практику оперативных действий. Да, стратег он хороший, но вот с тактикой расстался давно, а в нашем случае главенствовала тактика. Непосредственное исполнение боевой задачи, которых Полковник лично не проводил очень давно.
– Понятно!
Гуров осмотрелся, Донцов спросил:
– Чего-то ищешь, Аркадий?
– Пепельницу. Или здесь курить запрещено?
Бывший капитан покачал головой, отвечая Гурову:
– Ты или не проспался, или все еще находишься в непонятке, пепельница же перед тобой, опусти череп!
И действительно, та стояла перед самым его носом на столике.
– Черт, – незло выругался Гуров. – Забил ты мне, капитан, все мозги своими маневрами.
Аркадий закурил.
Донцов спросил:
– За гонораром отправишься завтра?
– Да, к 10.00 на одну квартиру. И тут мне нужна будет помощь.
– В чем?
– В чем-то ты, капитан, просчитываешь все до мелочи, а где главное – не видишь!
Донцов улыбнулся:
– И чего же я не вижу?
– Да то, что завтра Полковник рассчитает меня пулей! Я ему больше не нужен. Неужели это тебе не ясно? Донцов продолжал улыбаться:
– Мне-то как раз все ясно! Поэтому и спрашиваю, что за помощь ты запрашиваешь, если завтра в гости к Полковнику мы пойдем небольшой компанией.
– Компанией?
– Да! Ты, я и Паша! Полковник наверняка приготовит тебе знатную встречу! И будет в хате не один! Ему, до того, как кончить тебя, надо еще узнать, где ты прячешь Людмилу, вот он и будет колоть тебя с помощью своих отморозков. А тут – мы! У нас тоже имеется к Полковнику, перед тем как отправить его в мир иной, несколько вопросов. Один из них касается пленок, на которых зафиксирован расстрел Соболева. Якобы!
– Черт, я о них и не думал!
Гуров заметно помрачнел, потом, взглянув на капитана, спросил:
– Что ты подразумевал под словом «якобы»?
– А то, что ты стрелял уже в мертвого Соболева!
– Что?
– При первой встрече, да и потом, я не сказал тебе, какое заключение экспертизы пришло в часть из Ростова. И в нем было сказано, что умер рядовой Соболев от множественных ранений в область живота и груди. Выстрел же в голову являлся посмертным. Но пленки от этого не становятся безопасными и могут причинить немало неприятностей.
Гуров уставился на бывшего капитана:
– Ты это... про Соболева, серьезно?