Чтение онлайн

— Род? На антидепрессанте?

Кэти кивнула:

— Меня это тоже удивило. Инспекторша сказала, что он съел что-то такое, чего не должен был есть, и это вызвало гипертонический криз. При его состоянии здоровья это и послужило причиной смерти.

— Это наверняка был несчастный случай, — сказал Питер. — Он не обратил внимания или просто не понял, что сказал ему его врач.

— Ты же знаешь, мой отец был очень педантичен. Инспектор Фило считает, что заказ на ужин ему подменили.

Питер не мог этому поверить.

— В самом деле?

— По крайней мере она мне так сказала. — Пауза. — Ты помнишь Жана-Луи Десаля?

— Жана-Луи… ты имеешь в виду Удара?

— Удара?

— Его так прозвали в университете. У него были такие вздутые вены на лбу. Казалось, что его вот-вот хватит удар. — Питер посмотрел в окно гостиной. — Удар Десаль. Боже, я ни разу за все эти годы не вспомнил о нем. Интересно, кем он стал?

— Мне сказали, он врач. Его допуск, похоже, использовали для доступа к истории болезни отца.

— Но что Удар мог иметь против твоего отца? Я хочу сказать, хм, ведь они даже не были знакомы.

— Инспекторша думает, что кто-то воспользовался допуском Десаля.

— Вот как.

— И еще, — Кэти чуть помедлила, — эта инспекторша знает обо мне и Хансе.

— Ты рассказала ей?

— Разумеется, нет. Это не ее ума дело. Но кто-то ей рассказал.

У Питера перехватило дыхание.

— Я так и думал, что все в твоей конторе знают. — Он стукнул ладонью по подлокотнику дивана. — Проклятие!

— Поверь, — грустно сказала Кэти, — мне все это так же неприятно, как и тебе.

Питер кивнул:

— Я знаю. Прости.

В голосе Кэти была осторожность и неуверенность, она словно нащупывала почву:

— Я все пытаюсь угадать, кто мог так ненавидеть Ханса и отца.

— И что, есть какие-нибудь соображения?

Она посмотрела на него долгим, испытующим взглядом. Наконец просто и буднично спросила:

— Питер, это ты сделал?

— Что?

Кэти с трудом проглотила застрявший в горле комок.

— Ты подстроил убийства Ханса и моего отца?

— Я ни хрена не верю во всю эту муть, — возмутился Питер.

Кэти молча продолжала глядеть на него.

— И как только такое могло прийти тебе в голову?

Она чуть помедлила. Буря чувств отразилась на ее лице — трепет от того, что она должна задать этот вопрос, страх перед тем, каким может оказаться ответ, стыд, что у нее вообще могли появиться подобные мысли, вскипающий гнев.

— Я не знаю, — сказала она дрожащим голосом. — Ну просто… у тебя ведь в некотором роде был мотив.

— Что касается Ханса, возможно, но твой отец? — Питер развел руками. — Если бы я убивал каждого, кого считаю идиотом, то все улицы были бы завалены трупами.

Кэти молчала.

— Кроме того, — добавил Питер, чтобы нарушить затянувшееся молчание, — я не единственный разгневанный муж, который хотел бы навсегда избавиться от Ханса.

Кэти посмотрела ему прямо в глаза:

— Но даже если то, что ты сказал насчет других разгневанных мужей, верно, никому из них не нужна была смерть моего отца.

— Эта тупоголовая сыщица заразила тебя своей паранойей. Клянусь, я не убивал ни твоего отца, ни… — это имя он произнес сквозь зубы, стиснув челюсти, — …Ханса.

— Но если она права и это были подстроенные смерти…

— Во всяком случае, не я их подстраивал. Бог ты мой, за кого же ты меня принимаешь?

Она тряхнула головой:

— Прости. Я знаю, что ты не стал бы делать ничего подобного. Просто дело в том, ну, это похоже на то, что, будь на твоем месте кто-нибудь другой, он мог бы это сделать… если бы этот другой был не ты, вот так-то.

— Но я же сказал тебе… о Боже!

— Что?

— Ничего.

— Нет, что-то не так. Скажи мне.

Питер уже вскочил на ноги.

— Потом. Мне нужно срочно поговорить с Саркаром.

— С Саркаром? Ты считаешь, что это он?

— Боже, конечно, нет. Это ведь не Ханс написал «Сатанинские стихи».

— Но…

— Мне нужно идти. Я вернусь поздно. — Питер схватил пальто и вышел из дома.

Питер вел машину по Пост-роуд к Бэйвью-авеню. Он включил радиотелефон и нажал клавишу, запрограммированную набирать номер домашнего телефона Саркара. Трубку взяла его жена.

— Алло?

— Привет, Рахима. Это Питер.

— Питер! Как приятно тебя слышать!

— Спасибо. Саркар дома?

— Он внизу, смотрит хоккей.

— Ты не могла бы позвать его, а? Это очень важно.

— Ха, — задумчиво сказала Рахима, — мне никогда еще не приходилось разговаривать с ним во время хоккейного матча. Погоди секунду.

Наконец послышался голос Саркара:

— Счет шесть-шесть, назначено дополнительное время, Питер, тебя может спасти только то, что дело и впрямь окажется очень важным.

— Прости, — извинился Питер. — Но послушай, ты читал в газете об убийстве, ну, когда жертву еще и изуродовали? Помнишь, несколько недель тому назад?

— Да, кажется, припоминаю.

— Убили одного из сослуживцев Кэти.

— Вот оно что.

— И… — начал было Питер, но осекся. — Что?

Это твой лучший друг, убеждал себя Питер. Твой лучший друг.

Его слегка мутило. Как, после всех этих ужинов вдвоем, лицом к лицу, вдруг выдать такое по телефону?

— У Кэти была с ним связь.