Чтение онлайн

Инкомо прижал к вискам ладони и вдохнул глоток влажного воздуха. Десио Минванаби обрел покой среди своих предков, если действительно дух человеческий может пересечь неведомую пропасть между мирами. Поспешно вызванный жрец произнес предписанные ритуалом слова в священной роще семьи Минванаби; гонцы-вестники были разосланы во все края Империи. Оставалось только ждать прибытия нового властителя, обретающегося на сторожевой заставе одного из западных островов.

В этот момент скрипнула, открываясь, створка двери за спиной у первого советника. Теплый воздух ворвался в комнату, растрепав листы документа и плеснув через дверь на пол крупные капли дождя.

– Я же приказал, чтобы меня не беспокоили, - недовольно бросил Инкомо.

Язвительно-сухо прозвучали слова:

– Тогда уж прости, первый советник, что помешал тебе. Но время проходит, а дел впереди много.

Инкомо вскочил, как ужаленный, и круто обернулся. Он увидел, как воин, освещенный сзади белой вспышкой молнии, шагнул через дверной проем. Вода стекала с боевых доспехов; слипшиеся перья плюмажа выглядели самым плачевным образом. Легкой походкой, почти беззвучно пришелец приблизился к единственной лампе, горевшей в комнате, вступил в круг света и снял шлем. Темные круги лежали у него под глазами цвета меда; мокрые волосы прилипли к шее.

Инкомо выронил перо и поклонился в пояс:

– Тасайо!

– На сей раз я прощаю фамильярность, первый советник. В первый и последний раз.

Инкомо отбросил письменную доску, едва не опрокинув чернильницу, после чего поспешил поклониться новому хозяину по всем правилам - земным поклоном, уткнувшись лбом в пол.

– Господин мой!

Только ветер заполнял комнату неумолчным шумом, пока Тасайо осматривал комнату. Он не давал Инкомо разрешения подняться с колен, но изучал изображения птиц, нарисованные на стенах, изношенную спальную циновку, и уже после всего - распростершегося на полу престарелого советника.

– Да. Тасайо. Властитель Минванаби.

Получив наконец дозволение распрямиться, Инкомо не сдержал изумления:

– Но как же ты...

В тоне нового хозяина сквозила легкая насмешка, когда он нетерпеливо перебил:

– Инкомо! По-твоему, в этом доме только у тебя имеются агенты? Покойному кузену была отдана моя верность, но не мое уважение. Я никогда не позволил бы себе опозорить имя Минванаби, но в моем положении только дурак оставил бы кузена Десио без присмотра.
– Тасайо отвел со лба мокрые волосы и поправил оружейный пояс.
– С того момента как я ступил на этот проклятый остров, я держал наготове лодку с гребцами и припасами, чтобы можно было в любой момент выйти в море. Когда бы ни пришел вызов, днем или ночью, мне оставалось лишь отдать швартовы. Как только моему кузену пришел конец, один из верных мне людей отправил сообщение на Сторожевые острова.
– Тасайо пожал плечами. В свете лампы блеснули капельки воды, упавшие с его одежды.
– На лодке я добрался до Нара и захватил первый же попавшийся корабль. Когда Высший Совет будет избирать нового Имперского Стратега?

Невольно следя за ручейками дождевой воды, которые угрожали его спальной циновке, Инкомо постарался собраться с мыслями:

– Сообщение получено только сегодня утром. Свет Небес призывает Высший Совет на собрание, которое состоится через три дня.

Вкрадчиво-мягко Тасайо полюбопытствовал:

– Ты позволил бы мне пропустить это собрание, Инкомо?

Мокрые подушки внезапно утратили всякий интерес в глазах первого советника.

– Господин мой!
– Инкомо снова ударился лбом об пол.
– Кончина Десио случилась столь внезапно! Самый резвый наш гонец отправлен в дорогу час тому назад, и ему приказано взять самую быструю лодку. Я смиренно признаю: мною сделано лишь то, что было в моих силах. Не осуди старого слугу за ограниченность его возможностей: мне никогда не сравниться с моим господином в прозорливости и мудрости...

