Чтение онлайн

Она издала неразборчивый звук и позволила увести себя наверх, в комнату для гостей. Я взяла полотенца и спустилась в коридор за ее рюкзаком. Когда я вернулась, Катрин лежала на кровати: одна рука на лбу, глаза закрыты, слезы стекают по виску на волосы.

Я оставила рюкзак в шкафу и задернула занавески. Когда я затворяла дверь, Катрин тихо заговорила, не открывая глаз и почти не шевеля губами.

Ее слова напугали меня до смерти.

– Вечная жизнь? Прямо так и сказала?

– Да.

Я держала телефонную трубку так крепко, что болело запястье.

– Ну-ка еще раз.

– "Что, если они уйдут, а мы останемся? Что, если Карли откажут в вечной жизни?"

Я ждала, пока Ред обдумывал слова Катрин. Поменяв руку, я заметила на пластике пятно от вспотевшей ладони.

– Не знаю, Темпе. Тревожный звоночек. Как узнать, что группа становится опасной? Одни религиозные маргинальные движения склонны к насилию, другие безвредны.

– Разве нет никаких показателей? "Что, если мой ребенок умрет?"

– Существует несколько взаимосвязанных факторов. Во-первых, сама секта, ее верования и ритуалы, организация и, конечно, лидер. Потом внешние силы. Насколько враждебно относятся окружающие к членам секты? Преследует ли их общество? И не обязательно угроза со стороны других людей должна быть реальной. Даже надуманные гонения могут сделать организацию опасной. "Он просто хочет увести нас подальше от катастрофы".

– Какие верования заставляют сектантов переступить черту?

– Вот что и беспокоит меня в словах твоей юной леди. Похоже, она говорит о каком-то путешествии. О поездке туда, где жизнь вечна. О спасении от Апокалипсиса.

"Он только пытается защитить нас и спасти".

– Конец света.

– Да. Последний день. Армагеддон.

– Это не ново. Почему апокалиптическое видение мира приводит к насилию? Почему бы просто не уйти в тень и не подождать?

– Не пойми меня неправильно. Такое случается не всегда. Но апокалиптические группы верят, что Судный день неизбежен, а сами они играют ведущую роль в предстоящих событиях. Они избраны, чтобы установить на планете новый порядок.

"Хайди сходила с ума от страха, что ребенка не благословят".

– Таким образом, получается некий дуализм. Они хорошие, все остальные безнадежно испорчены, абсолютно лишены моральных ценностей. Внешний мир одержим демонами.

– Ты или с нами, или против нас.

– Точно. Согласно их представлениям, последние дни будут отмечены насилием. Некоторые группы склоняются к политике выживания: собирают оружие, строят изощренные убежища от дьявольского социального строя, который пытается их истребить. Или от антихриста, сатаны – всего, что, по их мнению, воплощает будущую опасность.

"Дом не верит в антихриста".

– Апокалиптические верования могут быть особенно переменчивыми, когда выражаются в харизматичном лидере. Кореш видел себя наперсником Бога.

– Дальше.

– Понимаешь, проблема самозваного пророка в том, что ему приходится постоянно перекраивать себя. Его долговременная власть не подкреплена конституциями. Впрочем, и не ограничена ими. Лидер дергает за ниточки, но только пока его последователи выражают согласие. Так что эти ребята могут проявлять большую изобретательность. И делать все, что угодно, в сфере своей власти. Параноики отвечают на угрозу своему авторитету жесткой диктатурой. Они выдвигают все более причудливые требования, заставляют доказывать лояльность секте.

– Например?

– Джим Джонс проводил так называемые испытания веры. Членов "Народного Храма" вынуждали подписывать признания или подвергали публичным унижениям, чтобы доказать их преданность. Один ритуальчик требовал от участника выпить неизвестную жидкость. Когда испытуемому говорили, что в сосуде яд, ему не следовало показывать страх.

– Мило.

– Вазэктомия тоже в списке предпочтений. Говорят, глава "Синанона" послал нескольких членов мужского пола под нож.

"Хайди приказали зачать от Джейсона".

– А браки?

– Журе и Димамбро, Джим Джонс, Дэвид Кореш, Чарльз Мэнсон. Все контролировали браки. Диета, секс, аборт, одежда, сон. На самом деле не важно, на чем конкретно специализируется секта. Лидер ставит перед последователями такие условия, которые противоречат их привычкам. Постепенно, без вопросов принимая странные законы, сектанты привыкают к мысли о насилии. Вначале это только проявление верности, требования вроде бы безобидные, например, определенный стиль прически, или медитации по ночам, или секс с мессией. Позднее правила становятся все жестче.

– Похоже на культ сумасшествия.

– Неплохо сказано. Для лидера процесс имеет еще одно преимущество. Менее уверенные последователи отсеиваются.

– Ладно. Допустим, есть группа фанатиков, живущих по указке какого-то ненормального. Что заставляет их вдруг прибегать к насилию? Почему сегодня, а не в следующем месяце?

"Слишком рано. Только не сейчас".

– По мнению социологов, в большинстве случаев всплески насилия провоцирует "нарастающее предельное напряжение".

– Не надо засыпать меня терминами, Ред.

– Ладно. Фанатики обычно заняты двумя делами: поиском сторонников и удержанием членов группы. Но если лидер испытывает страх, направление деятельности меняется. Иногда вербовка прекращается и начинается пристальное изучение существующих членов. Количество эксцентричных законов увеличивается. Тема Судного дня звучит все чаще. Сектанты все более отдаляются от мира и превращаются в параноиков. Растут проблемы с окружающими, или правительством, или правоохранительными органами.

– Что вообще может напугать этих страдающих манией величия сумасшедших?