Slow motion
Шрифт:
Захлопнув дверь, Кэндис на ходу набирала номер Нины.
– Да, алло, - сонно ответила подруга.
– Это я, - жестко проговорила Кэндис.
– Встреть меня у нашей квартиры, выгони оттуда Йена, потому что у меня случилось кое-что отвратительное и ужасное. Мне срочно нужна дружеская поддержка.
– Что стряслось?
– голос Нины сразу стал серьезным, Кэндис буквально представила, как красивое лицо Добрев хмурится.
– Я переспала с Морганом, - просто ответила Кэндис и услышала тяжелый выдох подруги.
– Ты знала, что…
– Да, Кэн, я знала, - извиняющимся тоном пробормотала Нина, и Кэндис почувствовала еще один укол в сердце.
– Я пыталась тебе сказать вчера за ужином, но не получилось.
Кэндис молчала несколько минут, прежде чем снова пришла в себя и, смахнув слезы с щек, помахала рукой, останавливая такси.
– Я буду у нашей квартиры через минут двадцать. Просто выпроводи Йена и встреть меня, - рыкнула Кэндис, садясь в машину. Автомобиль тронулся, и только тогда Кэндис позволила себе не сдерживаться и заплакать в полную силу. Таксист сочувственно посмотрел на девушку в зеркало заднего вида.
========== 8. Жизнь продолжается и преподносит сюрпризы ==========
Кэндис сидела в ресторане в одиночестве, заказывая один коктейль за другим. Она специально выбрала дорогой ресторан, чтобы свидетелей ее боли и тоски было немного.
Девушка размышляла о произошедшем, и каждый раз при воспоминаниях о прошедшей ночи и таких приятный и чувственных прикосновениях Джозефа, Кэндис закрывала глаза, у нее появлялась дрожь по всему телу, а из глаз начинали капать непозволительные слезы.
Почему она решила, что в этот раз ей повезет? Почему она подумала, что Джозеф не причинит ей боль? Это ведь глупо. Кэндис жутко не везло в делах сердечных, а теперь еще и этот момент с Морганом…
Черт, а ведь ей завтра нужно появиться на конвенции, где будет и Джозеф тоже. И, наверняка, Персия тоже появится.
Кэндис подавила в себе рвотный рефлекс, вливая в себя полстакана рома с колой. Желудок нещадно болел, нужно было, наверно, заказать что-нибудь покушать, но пока в приоритете был только алкоголь.
Телефон зазвонил в очередной раз, но теперь вместо имени Джозефа на экране появилась фотография Нины Добрев с подписью “Нинс”. Кэндис растерянно смотрела на экран, пока звонок не прекратился. Сколько она уже здесь сидит? Кажется, сегодня у нее была назначена встреча с Ниной. Наверно, поэтому Добрев звонит в очередной раз. Кэндис кивнула сама себе, заказала еще две порции коктейля и набрала номер подруги.
– Нинс?
– почти прошептала Кэндис, когда гудки прекратились. Голова кружилась, а мысли о Джозефе никак не могли отпустить девушку.
– Кола, твою мать! Ты где вообще? Мы должны были встретиться три часа назад!
– возмущенно завопила Нина. Кэндис улыбнулась, представляя лицо подруги.
– Я в нашем любимом дорогом ресторанчике рядом со штаб-квартирой Джули. Приходи, забери меня, - проговорила Кэндис и, не дожидаясь ответа подруги, сбросила номер.
Кэндис старалась говорить трезвым голосом, но ничего не получилось, и Нина тут же поняла, что что-то произошло. Добрев быстро собралась и буквально побежала за подругой.
Нина нашла Кэндис за дальним столиком в компании с несколькими бокалами выпитого коктейля. Аккола была изрядно пьяна и выглядела действительно несчастной. Нина осторожно подсела к подруге, обнимая ее за плечи.
– Что случилось, солнышко? Почему ты напиваешься среди недели, да еще и, судя по всему, с самого утра?
– ласково спросила Нина. Кэндис уткнулась в плечо подруги, не выпуская бокал из руки.
– Он использовал меня. Да, кажется, именно так это и выглядит, я точно не уверена, - пробормотала Кэндис, закрыв глаза.
– Кто? Зак? Кто использовал тебя, милая?
– растерянно поинтересовалась Добрев, гладя волосы подруги.
– Джозеф. Мы переспали вчера, - кивнула Кэндис, отодвигаясь от Нины и смотря ей в глаза. Она пыталась увидеть там осуждение, хоть что-нибудь, но подруга смотрела на Кэндис с сожалением.
– Все было волшебно, мне давно не было так хорошо с кем-то, а потом…
Кэндис замолкла, чувствуя, как слезы снова подступают. Она часто заморгала, стараясь сдержаться. Нина положила ладонь на руку подруги.
– Что потом, Кэн? Что случилось потом?
– Персия оставила ему сообщение на автоответчике. Я собрала вещи и просто ушла, попросив его не утруждать себя объяснениями. Но, Нина, он был таким… таким искренним со мной вчера, он хотел меня, он был нежен, ласков… Я ничего не понимаю.
Нина не знала, что можно ответить на это. Она просто оплатила внушительный счет и, взяв подругу за руку, решила отвести ее домой.
Дорогу до дома Кэндис не помнила. Помнила только жуткое чувство разочарования и обиды где-то в районе грудной клетки. Кэндис не хотела признавать этого, но, кажется, на ее сердце появилась трещина.
*
На следующий день Нина привела в порядок не только себя, но и Кэндис, которую будто ничего не интересовало больше. Добрев понимала, что подруга в депрессии, поэтому старалась быть еще более тактичной и еще более ласковой, чем обычно. Наверно, это помогло, потому что когда они - Кэндис, Нина и Йен - ехали на конвенцию, Кэндис однажды даже посмеялась над шуткой Сомерхолдера. Конечно, ее смех был больше похож на истерику, но хотя бы на лице блондинке появилась улыбка.