Чтение онлайн

Благодаря этому мое появление на турнире «Джи-1» больше не выглядело как попытка любой ценой выпихнуть на ринг несовершеннолетнего, не умеющего постоять за себя сопляка, а превратилось в факт совершенно обоснованного доверия учителей к тщательно подготовленному ученику, который всецело это самое доверие оправдал.

События в Таэрине также были освещены в несколько ином свете. И как только лэн Даорн аккуратно и очень грамотно сместил акценты, члены комиссии вспомнили, что ему как опекуну закон не предписывает денно и нощно находиться рядом с воспитанником, держа его при этом за руку. К тому же он не бросил меня посреди улицы одного, несчастного, беспомощного и уязвимого, как это представил недавно лаир Ито. А оставил подрастающего адепта кханто под охраной отеля, в закрытом номере, ключ от которого напавшие на меня придурки получили от одного из сотрудников, что черным по белому было написано в заключении следователей.

Кстати, лэн Сотхо, начальник сто тринадцатого участка, не отказал нам в любезности и, узнав причину нашего интереса к старому делу, все-таки поделился соответствующими бумагами. В частности, скинул дубликат официальных извинений за допущенную его сотрудниками ошибку. И такую же официальную благодарность за помощь в поимке опасных преступников. Причем он прикрыл меня и по первому, и по второму случаю моего пребывания в участке, так что этот вопрос мы закрыли быстро и, надеюсь, что навсегда.

По поводу обрушения полигона лэну Даорну тоже имелось что сказать членам комиссии. А лэн Гасхэ за день до этого не поленился лично съездить к начальнику соответствующего участка в Нарке, каким-то чудом умудрился получить доступ к архивным делам и обзавелся железными аргументами в пользу абсолютной невиновности лэна директора по данному эпизоду, которые мы тут же и предоставили.

Такие же подробные и убедительные пояснения наставник дал и по остальным пунктам обвинения, включая траты с моего личного счета, вопросы моей подработки, мое знакомство с домом Даруса Лимо и всеми остальными неприятностями, которые со мной действительно случились, но отнюдь не были следствием его халатности или недосмотра. К тому же с момента моего поступления в Первую военно-магическую академию ответственность за мое здоровье во время учебы и в том числе во время практики несла именно академия. Во время пребывания в школе Харрантао ответственность за меня брал на себя также и мой второй учитель. Более того, у великого мастера Даэ прав было даже больше, чем у лэна Даорна. И лэн Гасхэ, дословно процитировав строки из кодекса мастеров, очень быстро доказал, что даже пропуск я получил заслуженно и совершенно законно.

Что же касается событий в провинции Архо, то патрульные, которые меня заметили, так и не составили рапорт, а значит, фактически признали, что лэн Даорн ничего не нарушил. Тогда как служба магического правопорядка сняла все свои претензии, едва убедилась, что к дому тана Альнбара Расхэ мы не имеем ни малейшего отношения и никоим образом не могли участвовать в незаконной добыче найниита, которая началась в провинции задолго до того, как мы туда приехали.

По мере того, как лэн Даорн один за другим излагал факты в нужном нам свете, а лэн Гасхэ неопровержимо доказывал его правоту, неприязненное выражение на лице лэнны Босхо постепенно сменялось на нейтральное. По мере того, как ему задавались все новые и новые вопросы, а он, соответственно, спокойно и обстоятельно на них отвечал, злой блеск из ее глаз тоже начал потихоньку уходить. Ее эмоциональный фон даже без вмешательства Эммы вскоре стабилизировался. Так что я с некоторым удивлением признал, что ей действительно не все равно. И она не только не стремилась любой ценой оговорить лэна Даорна, но с некоторых пор была склонна ему поверить. Так что когда он закончил свою долгую речь, а лэн Гасхэ продемонстрировал последний пул документов, когда вопросы у членов комиссии и законника бабки иссякли, лэнна Босхо взглянула на лэна директора гораздо более благосклонно, чем в начале, и даже соизволила милостиво кивнуть.

— Благодарю, лэн Даорн. Я вас услышала. Но у меня возник вопрос: почему вы своевременно не предоставили эту информацию инспектору Ито?

— Потому что меня никто не известил о том, что в моем отношении вообще проводится проверка, — спокойно отозвался наставник. — Я узнал об этом случайно. Вечером двадцать шестого иорна. От встретившихся нам тхаэров. Время было уже поздним, поэтому я при всем желании не успел бы связаться с инспектором и дать какие-либо пояснения по обсуждаемому вопросу.

Лэнна Босхо неуловимо нахмурилась и строго взглянула на поднявшегося со своего места лаира Ито.

— Как такое могло получиться, инспектор? Разве вы не предупредили лэна Даорна о том, что его право на опеку подвергнуто сомнению?

— Предупредил, — весьма достоверно изобразил удивление этот козел. — Информацию я отправлял ему дважды. Первый раз — когда получил жалобу, с просьбой дать пояснения по известным вам обстоятельствам. И второй раз — в прошлый паро-рэ [2] , чтобы проинформировать об окончании проверки и о дате назначенного по данному делу заседания комиссии.

Лэн Даорн прищурился.

— К сожалению, вы не воспользовались моим личным номером, который я совершенно точно оставлял, когда оформлял опекунство. А вместо этого предпочли отправить электронное письмо, причем не на мой личный адрес, который я также сообщал, когда общался с вашей коллегой, а на адрес школы Ганратаэ. Более того, оба раза письма были помечены как рекламная рассылка, поэтому сразу же отправились в спам. И мой секретарь увидел их только после того, как я отправил ему прямой запрос и велел проверить все папки в служебной почте.

Лаир Ито дернул щекой.

— Закон не обязывает инспекторов отправлять письма на какой-то конкретный адрес, лэн Даорн. Какой нашелся в деле, на такой я письмо и отправил. Что же касается рассылки, то, вероятно, это была ошибка моего помощника. Однако я со своей стороны сделал все, что предписывает закон, и не моя вина, что вы эту информацию своевременно не получили.

Ну точно козел.

Если бы письмо было всего одно, я бы, может, еще поверил, хотя для того, чтобы пометить его как рекламу, надо было проделать целую вереницу действий, которые никак нельзя назвать случайными. А когда таких письма сразу два… и когда неряха-секретарь приложил все усилия, чтобы о заседании мы вообще не узнали…

— Мне кажется, вам следует навести порядок у себя в офисе, лаир Ито, — суховато сказала лэнна Босхо, тоже, кажется, усомнившись в искренности инспектора. — Подобные ошибки в вашей работе недопустимы.

— Да, конечно. Прошу прощения за недосмотр. Я непременно разберусь с помощником, чтобы таких недоразумений больше не повторялось.

Недоразумений?

Хм. Вообще-то за этими «недоразумениями», на минуточку, стояла моя судьба и судьба моего опекуна, которого пытались незаслуженно лишить права на опекунство.

— Благодарю за предоставленные доказательства, лэн Даорн, — тем временем снова повернулась к наставнику председатель комиссии. — Нам понадобится время, чтобы их внимательно изучить, поэтому на сегодня заседание окончено, а завтра в полдень мы продолжим рассмотрение вашего дела.

— Благодарю. Что по поводу моего права на опеку?

— Пока ввиду вновь открывшихся обстоятельств я оставляю в силе решение инспектора Ито, поскольку в подобной ситуации окончательное аннулирование видится мне преждевременным. Но надеюсь, завтра, когда ситуация прояснится, мы сможем решить этот вопрос ко всеобщему удовлетворению.