Чтение онлайн

Семь двадцать. Мартин уже не придет.

– Я давно за вами наблюдаю, - услышал он вдруг голос рядом. Поднял глаза. Плащ Мартина, его темные очки, поношенная шляпа. И руки-пустые.

– Вы меня обманули. Ничего не принесли.
– возмутился Франсуа.

Их миновала группа рабочих, направлявшихся к последним вагонам. Молодежь вела себя шумно. Франсуа взглянул на Джульетту, видел, как она встала и торопливо направилась к переходу. Через минуту будет там.

Мартин сел рядом с Франсуа.

– Я должен был принять определенные меры предосторожности, мой дорогой друг, - пробормотал он.
– Я веду опасную игру и не имею никаких гарантий вашей порядочности. Принес предмет, который вам так хочется получить, но оставил его, обернув в старые газеты, в одной из корзин, куда бросают использованные билеты. Только вот стоит она не на этой станции, а на которой-этого я вам не скажу.

Тут он снял вдруг темные очки и Франсуа наконец понял, почему он их носит. Глаза у Мартина были страшные, с суженными зрачками, с белками, покрытыми густой сетью красных прожилок. Достав из кармана платок, утер слезы, которые уже потекли по щекам. Грустно пояснил:

– Коньюктивит. Электрический свет вызывает постоянное раздражение.

Франсуа почувствовал к нему жалость, но ненадолго, потому что Мартин сразу пошел в атаку:

– А теперь покажите, что там у вас в пакете. проверим на всякий случай, а потом я пойду за своим пакетом и вручу его вам в обмен на ваш. Согласны?

Франсуа побледнел. Это был конец. В такой ситуации у него не было шансов добыть проклятую трубу. Постарался потянуть время.

– Вы хотите доказательств с моей стороны, но не представляете их со своей. Вы с тем же успехом можете ещё раз повторить свой фокус с трубкой, как и раньше. У меня нет никакой уверенности...

Смех Мартина был заглушен грохотом, вызванным прибывшим к перрону очередным поездом. Их опять окружила толпа, и Мартин ответил:

– Дорогой друг, я понимаю ситуацию. Вы думаете, что свинцовая труба вполне могла бы остаться в своем укрытии ну, например, в результате несчастного случая, из-за которого я лишился бы жизни. Но я это предвидел. Один из моих друзей стоит там на страже, и если не вернусь максимум через час, достанет сверток и отправит его в полицию вместе с письмом, которое у него в кармане. Так что не советую толкать меня под колеса.

– "Он просто читает мои мысли! Невероятно. Я-то как раз хотел ему предложить пройтись немного. И в тот момент, когда придет очередной поезд, столкнуть его на рельсы. Но не меньше сотни свидетелей увидят, что я сделал, и, кроме того, я больше не хочу убивать. Я не убийца!"

– А вот пожалуйста, - продолжал Мартин, - я готов отдать вам то, что для меня уже бесполезно.

В руке Франсуа очутились его ключи от машины с брелком из оникса. Машинально он накрутил цепочку на палец. Мартин стал терять терпение.

– Ну что? Вы отдадите мне макет? А может быть там внутри ничего нет?

Взяв пакет, достал из кармана пилочку для ногтей, перерезал шнурок, проковырял в бумаге окошко и заглянул внутрь. И тут же содрогнулся от ярости.

– Какое свинство! А я-то вам доверял.

Франсуа сдержался, чтобы не выказать никакой реакции. Он тоже вздрогнул, но от страха. Через плечо шантажиста заметил силуэт Джульетты, которая делала вид, что смотрит расписание.

– "Вот и случилось то, чего я боялся. Дай мы ему аванс, история бы затянулась, а потом? По крайней мере он мог бы согласиться на отсрочку. Потом бы видно было."

– Я... Я не мог собрать столько денег. Это невозможно. Я...

Автоматические турникеты закрылись: на станцию прибыл поезд. В толпе спешивших пассажиров Мартин стал беспокойно озираться вокруг. Когда толпа рассеялась, со злостью бросил:

– Решил перехитрить меня? Ошибаешься! Я поступлю с тобой покруче, чем ты с ним. Мне уже случалось рисковать, но никогда меня не взяли. И я тебе устрою, сволочь! Убил Генриха, а ведь ты его никогда даже не видел!

В голове Франсуа все смешалось.

– Генриха? Какого Генриха?

– Моего коллегу, дерьмо ты этакое! Человека, которого ты убил и у которого украл миллион!

– "Так это был его сообщник. Все ясно, или почти все. Они были вполне подходящей парой, которая шантажировала Шазеля. И Мартин в ту ночь поджидал своего компаньона, который должен был принести миллион, полученный от старика. Должны были встретиться на площади Клиши. Мартин, не дождавшись Генриха, начал что-то подозревать. Поехал ему навстречу, нашел труп, свинцовую трубу и мои ключи от автомобиля. Остальное домыслил. И решил теперь шантажировать меня..."

Ониксовый шарик так и скользил между пальцами Франсуа Малле. Мысли его тоже неслись с безумной скоростью. Торопливо сказал:

– Послушайте, этот миллион у меня. Миллион, который я нашел у вашего приятеля. Я отдам вам его сейчас, немедленно, если вы придете ко мне. Через два дня дам ещё миллион. А через неделю-остальное, все остальное. Но шесть миллионов сразу не могу! Нужно продать машину, мой дом в деревне...

– Это твои проблемы. Ты должен добыть эту сумму, а я должен её получить. Согласен, миллион сейчас, а лучше утром, остальное позднее. О встрече договоримся по телефону. Но без фокусов. Разумеется, орудие преступления я пока оставлю у себя.

Малле видел свое отражение в стеклах очков Мартина. Видел свое лицо, искаженное страхом и тревогой. Чувствовал, что за ним следит жена. Не хотел, чтобы она была свидетелем его страха, поэтому отвернулся, крутя в руках цепочку с брелоком. Какой-то ком стоял у него в горле, огромный ком, а в голове грохот метро отзывался глухим и страшным гулом, - предвестником безумия.

– "Еще немного, и я не выдержу, начну кричать, что я преступник и ничтожество. А если я это сделаю, значит я безумец, что я действительно сошел с ума. А я не хочу быть безумцем..."