Чтение онлайн

Вид этой клети сразу пробудил в нем любопытство. Пока матросы орудовали баграми, подводя барку к причалу, Десио подал знак своему военачальнику Ирриланди, чтобы тот приказал воинам держаться наготове.

Барка Анасати толкнулась о причал. С носа и кормы спрыгнули на дощатый настил матросы, чтобы закрепить канаты. Из грузовой клети послышалось леденящее душу завывание; очевидно, там находилось какое-то злобное животное. Будучи большим любителем Имперских игр, в программу которых неизменно включались жестокие зрелища с участием людей и хищных животных, Десио с интересом вытягивал шею, пока легкое касание Инкомо не положило конец этому нарушению декорума.

Солдаты в красно-желтой форме дома Анасати построились на пирсе вокруг своего господина, облаченного в бархатную мантию, расшитую речным жемчугом. Джиро приветствовал хозяина Минванаби учтивым поклоном. Он был несколько старше, чем Десио, но значительно более уравновешен и явно склонен придерживаться общепринятых форм обращения. Без малейшего колебания он спросил:

– В добром ли ты здравии, властитель Десио?

– Здоровье у меня превосходное, Джиро из Анасати.
– Прищурившись, Десио, как и полагалось, задал встречный вопрос: - В добром ли здравии твой отец?

– Он вполне здоров, господин.

Внутри дощатой клети раздался более громкий и яростный вой; Джиро позволил себе едва заметно улыбнуться. Неукоснительно соблюдая ритуал, он продолжил формальный обмен приветствиями.

Но терпение уже покинуло Десио. С трудом преодолевая искушение спросить, что за бестия находится в клети, он выпалил:

– Я рад сообщить, что вся моя семья пребывает в добром здравии.

Избавленный таким образом от промежуточных стадий протокола, Джиро чопорно взглянул на Инкомо, явно раздосадованного, но неспособного вернуть своего повелителя в рамки этикета.

– Я сердечно благодарен, - проговорил сын Анасати.
– Властитель Десио настолько добр, что согласился принять неурочного посетителя. Приношу извинения за то, что не испросил согласия заранее, но я оказался по делам в ваших краях и подумал, что мы могли бы не без пользы побеседовать.

Кто-то начал царапать обшивку клети изнутри, и рабы на барке беспокойно зашевелились. Десио переступил с ноги на ногу: настал момент, когда он должен был либо пригласить гостя в дом, чтобы подкрепиться с дороги, либо отправить его восвояси. Раздражение от необходимости церемониться с сыном врага боролось в нем с любопытством.

Воспользовавшись колебаниями Десио, Джиро перехватил инициативу.

– Прошу извинить меня, господин, я не намеревался посягать на твое гостеприимство. У меня на борту живые твари, которых раздражает качка. Нельзя ли нам побеседовать прямо здесь, на причале?

Стояла жара, и у Десио от пота чесалось лицо. Если Джиро мог обойтись без прохладительного питья, то властитель Минванаби предпочитал не подвергать себя таким лишениям. Широким жестом, обращенным к гостю и всей его свите, он подкрепил свои слова:

– Давайте войдем в дом и посидим там, где можно будет поговорить не торопясь.
– Заметив озабоченный взгляд, брошенный посетителем на клеть, Десио добавил: - Я прикажу слугам отвести животных в тенистое место, чтобы они не мучились от жары.

Поставленный перед нелегким выбором, Джиро колебался: отвергнуть или принять гостеприимство сиятельного врага было в равной мере опасно. Потеребив лакированный пояс своего панциря, он признался:

– Господин мой, ты в высшей степени великодушен, но эти бестии у меня на борту настолько злобны, что я не решаюсь оставлять их на попечение незнакомых. Я бы не хотел, чтобы в твоем доме хоть кто-нибудь от них пострадал.

Глаза у Десио загорелись.

– Тогда их тоже прихвати с собой; кажется, это может быть интересно.

Джиро поклонился. Служителю, который оставался на барке, он приказал:

– Возьми собак на привязь и выведи. И если тебе дорога честь, позаботься, чтобы никто из слуг Минванаби не подошел к ним слишком близко и не получил увечья.

Десио увидел, как побледнел служитель, услышав такое наставление. От возбуждения у властителя взмокли ладони. Пока Ирриланди выстраивал почетный эскорт для перехода во дворец, его господин не удержался и оглянулся назад. Смертельно бледный псарь надел плотные рукавицы. Затем он взял в руку пару толстых плетеных ремней и подал сигнал рабам, которые, едва преодолевая очевидный страх, стащили с клети чехол. Раздался хриплый лай, и рабы отпрянули в стороны. Тогда псарь поднес к губам костяной свисток и один раз свистнул. Из отверстия в клети немедленно высунулись две оскаленные морды с широко расставленными глазами и стоящими торчком ушами. Два пса устрашающего вида заскребли когтями по стенке клети. Рабы попятились еще дальше, а воины из дома Анасати сжали рукояти мечей.

– Хороши, - выдохнул Десио, когда псарь приблизился к клети и закрепил ремни на двух ошейниках, украшенных драгоценными камнями. Широкогрудые псы с массивными челюстями вырвались из своей темницы со стремительной грацией сильных хищников. Масть у них была необычная: рыжие и черные полосы.

Перепрыгнув с барки на причал, они уселись на досках с таким царственным видом, как будто все вокруг принадлежало им.

– Господин мой, позволь предупредить: от них лучше держаться на расстоянии, - тихо посоветовал Джиро.

Десио последовал совету, пусть даже исходившему от врага.

– Хороши, - повторил он.

Однако ему тут же пришло на ум, что янтарные, угрожающе-равнодушные глаза псов чем-то похожи на глаза его кузена Тасайо. Раздосадованный этой мыслью, он знаком приказал советнику и эскорту следовать за ним и двинулся ко входу в главную палату.

– Что же собой представляют эти собаки?
– спросил властитель Минванаби, когда они уже достигли возвышения с множеством разбросанных подушек.

– Это охотники, не знающие равных. Повинуясь жесту Джиро, псарь отвел несравненных охотников в безопасный угол, где не проходили слуги и до любой из дверей было далеко. Псы сели, но были настороже; в их глазах можно было прочесть беспокойство и голод.

Только сейчас заметив неодобрительное покачивание головы Инкомо, Десио сообразил, что проявленный им откровенный интерес ставит его в невыгодное положение. Расположившись на подушках, он процедил:

– У нас тоже прекрасные гончие.

Джиро мягко заметил:

– Но не такие, как эти, господин мой. Может, потом, когда мы закончим беседу, ты захочешь, чтобы я показал тебе, что они умеют?

Десио просиял:

– И в самом деле, почему бы и нет? Однако давайте сначала перекусим.

Поспешно приблизились рабы с полными подносами яств и напитков. Сидя с горделиво выпрямленной спиной, Десио лишь усилием воли сдерживался, чтобы не оглядываться на собак, которые глухо рычали, когда кто-либо проходил мимо. Он подал знак, и Ирриланди отвел почетный эскорт Минванаби на почтительное расстояние; то же проделал сотник из охраны Джиро, и в огромную палату вошли Другие слуги с чашами и полотенцами для омовения обоих благородных собеседников.