Чтение онлайн

— Где ужас? — Спросил горовик, топнув своим металлическим сапогом.

— А познакомься. — Встал Эдэлин. — Это Дор Эльбс. Мой друг.

— А вспомнил. — Сказал Дор, гладя сверху вниз на Янта. Его рост был почти на два фута выше чем у юноши. — Ты говорил, что скоро к тебе твой старик приедет. Это он? — Удивился горовик. — Хорошо сохранился! — Сказал он, как только Эдэлин хотел открыть рот. — И не скажешь, что за сотню. — Дор подошел поближе к Янту. — Вот беда с этими бессмертными, не понять, толи мальчишка, толи за сотню. — Вздохнул он.

— Вообще-то это мой сын! — С неизвестно откуда взявшейся гордостью сказал Тэн-Андэр.

— Не знал. Не знал. — Проговорил друг Эдэлина. — Не думал, не гадал, что у тебя есть дети. Я вот сейчас только из городской канализации вылез. — В пользу правдивости слов горовика свидетельствовал канализационный запах исходивший от него.

— Это Янт. — Представил сына горовику хозяин дома. — Дор сейчас делает из моего дома прямой спуск в канализацию города. — Пояснил он юноше.

— Да это не простая работа. — Стал рассказывать горовик. — Я узнал, что здесь прямиком под домом рукав канализации есть. Старая постройка. И мы с твоим отцом решили раздолбать пол и пласт земли, что бы попасть туда.

— Но зачем? — Искренне удивился юноша.

— Как зачем? — Пришло время удивляться горовику. — Запасной выход будет, на случай побега. Мало ли что. Я горовик умелый. Уже построил здесь конюшню. Руки у меня из нужного места растут, так что все будет нормально. Не бойся.

— Ужас! — Беззвучно сказал Янт, вспоминая ужасного вида конюшню. На секунду у него появились опасения не развалится ли старый бордель, от их пребывания. Но юноша, откинул их прочь.

— Раньше здесь конским дерьмом смердело! — Начал горовик. — Но я все сделал, теперь не смердит. А папаша твой, ты же говорил приедет? — Обратился он к хозяину старого борделя.

— Да он приехал. — Ответил Эдэлин, подходя к лестнице. — Сейчас он загоняет фургон, распрягает коней в конюшне.

— Понятненько. — Проговорил Дор. — В нашем борделе не страшны метели! — Затем он плюхнулся на одно из рваных кресел. Кресло заскрипело под его весом, и казалось вот-вот развалиться. Постучав рукой без перчатки по подлокотнику. — Молоток! Правда, хорошая мебель? — Спросил он у Янта, на что тот быстро кивнул. — Я ее притащил, когда один трактирщик разорился и новый владелец здания выкинул мебель на улицу, я тогда не одному барыге морду набил. Все покушались на ее, но один я ее забрал. Сейчас бы пивка, да рыбки…

— Кстати. — Вспомнил юноша. — Почему ты живешь в борделе? — Задал он отцу интересовавший его вопрос, с того самого момента, как он увидел это здание.

— Я это здание приобрел по бросовой цене! — Стал хвастаться Тэн-Андэр. — Правда, хорошее? Оно мне тоже тогда понравилось. Когда-то было известным местом. Здесь много чего осталось от прошлых хозяев. — Он повеселел. — Я как-нибудь устрою тебе экскурсию.

— Спасибо, не надо! — Отказался парень, подумав, что отец его будет посвящать в историю здания разгребая кучи старья.

Последовало долгое молчание. Горовик сидел на кресле смотря то на Янта, то на его отца. Эдэлин ожидая Фойдора сел на кресло, и посмотрел на часы, висящие на стене, ставшие с момента его покупки здания и до этого времени. Потеряв надежду узнать время при помощи них, он зевнул, изящно прикрывая рот ладонью.

Всю эту немую сцену нарушил злой Фойдор, влетевший через парадную дверь в помещение.

— Близнец, говоришь?! — Прокричал он. Затем вздохнув, добавил. — Ну ладно, это особо дела не меняет.

— Не меняет? — Удивился Янт. — Выходит, что есть у меня брат, что его нет, никакой разницы?

— А кто это? — Глядя на Фойдора спросил Дор Эльбс.

— Я думал, ты уже догадался. — Еще раз зевнул Эдэлин.

— А, это твой папаша! — Обрадовался горовик, хорошей работе своей памяти. — Фройдор!

— Фойдор. — Поправил горовика старик.

— Фройдор, Фойдор — никакой разницы для горовика. — Брякнул Дор, но его никто не слушал.

— Я теперь и не смогу жить так, как жил раньше, зная что у меня есть брат близнец! — Подошел к деду Янт.

— Забудь. — Сказал белый маг. — Пока. — Затем через секунду добавил. — Но потом я его поищу.

— Это хорошо. — Согласился Янт, стараясь успокоится. Идея иметь брата своего возраста была для него весьма радостна, поскольку с того момента как он переехал в деревню он не имел друзей и был вынужден пребывать в одиночестве.

— А теперь, где наши комнаты? — Рявкнул Фойдор, срывая голос — Надеюсь, ты потрудился их приготовить к нашему приезду?

— Да, конечно. — Почему-то смеясь сказал полуэльф. — Любые комнаты в правом крыле, на втором этаже. Выбирайте, все свободны.

— Надо бы вещички туда отнести. — Продолжал старик.

— Дор вам поможет. — Эдэлин встал с грязного засаленного дивана, и пошел к обшарпанной лестнице. — Пойду-ка я спать. — Ступеньки сильно заскрипели, когда он наступил на них. Опираясь на поцарапанные перила, некогда сделанные из лакированного дуба, но сейчас имевшие плачевный вид, он медленно побрел на второй этаж.

— Это ты тут Дор? — Спросил старик горовика.

— А по-твоему где я должен быть? — Буркнул горовик, заставив Фойдора задуматься на тот ли вопрос он ему ответил.

Скрипя креслом горовик встал. Затем после выполнения столь многосложного действия он тяжело вздохнул.

— Ну, куда идти? — Небрежно бросил он.

Старик указал пальцем в том направлении, где была конюшня, и внутренний двор.

— Поперли! — Дор медленным шагом пошел к одной из дверей в конце холла, ведущей к месту назначения.

Внутренний двор — именно так называлось пространство между зданием и стеной, за которой шел другой участок. Он оказался довольно большим и просторным. Темнота скрывала его он глаз обитателей дома. Там располагалась конюшня, построенная Дором из строительных отходов. Она была на небольшом расстоянии от дома. Это страшное сооружение выглядело так, будто готово было развалиться в любой момент от малейшего дуновения летнего ветерка. Около конюшни, во внутреннем дворе, стояла повозка с лошадями, наполовину распряженными. Двор был огорожен от остальных участков высоким забором, из-за него торчали острые крыши соседних зданий. В нем росло несколько деревьев, самое большое из которых было мертво. Стоящее в центре оно уже давно высохло и в любой момент могло рухнуть. Его мертвенный вид придавал окружающему пространству, некую унылость, проявлявшуюся только днем, поскольку ночь тщательно укутывала мертвый ствол, придавая ему таинственную загадочность. Звезды мерцали, хорошо освещая темное небо.