Тасайо невесело засмеялся:

– Я не люблю бессмысленную лесть, первый советник, равно как и фальшивое смирение. Вставай и запомни это.

Оглушительный громовой раскат потряс дом, и его затихающие отголоски прокатились над ночной темнотой озера. Воспользовавшись усвоенной за годы боевой службы привычкой соразмерять свой голос с любыми шумами, Тасайо объявил:

– Для тебя приказы такие, первый советник. Отошли телохранителей Десио и его наложниц. При мне находятся мои собственные слуги, и они помогут мне облачиться в траурные одежды. Этой ночью я буду спать в офицерских казармах. Передай моему управляющему, чтобы он выбросил из господских покоев все, что принадлежало Десио. Я хочу, чтобы комнаты были пустыми. К рассвету мои походные сундуки и личные вещи должны быть установлены на места, а одежда, постель и прочее добро прежнего властителя - сожжены.
– Глаза у Тасайо сузились.
– Скажи старшему псарю, чтобы он перерезал глотки собакам-убийцам... они все равно не станут слушаться нового хозяина. Когда начнет светать, собери всех домочадцев на учебном плацу. Новый властитель Минванаби принял бразды правления, и все должны понять, что нерадивым я не дам спуску.

– Как прикажешь, господин.

Инкомо приготовился к бессонной ночи. Он разогнул усталые колени и собрался встать, но оказалось, что хозяин еще не закончил.

Властитель Минванаби уставился на своего первого советника тусклым холодным взглядом:

– От тебя не требуется, чтобы ты мне поддакивал, как привык поступать с моим кузеном. Я стану выслушивать любое твое мнение, даже если оно не совпадает с моим. Ты можешь предлагать все, что сочтешь нужным, - до того момента, когда я начну отдавать приказания. Тогда ты будешь молча повиноваться. Завтра мы вместе просмотрим счета и вызовем почетный эскорт. К полудню я хочу быть под навесом моей парадной барки, на пути вниз по реке - к Кентосани. Присмотри, чтобы все было готово к путешествию; проверь каждую мелочь. Как только прибуду в Священный Город, я намерен взяться за дело.

– Какое дело, господин?
– спросил Инкомо, преисполненный искреннего почтения.

Тасайо наконец улыбнулся:

– Какое дело? Стать Имперским Стратегом, это же очевидно! Разве кто-нибудь подходит для этой должности лучше меня?

Инкомо почувствовал, что волосы у него на загривке встают дыбом. Наконец-то, после многих лет бесплодных мечтаний, он будет служить настоящему властителю - умному, решительному и честолюбивому.

От грома снова содрогнулся дом, и дождь хлестнул струями по стенам. Освещенный колеблющимся светом лампы, новый хозяин Минванаби, горделиво выпрямившись, закончил свою мысль:

– А когда я облачусь в белое с золотом, мы уничтожим Акому.

Инкомо снова склонился до земли. Когда он встал, комната была пуста, и сквозняк из темного дверного проема служил единственным следом, оставшимся от визита хозяина. Первый советник задумался о странностях жизни: самое заветное его желание, в котором он никогда не посмел бы признаться, судьба и боги исполнили по собственной доброй воле: властителем Минванаби стал Тасайо. С неожиданно горькой иронией Инкомо спросил себя: почему же этот дар заставил его почувствовать себя измотанным и старым?

Струи ливня ручейками обтекали символы счастья, закрепленные на гребнях крыши Имперской Палаты, и по резным водостокам сбегали вниз, в лужи во дворе. Внутри здания шум дождя звучал приглушенно; пламя ламп - тех, которые слуги позаботились зажечь, - колебалось от сквозняков, проносившихся вдоль коридоров-ущелий словно тяжкие вздохи. Люджан и пять вооруженных воинов быстрым шагом проследовали через тускло освещенные развилки в апартаменты Акомы для доклада.

Мара встретила своего военачальника в средней комнате, где она держала совет с Аракаси. Кевин стоял за ее плечом у стены, приведенный вынужденным бездействием в самое едко-саркастическое настроение. Его мучила головная боль: тошно было слушать, как воины точат мечи, и вдыхать запах лака, используемого для защиты доспехов из слоистой кожи.