Чтение онлайн

— Ну, тогда я сам принесу тебе корзинку пирожков, — сказал Геральт. — Дон Мануэль, вы идете?

— Попозже, — ответил тот. — А ты, наверное, единственный человек в лагере, кто не пренебрегает своими обязанностями. Все выползли наружу и греются на солнышке.

— Наверняка караульные и наблюдатели на вышках…

— Только не сегодня. — Он покачал головой. — Дон Педро должен приказать своим кораблям отойти на несколько лиг от берега, иначе народ бросится к ним вплавь, чтоб только попасть на борт и отчалить домой. Но прошу прощения за беспокойство. Есть ли у вас хорошие новости о здоровье его величества? — спросил он.

— Мне ничего не известно о его величестве, — признался Юсуф.

— А как чувствует себя мой друг, вверенный твоим заботам? — спросил дон Мануэль.

— Неплохо. Сейчас он учит меня читать на арабском.

— Ну, тогда ему действительно лучше, — пробормотал дон Мануэль. — Радостно слышать.

На следующий день после ужина Юсуфа срочно позвали в «спальню» королевского шатра, где в окружении слуг, опершись на подушки, лежал король, бледный и измученный, однако с ясными живыми глазами.

— Наша королева призналась, Юсуф, что именно твой учитель сотворил ту омерзительную на вкус жидкость, которую меня заставили выпить, когда мне было совсем худо, — произнес дон Педро. — Уж не знаю, что сработало — то ли ее молитвы, то ли микстура, но мне стало лучше.

— Слава богу, ваше величество, — отозвался Юсуф.

— Корабль, который повезет больных в Валенсию, еще не отчалил. Он отправится завтра. Как здоровье благородного Пере Бойля?

— Немного лучше, ваше величество. Он слаб, но лихорадка прошла.

— Он будет жить?

— Думаю, что да, — после секундного колебания ответил мальчик.

— Наш хирург и старший лекарь разделяют твое мнение, Юсуф. Завтра лорд Пере Бойль будет на корабле, и ты отправишься его сопровождать. Ежели на борту корабля ты услышишь что-либо, что нам надлежит знать, сообщи об этом благородному Арно Йогану, губернатору Валенсии или архиепископу, благородному Хуку де Феноле. И никому больше. Эта же галера затем отвезет тебя в Барселону. Наш секретарь снабдит тебя необходимыми средствами.

— Буду молиться о том, чтобы ваше величество в ближайшее время полностью поправились, — с поклоном сказал Юсуф и вместе с секретарем перешел в другую часть шатра.

— Его величество приказал выдать тебе деньги на возможные расходы, — с этими словами секретарь положил на стол перед Юсуфом увесистый кошель. — Смотри не потеряй.

— Да, сеньор, — сказал Юсуф.

— А эти письма откроют тебе двери к губернатору и архиепископу Валенсии, — продолжал секретарь, придвинув к кошелю два аккуратно сложенных письма с королевской печатью. — И еще одно — принцу, его дяде, но это на крайний случай. И один очень важный совет от меня лично. Ничего не доверяй бумаге.

— Понимаю, сеньор.

— Отлично. Желаю быстрого путешествия и попутного ветра.

Юсуф не спеша шел знакомой тропкой обратно к своей палатке в угольно-черной ночи, как вдруг услышал приглушенные голоса с пригорка справа от себя. Знакомый голос упомянул его имя, и это заставило его остановиться.

— Мой дорогой дон Мануэль, — это говорил Геральт. — Не могу понять, что вас так расстраивает.

— Говорю же вам, я разговаривал с одним человеком, который прислуживает в королевском шатре — не с тем мальчиком, не с Юсуфом. И он тоже утверждает, что его величество снова поправился. Что он никак не при смерти.

— А вы рассматривали такую возможность, что они оба лгут? — сказал Геральт. — Из страха или преданности. Ее величество не хочет, чтобы стало известно, что вскоре она станет вдовой, а мы получим нового короля, которому впору в игрушки играть, а не управлять государством. А что с нами всеми в таком случае произойдет?

— Но Геральт…

В этот момент Юсуф перенес вес с одной ноги на другую и с хрустом придавил сухую веточку.

— Похоже, тут кто-то есть, — небрежно заметил Геральт.

— Проклятие на голову этого благородного пьянчуги — его светлости — за то, что отправил меня из палатки посредине ночи, — Юсуф постарался говорить самым высоким голосом, на который только был способен. Он бросил камешек. Когда тот коснулся земли, он еще раз выругался, тихо заполз за куст и сел, ожидая, что будет дальше.

— Чей-то мальчишка-слуга, — сказал Геральт. — Пойдем обратно в лагерь.

Юсуф сидел в своем укрытии, пока не наступила полная тишина. Когда он наконец добрался до своей палатки, все ее обитатели уже спали.

Волнение подняло Юсуфа на ноги рано утром, задолго до отправления корабля. Его пожитки были уже собраны, в палатке царил полный порядок. Он проверил медикаменты, выстроенные в аккуратный ряд и затем прошелся вдоль кроватей посмотреть состояние каждого из своих пациентов. Около кровати лорда Пере он остановился.

— Привет, парень, — сказал тот.

— Здравствуйте, милорд, — шепотом ответил Юсуф. — Вам нужно спать. Давайте я приготовлю вам микстуру.

— Юсуф, я начинаю уставать от твоих великолепных микстур. Я бы предпочел чашу хорошего красного вина.

— Значит, вы поправляетесь, милорд.

— Твои пронырливые дружки ошивались здесь прошлой ночью, пока тебя не было, — сказал лорд Пере. — Я прикинулся спящим, чтобы только с ними не общаться.

— Один из них — ваш друг, милорд, а не мой. Вы его узнали?

— Узнал? Разве что как чертовски надоедливого типа.

— Дон Мануэль был пажом в поместье вашего батюшки, ему тогда было семь лет, — сказал Юсуф. — Он вспоминал, что чувствовал себя очень одиноко, а вы были очень добры к нему в его незавидном положении.