Чтение онлайн

Все получили по "Красной Звезде", и только я - "Красное Знамя". Мой первый и последний советский орден. "За самоотверженную работу по оказанию помощи братскому народу в национально-освободительной борьбе". Что бы сказал об этом полковник Ривас?"

Степанов снова взял в руки журнал.

"Подумать только! "Солдат фортуны" выходит на русском языке! Московское издание. Журнал "наемников, псов милитаризма", как говорили тогда, в семидесятых и восьмидесятых. Наемник убивает за деньги. Мы были худшими из наемников - мы убивали за маленькие деньги. Теперь принято так считать, да я и сам так считаю. Или все же за идею? Нет, наше поколение уже прохладно относилось к этим идеям, они служили фоном - и только. Оправданием стремления интересно заработать маленькие деньги, всего лишь. Печальная судьба для такой грандиозной идеи. У майора правительственных войск Сальвадора Александре Риваса скорее всего великих идей не было. Просто ему не повезло".

Размышления капитана прервал телефонный звонок.

– Здорово, Миш!
– прогудел из трубки густой низкий голос Питона. Отдохнул? От ярких впечатлений?

– Что нужно?
– грубо спросил Степанов.

– Мне-то? Да что с тебя возьмешь? На охоту вот пригласить хотел.

– Ну давай, приглашай.

– Пятнадцатая Парковая, дом... , квартира... Он там безвылазно сидит вторые сутки.

– Один?

– Этого не знаю. Еще день подождешь - скажу.

– Серьезный?

– Да, Миш, да! Молодой, но шустрый. Кличут "Новичок". По жизни - один на льдине.

– Вооружен?

– Да наверняка огонек есть, наверняка.

– Спасибо.

– Не на чем. Я свое слово сказал, теперь дело за тобой.

– Помню.

– Это хорошо. Приберешь плашкета - звякни.

Очень буду ждать.

– Ну жди, жди...
– пробормотал Степанов и повесил трубку.

К дому, где, по словам Питона, обитал киллер, капитан подъехал затемно - в начале одиннадцатого часа. Пятиэтажка старой, "сталинской", постройки находилась напротив трамвайного депо, за которым начинался довольно глухой лесной массив - Измайловский парк. Степанов обошел вокруг здания, внимательно изучая обстановку, определился с квартирой - второй подъезд, второй этаж. На первом этаже расположилась аптека, жилая зона начиналась со второго. Капитан припарковал "шестерку" у подъезда, поднялся на площадку. Нужная дверь была снабжена глазком, и Степанов отвернул на пару оборотов единственную тусклую лампочку на площадке, прихватив горячее стекло носовым платком.

Дверь открылась секунд через десять после его звонка. В ярко освещенном дверном проеме возникла высокая девица в не по размеру узком и коротком халатике.

– Ой! А я думала - это Светка!
– воскликнула она, отступив на шаг в прихожую.

– Увы! Это не Светка!
– Степанов широко улыбнулся и развел руками.

Улыбка его была столь лучезарной и доброй, что девушка инстинктивно улыбнулась в ответ. Ребрами обоих раскрытых ладоней капитан нанес удар по тонкой изящной шее и еле удержал от падения на трельяж моментально обмякшее, бесчувственное уже тело.

– Эй, Зинка!
– послышался чей-то окрик из глубины квартиры.
– Чего там застряла? Кто пришел?

Выдернув из кобуры наган с навинченным глушителем, капитан двинулся на голос. Коридор привел его в просторный пустой холл, куда выходили двери трех комнат. Из-под одной пробивался свет. Ударом ноги Степанов распахнул ее и, направив ствол на сидевшего за столом человека, гаркнул:

– Руки на стол! Не двигаться!

Обитатель комнаты среагировал на команду своеобразно - он рывком вскочил из-за стола, опрокинув стул, и вытянул вверх длинные дрожащие руки.

Капитан растерялся на секунду - на вид этому трясущемуся дедуле было никак не меньше восьмидесяти лет.

Ярко светила старинная пятирожковая люстра.

Светлый блик от револьвера отразился в черном лаке кабинетного рояля. На круглом столе был накрыт немудреный ужин на двоих. Кроме старика и Степанова, в комнате никого не было.

"Влип!
– понял капитан.
– Он поймал меня, сволочь!"

Как бы в подтверждение этой мгновенной догадки что-то твердое уперлось в позвоночник и холодный молодой голос произнес:

– Брось наган!

Степанов разжал пальцы, и револьвер стукнулся об пол.

– Пошел к окну! Стой! К стене! Руки на стену!

Обыщи его!

Теперь в комнате были четверо. Командовал молодой, лет двадцати, парень. Его напарник быстро обыскал Степанова, швырнул на стол ключи, бумажник и удостоверение.

– Все, Новичок! Больше ничего нету!

– Посади его!

Капитан получил зверский удар по почкам и сполз по стене на пол.

– Держи!
– Новичок подобрал и кинул напарнику никелированный револьвер.
– Эй, дед! Посмотри, что в коридоре!

Старик вышел из комнаты. Через несколько секунд раздался его истошный вопль. Новичок вжался в простенок и направил на дверь длинный тяжелый пистолет.

"Кольт М-11, - узнал Степанов.
– Серьезный инструмент".

В дверях показалась сухая фигура старика, который волоком втащил в комнату тело девушки.

– Убили! Убили же!
– всхлипывал дед, пытаясь массировать уже посиневшую шею трупа.
– Говорил же! Говорил! Ах ты, Господи! "Скорую" надо, врача!

Звони же скорее!

Новичок искоса взглянул на тело, спокойно бросил:

– Перестань. С ней все кончено.

Старик застонал и сел на пол рядом с телом.

– Проверь подъезд!
– приказал Новичок напарнику.

Тот с наслаждением пнул Степанова в живот и вышел. Новичок присел к столу и левой рукой раскрыл удостоверение капитана. Пистолет в его правой руке уверенно смотрел пленнику в лоб.

– Контрразведка...
– удивленно протянул Новичок и усмехнулся. Контразведка с наганом. Так, так... Ты кто такой, урод?

Ответить Степанов не успел. В комнату вошел напарник Новичка.

– Все чисто. Похоже, он был один.

– Ну да. Это же Джеймс Бонд! Полюбуйся!

– Фальшивое!
– уверенно сказал напарник, мельком взглянув на документ.
– Они сейчас и называются по-другому. Фе-Эс-Бе. Ты откуда нарисовался, пассажир?

Степанов молчал, прижимая руки к животу и морщась от боли. Последний удар был чертовски сильным.

– Ну ладно, - сказал Новичок.
– Ты его расколи, а я Сильверу звякну. Надо предупредить, дело, кажись, непростое.