Чтение онлайн

Тот зачмокал губами, втянул с храпом сырой холодный воздух и с трудом разлепил глаза.

– Что? Уже?

– Уже, - кивнул Степанов.
– Вылезаем, пора народ будить.

От звука их голосов проснулся сидевший за рулем.

Он покрутил головой, тыльной стороной ладони провел по подбородку.

– Побриться бы...

– Щас побреют, - ухмыльнулся Степанов.
– Щас и побреют, и постригут!

– Ерунда!
– Водитель уперся ладонями в баранку, вжался в спинку сиденья, разминая плечи.

Комендантская рота. Сопляки. Подмосковные маменькины сынки. Полчаса работы. Ерунда.

– Это городок. А КП?

– КП сложнее, - согласился водитель.
– Кто спорит? КП - это другое дело.

– Ну все, пошли!
– Степанов открыл дверцу "Урала", и холодный воздух тотчас заполнил кабину.
– Постройте всех перед машинами.

Даже на промерзшем проселке снег был глубоким, а стоило сойти с дороги - вообще по колено.

Степанов зачерпнул ладонями рыхлую влажную массу и ткнулся в нее лицом. Холод царапнул по коже, прогнал остатки липкой дремоты.

"А может, и не убьют... Может, и получится... Чем черт не шутит? Вдруг вот возьмет - и получится...

Хреново только, что вдруг".

Он оглянулся на машины. В кунгах зажегся свет, дверцы были открыть!, люди спрыгивали на снег, переговаривались вполголоса, звякало оружие. Почти одновременно заработали двигатели трех "Уралов", стартер четвертого пока подвывал вхолостую.

"Ничего, заведется.
– Степанов вытащил из внутреннего кармана куртки маленькую теплую фляжку с десятилетним "Ахтамаром" и сделал три глотка. Коньяк приятной теплой волной окатил глотку.
– Заведется, никуда не денется! Не так уж и холодно.

Скорее сыро. Аккумуляторы свежие у всех машин, заведется".

Как бы в подтверждение мотор головного грузовика взревел, машина окуталась сизыми клубами дыма. Степанов подошел к своему "Уралу", вытащил из кабины бронежилет, надел, распихал по карманам запасные магазины к "стерлингу" - всего четыре, не считая уже вставленного в пистолет-пулемет. В кобуре, закрепленной на поясном ремне спереди, находился резерв небольшой плоский пистолет ПСМ.

Люди построились перед машинами. Степанов медленно прошелся вдоль неровного строя, вглядываясь в хмурые непроспавшиеся лица. Каждый из офицеров, стоявших сейчас перед ним, имел за плечами не менее десяти спецопераций, и многие были старше Степанова и по возрасту, и по званию.

Но лично он знал человек пятнадцать-семнадцать.

Снаряжение и оружие было самым разномастным - не от бедности, наоборот, каждый смог реализовать свои личные предпочтения.

"Н-да... Теплая подобралась компания на этот раз...

Кто-то - фанатик, кому-то деньги нужны... А я вот не фанатик и деньги мне ихние ни к чему. Есть у меня деньги-то! У... головорезы! Ну что же, повоюем, повоюем".

Степанов не стал уточнять задачу - после трех недель тренировок и работы с макетами каждый из участников операции с точностью до секунды знал, что должен делать. Произносить же вдохновляющие речи перед этими лиходеями было бы просто смешно. Капитан дважды прошелся вдоль строя и, убедившись в том, что все семьдесят пять молодцов в наличии и экипированы должным образом, махнул рукой:

– По машинам!

Когда первый грузовик выкатывался с проселка на шоссе, на востоке небо стало заметно светлеть.

Рассвет выдался хмурым и ветреным, снег уже не падал лениво, а быстро проносился параллельно земле, сворачивался на асфальте трассы смерчиками.

Через два часа неторопливой езды впереди показалось небольшое двухэтажное здание стационарного поста ГАИ на перекрестке. Дорога направо шла к городку воинской части - от этого перекрестка оставалось пять километров до контрольно-пропускного пункта. Пост ГАИ имел прямую связь с комендатурой городка и представлял собой первое препятствие для группы Степанова. В схеме Алферова на него отводилось пятнадцать минут.

При въезде на перекресток висел знак "круговое движение", а на той дороге, что уходила вправо, - знак "проезд воспрещен". Едва первая машина колонны въехала на круг, как из здания выбежал офицер милиции и поднял вверх черно-белый жезл. Грузовики встали. Степанов распахнул дверцу, спрыгнул на землю и направился к зданию поста.

"Стерлинг" он оставил в кабине.

– Что случилось, майор?
– спросил Степанов, предупреждая вопрос милиционера.
– Мы в ВЧ 03090.

Гаишник скользнул внимательным взглядом по фигуре капитана, потом посмотрел в сторону машин.

Степанов был в зимнем камуфляже, без знаков различия, грузовики имели армейские номера.

– Нас не предупредили о колонне, - сказал милиционер, поеживаясь от холода, - он выскочил из здания в одном кителе.
– Нам надо связаться с комендатурой.

– Свяжись!
– благодушно разрешил Степанов.
– Мы поедем, а ты свяжись они подтвердят.

– Нет, - покачал головой майор.
– Без согласования пропустить не могу.

– Ну пойдем, - вздохнул Степанов.
– А ведь должны были предупредить, засранцы!

– Это ваши дела, сами и выясняйте!
– Майор заспешил к зданию поста, Степанов двинулся следом.

Когда гаишник потянул на себя тяжелую дверь, капитан прижал ствол ПСМ к его спине чуть пониже левой лопатки и выстрелил. Отшвырнув в сторону труп майора, Степанов распахнул дверь, и группа захвата ворвалась в помещение. Капитан остался в полутемном коридоре первого этажа. Через несколько секунд до него донеслись шипящие очереди "стерлингов", потом хлопнул пистолетный выстрел и вновь - очередь. Послышался топот ног, и на лестнице показался старшой группы. Взглянув на его искаженное злобой лицо, Степанов сразу понял - есть потери.

– Кольку - наповал! Прямо в лоб укатал! Вон тащат сучонка шустрого! Старшой бросил на пол пустой магазин и закинул "стерлинг" на плечо.

В коридор вывалились несколько боевиков, они тащили совсем молодого парня в милицейской форме с погонами сержанта.

– Связь?
– спросил Степанов старшого.

– Порядок!
– кивнул тот.
– Они ничего не успели вякнуть.

– Сколько их там?
– Степанов показал на потолок.

– Трое было. Этот - четвертый.

Степанов посмотрел на милиционера. Гаишник сидел, привалившись к стене, дышал часто и хрипло, под ногами его расплывалась темная лужа - очередь "стерлинга" прошлась по бедрам. Капитан бросил взгляд на часы.