Слуга Люцифера
Шрифт:
Полине казалось, что множество нежных женских рук ласкают её измученное тело, и оно наливается молодостью, приобретает упругость и красоту.
Сквозь сон она слышала, как девицы переговаривались на неизвестном ей языке, посмеиваясь при упоминании имени Асмодея.
Полина чувствовала, что нечто происходит с её лицом, но она не могла пошевелиться: кожа натянулась, ей стало больно и неприятно, но затем эти ощущения пропали, сменившись сладостной прохладой, ласкающей скулы, щёки, подбородок.
– Готово, – сказала Мими. – Можешь поднимать клиентку, – обратилась она к Лулу, завершая последние штрихи на лице Полины.
Лулу сосредоточено смешивала некие ингредиенты в небольших прозрачных чашах. Закончив, она направилась к джакузи, держа на вытянутых руках переливающийся сосуд, наполненный красной жидкостью. Итальянка взглянула на клиентку:
– О! Совсем другое дело! – она нагнулась к Полине и влила ей в рот свою стряпню.
Полина медленно приходила в себя: она открыла глаза, села и удивлённо воззрилась на девиц. Те снова хихикнули.
– Я совсем плохо выгляжу? – выдавила из себя Полина, но отчего-то чужим мелодичным голосом.
Девицы жестом поманили её, она встала из бурлящей воды и направилась к ним, испытывая чувство лёгкости и уверенности в себе. Итальянки подвели Полину к стене, одна из них дёрнула за изящный шнурочек: драпировка отъехала в сторону, явив огромное зеркало.
На Полину смотрела обнажённая незнакомая женщина: стройная, с высокой девической грудью, длинноногая, с выразительными серыми глазами, красивыми скулами, полными губами и роскошной гривой медных волос.
Полина растерялась и, недоумевая, посмотрела на итальянок. Те, любуясь своей работой, выражали взаимный восторг:
– О, Мими, ты умница!
– Нет, Лулу, ты как всегда была на высоте! Творение прекрасно!
Полина не поняла: кто же прекрасен. Наконец до итальянок дошло: клиентка ничего не воспринимает на свой счёт. Они приблизились к ней.
Лулу ещё раз придирчиво посмотрела на «творение», притянула его к себе, поцеловав прямо в губы. «Клиентка» опешила, но через несколько мгновений очнулась:
– Э! Барышни, вот этого не надо! Я предпочитаю мужчин!
Девицы прыснули от смеха и заняли выжидающую позицию.
Полина подвигалась около зеркала: постепенно соображая, что отражение красивой женщины повторяет все её движения. Она дотронулась пальчиком до губ, носа, тряхнула волосами.
– Это кто? Я???!!!
Итальянки кивнули.
Полина рассматривала свою внешность, не веря в происходящее.
– Как вы меня такой сделали? Это что – шутка юмора?
Девиц явно забавляло происходящее. Наконец Лулу снизошла до объяснения:
– Ничего сложного. Всё как обычно: ванная с настоями целебных трав, лифтинг лица и тела, масла для волос, удлинение ног, похудание на пять килограммов.
– И всё за один сеанс? – недоумевала Полина, рассматривая в зеркало свою прекрасную грудь.
– Конечно, – сказали одновременно девицы. – Дело профессиональной чести!
– Хорошо, что хоть у коммерсантов остались понятия о чести, – заметила Полина, продолжая красоваться у зеркала. Что и говорить: она была на седьмом небе от счастья.
Асмодей, томимый ожиданием, сидел в удобном крокодиловом кресле, рассматривая модный журнал, беспрестанно комментируя самому себе, увиденное на глянцевых страницах:
– Тощая и страшная! Тоже мне актриса из погорелого театра, у меня бы ты полы мыла. Ха… Какая глупость, и напишут же… Ну, ничего не соображают…
На последней фразе он запнулся: перед ним стояла секс-бомба средней величины, облаченная в полупрозрачное оранжевое платье с вырезом почти до пупка, перехваченное на талии прелестным жемчужным ремешком. Она повела плечами, затем в разрезе от бедра появилась стройная длинная ножка в дорогой итальянской туфельке фирмы Сквилачи. Обольстительница тряхнула шевелюрой: волосы рассыпались по плечам, ниспадая блестящим водопадом.
Асмодей сглотнул: «Я же говорил бабёнка – что надо, только приодеть».
«Бабёнка – что надо» поправила на плече тоненький ремешок маленькой сумочки, усыпанной, как и пояс, жемчужинами, и, покачивая бёдрами, направилась к хозяину бутика.
– Я готова, – промурлыкала она таким голосом, что у Асмодея защекотало «в одном месте».
– Вы сногсшибательны! Очаровательны! Вы – демоница! – не унимался он. – Да, мой персонал умеет творить чудеса! Идёмте, иначе пропустим начало представления. Поверьте, на слово: варьете выше всяких похвал!
Полина улыбалась, довольная собой и впечатлением, произведённым на своего спонсора. Тот же подхватил её руку под руку и увлёк в глубь прозрачных драпировок.
– Прошу, нам сюда. Ресторан на втором этаже, – пояснил он. И многозначительно добавил: – Вход только для избранных.
Они поднялись по мраморной лестнице, увитой коваными балясинами, и оказались в длинном коридоре с множеством дверей.
Асмодей уверенно направился к одной из них. По какому-то ему одному известному признаку он определил нужную, Полина не поняла, ибо внешне все двери были совершенно одинаковыми. Заветная дверь распахнулась сама по себе, пропуская их внутрь.
Гости попали в просторное помещение с приглушённым фиолетовым светом. В зале стояло множество круглых диванчиков, усыпанных цветными подушками, по середине каждого диванчика слегка возвышался стол.
К Асмодею подскочил официант небольшого роста с весьма странной внешностью. Полина заметила, что у него синие глаза и продолговатые уши, похоже на два треугольника. «Прикольный прикид», – мысленно отметила она.
Официант с треугольными ушами поклонился:
– Ждали только вас, господин, с вашей очаровательной спутницей.