Чтение онлайн

Барбара сидела на кушетке, опирая локти на подушке, лежащей у нее на коленях. В руке она держала высокий стакан с коктейлем.

— А вон и твой виски, — указала она на стакан, стоящий на дальнем краю кофейного столика.

— А сама что пьешь? — небрежно спросил Ренделл. — Колу со льдом?

— То же самое, что и у тебя, — ответила Барбара.

Ренделл посчитал, что не даст никаких поводов, если обойдет столик и возьмет стул, стоящий напротив жены. Уже много лет Барбара не выпивала с ним. На вечеринках она еще могла выпить один-два коктейля, но когда они оставались одни, виски с ним она пить отказывалась. Именно таким образом она его упрекала, давала понять, что ей не нравится, как он выпивает; для него же самого это был способ уйти, обособиться, порвать с женой всякую связь. Сейчас же она находилась здесь, и со стаканом виски в руках. Было это признаком оздоровления в отношениях или роковым знамением? Ренделл решил, что последнее, и держался настороже.

— Джуди спала? — спросила Барбара.

— Да, но на какой-то миг проснулась. Мы договорились, что вместе позавтракаем.

— Хорошо.

Ренделл сделал глоток из своего стакана.

— Ну, и как ей эта новая частная школа, единственная, которую ты выбрала для нее за пределами Окленда? Она…

— Никак, — отрезала Барбара. — Больше она там не учится, хотя ходила туда всего месяц.

— Тогда где она сейчас учится? — не смог скрыть удивления Ренделл.

— Сидит дома. Это единственная причина, почему я хотела встретиться с тобой сегодня. Месяц назад Джуди из школы отчислили.

— Отчислили? О чем ты говоришь? — Такого еще не случалось. Его Джуди была совершенством, вечной отличницей. — Ты хочешь сказать, что ее выгнали из школы?

— Я хочу сказать, что ее отчислили. Никаких испытательных сроков. Никаких отсрочек. — Она сделала паузу, чтобы акцентировать следующие слова:

— Наркотическая зависимость.

Ренделл почувствовал, как кровь хлынула в лицо.

— Черт подери, о чем это ты?

— Я тебе толкую про «скорость», «бенни», «бомбитас», «дикси», «кристаллы», «веселые бобы», «мет». Я говорю тебе про амфетамины, Стив. Их можно глотать, но ими же можно колоться. Джуди ходила там на голове, после чего директор вызвал ее на ковер, переговорил с ней, потом со мной, а потом ее просто выгнали.

— Ты хочешь сказать, что ей не дали возможности исправиться? Сволочи, ведь в наши дни такое может случиться с каждым ребенком; на него могли повлиять, в конце концов, он ведь мог просто попробовать…

— Стив, — перебила его жена, — она не пробовала. Амфетамины она принимала регулярно и уже сидела на крючке. И никто из ее школьных приятелей на нее плохо не влиял. Наоборот, именно она влияла на некоторых из них.

Ренделл потряс головой.

— Не могу поверить.

— Тебе лучше.

— Барбара, но ведь с ребенком, подобным Джуди, такого случиться просто не могло. Где была ты?

— А где был ты, Стив? — В этих ее словах не было ни тени ехидства, просто констатация факта. — Извини. Где была я? Почему не проследила за ней? В первую очередь, потому что не было тебя. Все так неожиданно. Итак, ты не прослеживаешь. Ты не следишь и не видишь. Кое-какие перемены были, только я связывала их с новой школой, трудностями в учебе, попытками найти новых друзей. Поначалу она была такой веселой и уверенной, потом несколько раз я замечала, что Джуди была раздраженной, она нервничала, потом вообще впала в депрессию ее ломало, как это у них называется — а под конец она совершенно замкнулась в себе. Потом мне неожиданно позвонили из школы, и я все узнала.

— Почему ты не позвонила мне, не дала знать?

Барбара поглядела ему прямо в глаза.

— Сразу я так и хотела, Стив, но потом решила, что смысла нет. Ведь и ты сам ничего сразу сделать бы не смог, тем более — в течение какого-то долгого времени. Я не видела никакой пользы в том, чтобы спутывать наши жизни вместе. Я не видела, как в подобную ситуацию могла бы вписаться Джуди. После чего я решила все делать сама, и делала все сама.

Ренделл схватил свой стакан и выпил его содержимое в один присест.

— Она и сейчас принимает наркотики? Ведь выглядит она так хорошо, совершенно непохоже, чтобы девочка была ими напичкана, или же…

— Нет, нет. Сейчас она уже возвращается к норме. Мы верим, что с крючка она спрыгнет. Самую лучшую помощь для Джуди я нашла в ее друзьях. Было трудно, просто ужасно, но сейчас она уже выкарабкивается. Догадываюсь, что она покуривает марихуану — совершенно случайно, где-нибудь на вечеринках — но ничего более серьезного.

— Понятно. — Ренделл поглядел на пустой стакан у себя в руке и поднялся с места. — Не беспокойся, посиди. Мне необходимо еще выпить.

— Извини, Стив, что все так получилось, а еще в такой день… Но мне не хотелось бы потерять возможность поговорить с тобой наедине.

Ренделл одним глотком выпил половину содержимого стакана.

— Да, конечно же, ты должна была мне сообщить. — Он вернулся на свой стул. — И как ты вытаскивала Джуди? Врачи?

— Вообще-то говоря, это был — да и остается — один человек. Психолог из Сан Франциско, специалист по сложным наркотическим зависимостям. Это доктор Артур Бурке. Он написал…

— Плевать мне на то, чего он там понаписывал. Джуди все еще ходит к нему?

— Да. И хотелось бы сказать, у него имеется клиника. Каким-то образом он даже понравился Джуди. Она привязалась к нему. Он довольно молод, усы, борода, и говорит только правду. Доктор Бурке уверен, что сможет не только вылечить Джуди, но даже и закрепить неприязнь к наркотикам.

Только сейчас Ренделл почувствовал, что спиртное ударило в голову.

— Так, — сказал он. — А теперь самое времечко вывернуть все так, будто во всем виноват я один. Вечно занятой папаша. Ergo. Дочь становится наркоманкой.

— Нет, Стив, это не твоя вина, и не моя, а может, виноваты мы оба. Вина в том, как повернулась жизнь, что случилось с родителями, что из всего этого досталось или же не досталось детям… И более того — над чем родители уже не властны — стиль жизни нынешнего общества, и то, какое будущее — или же его отсутствие — мы сами ожидаем. А ведь еще имеются бунты и бегства из дому, и желание найти где-нибудь мир получше, чтобы вдобавок ко всему расширить границы разума, выйти на другой уровень сознания, найти у себя в голове самую совершенную из планет. Вот почему ты берешь пригоршню таблеток и отправляешься в космический полет, и улетаешь, и если тебе повезет, кто-нибудь стягивает тебя с орбиты — пока не все еще потеряно, и сам ты еще не затерялся навеки. Так вот, доктор Бурке стащил Джуди с орбиты. Она вновь принадлежит человеческой семье и пересматривает всю прежнюю систему ценностей.