Чтение онлайн

– Ты уже понял, как сильно я могу изменить тебя, – вливалась в его уши земмурская отрава. – Но еще многое должно быть изменено. Трон Белфура должен принадлежать наследнику герцога. Повтори: Я ХОЧУ СЛУЖИТЬ ИСТИННОМУ ВЛАСТЕЛИНУ.

– Я ХОЧУ СЛУЖИТЬ… ИСТИННОМУ ВЛАСТЕЛИНУ.

– Он приближается с юга. Его время близко. Не мешай Левиуру, старик, или займи его место.

Шута била дрожь. Вспышки ясности в мозгу чередовались с долгими периодами затемнения. Что-то заскрипело на крыше, но он не обратил внимания на посторонний звук.

– Я ненавижу твоих хозяев! – с усилием произнес он.

– Глупец! Стаю ведет сын герцога, чтобы взять то, что принадлежит ему по закону. Высшему и человеческому.

– Ты получила меня всего с потрохами, но не сможешь обмануть!..

Тем не менее, подозрение, подкрепленное намеками шуремита на внебрачного сына герцога, уже прочно поселилось в сознании Дилгуса. Со временем оно становилось все более сильным. Он понял, что снова жаждет увидеть Лейну Солнак после семнадцатилетнего перерыва. Поэтому он включил и ее в свой список любви и ненависти.

Потребность страдать и желание причинять страдание были очень сильными… Горбун схватил голову, не ощутив под ее кожей твердости черепа. Он мог деформировать ее, превратив в сплющенный кокон, но ему хотелось большего. Его бесила недосказанность, бесило и то, что он так и не понял, в чем заключалась ценность артефакта. У него сложилось впечатление, что он напрасно рисковал жизнью в северной башне.

Оракул глумился над ним, не открывая будущего и не позволяя увидеть хитросплетение интриги. Кроме всего прочего, оборотни и Левиур владели каким-то новым способом связи. Шут собирался получить ответы на множество своих вопросов, чего бы это ни стоило…

Он смотрел на беззвучно смеющуюся голову. Пена и слизь извергались из черной пещеры рта. Он взял тонкую длинную спицу и нагрел ее в пламени свечи. Потом воткнул спицу в правое ухо Регины.

Инструмент пытки с шипением погрузился в плоть и проник очень глубоко, пока не наткнулся на что-то твердое. Если внутри головы и был череп, то его размеры не превышали размеры куриного яйца. Но Дилгус не думал, что у этой головы имеется череп…

Несмотря на экзекуцию, голова продолжала смеяться. Он оставил спицу в ухе и нажал большими пальцами на открытые глаза. Глазные яблоки оказались скользкими, как мокрые стеклянные шарики, и он утопил их в голове, насколько смог, но понял, что не сумеет причинить Оракулу боль. Колдовская игрушка сделала его своим слугой, но и только. Дилгус брезгливо отдернул руки, едва не опрокинув сосуд.

– Жалкая тварь! – прошептала голова. – Ты хочешь получить силу и знание, ничем не заплатив за них… Я стою гораздо дороже твоей жизни и почти так же дорого, как твой хозяин.

– Я убью его! – сказал шут самому себе. Он действительно думал, что таким поступком облагодетельствует себя и королевство.

– Только в том случае, если я прикажу тебе сделать это…

Вдруг что-то ударилось о деревянную крышу. Послышался шелест крыльев и удаляющийся крик. Дилгус вздрогнул. Что это было? Случайная птица или Лебедь, принц ночи?..

Еще одно темное кольцо паутины обвило его сознание и исказило мир. Он понял, что зашел слишком далеко. Горбун заставил себя снова прикоснуться к голове, освободил ее от спицы и утопил в жидкости, не в силах больше выносить прямого немигающего взгляда. Его ладонь прилипла к черным змейкам волос, обильно смоченных слизью. Он с отвращением оторвал ее и торопливо спрятал сосуд в ящик.

Необъяснимая тяжесть не оставила его даже тогда, когда он закрыл крышку и придавил ее большим плоским камнем с универсальной эпитафией. Считалось, что камень умиротворяет дух покоящегося под ним мертвеца. Но сосуд, сделанный в Дарм-Пассарге, был мало похож на обычную могилу…

После этого Дилгус погрузился в глубокий двенадцатичасовой сон. У него не оставалось сил даже на то, чтобы видеть кошмары.

Преподобный Тексор, провинциал Ордена Святого Шуремии, знал, что его дни сочтены. Их сочла болезнь, которую он подхватил в странствии, предпринятом во славу Спасителя и Святого Имени. Лучшие знахари Тегинского аббатства пытались изгнать из него хворь, но неведомая сила неотвратимо пожирала его тело. В конце концов, Тексор смирился с этим, расценив близкую смерть как погоняющий кнут Создателя.

Так уж случилось, что ему, вошедшему в Круг Белых Магов через Южные Врата, пришлось действовать на неспокойном юге. Он прекрасно знал Мормору, Круах-Ан-Сиур, Алькобу и Белфур. Постоянное соперничество Ордена с Серой Стаей за влияние в западных королевствах позволило шуремиту постичь все тонкости интриг, шпионского ремесла и тайной войны. Изредка стороны одерживали небольшие победы, но в целом игра была бесконечной и равной.

Сильный удар по престижу Ордена нанес загадочный человек, убивший генерала Алфиоса и похитивший из Тегинской цитадели Звезду Ада. Однако каким-то непонятным образом это имело печальные последствия и для Земмура. Часть территории оборотней была уничтожена, королева Валидии Ясельда бесследно исчезла, и Стае не скоро удалось восстановить свое влияние в Элизенваре.

Долгие годы Тексор собирал и изучал донесения своих агентов. Когда он думал о потрясениях, постигших Мормору, и о разрушении островов Шенда, когда получал сообщения о новом оружии, о людях, живущих неправдоподобно долго, летающем корабле и «железной комете», ему начинало казаться, что в известном ему мире действует еще одна, закулисная сила, враждебная обеим соперничающим сторонам. Некоторые признаки указывали на Лес Ведьм, другим источником этой силы мог быть остров Лигом, третьим – южная пустыня, считавшаяся гиблым и непроходимым местом. Однако Болотный Кот вернулся оттуда, и Тексор лично видел его на поле боя под Вормаргом.

Потом ему пришлось заняться странными событиями, происходившими в Белфуре. Вторжение оборотней и измена Левиура перекроили всю политику и заставили Тексора искать способы вывести герцога из игры – вплоть до его физического устранения. Шут казался неплохой кандидатурой хотя бы потому, что почти никто не воспринимал его всерьез. Однако Преподобный вынужден был признать, что и сам недооценил горбуна.

Провинциал избрал местом своего пребывания маленькую рыбацкую деревню, расположенную неподалеку от замка Левиур. Отсюда он мог руководить своими солдатами и отчасти – контролировать действия Дилгуса.