Чтение онлайн

Эврика с удивлением осознала, что хочет замороженные бананы из «Снежинок Джо» в двух шагах от их церкви, Святого Джона. Это была их традиция до того, как появились Рода и близнецы, и авария, и встречи с юристами по поводу озадачивающего наследства ее матери.

Замороженные бананы означали две ложки, кабинка с окном в углу. Это означало Эврику на краю своего сидения, смеющуюся над одними и теми же историями, которые отец рассказывал сто раз про то, как он рос в Нью-Иберии, про то, как он был единственным мальчиком, кто вступил в кулинарный поединок по приготовлению орехового пирога, или как он впервые пригласил Диану на ужин, он очень нервничал, что его фламбе подожгло кухню. На мгновение, Эврика позволила своим мыслям переместиться в ту кабинку в «Снежинках Джо». Она видела себя, как зачерпывала ложкой холодное банановое мороженое в рот — маленькой девочкой, которая все еще думала, что ее отец герой.

Но Эврика больше не знала, как разговаривать с ним. Зачем говорить ему, насколько искалеченной она себя чувствовала? Если отец скажет Роде только одно неверное слово, Эврика вернется обратно под надзор для самоубийц, где не позволено даже закрывать дверь комнаты. Кроме того, у него и так было много проблем.

— Я не могу, — сказала она. — Я поеду в другой машине.

Отец оглянул почти пустую парковку, как будто она пошутила.

Она не шутила. В четыре ее собиралась забрать Кэт, чтобы позаниматься. Чтение завещания закончилось раньше, и теперь отец возможно собирался неловко ждать вместе с ней Кэт.

В то время как Эврика искала глазами Кэт, сканируя парковку, она наткнулась на белую машину. Она была припаркована лицом к зданию под золотистым платан деревом. На водительском сидении кто-то сидел и смотрел прямо вперед. Что-то серебряное сверкнуло сквозь лобовое стекло.

Она прищурилась, вспоминая блестящий квадратик — тот необычный освежитель воздуха с ароматом цитронеллы — свисающий с зеркала заднего вида у Эндера. Ей не нужно было подходить ближе, чтобы понять, что это его машина. Он видел, что она видит его, и не отводил взгляд.

Через ее тело пробежала волна тепла. Футболка чувствовалась свинцовой, и ладони вспотели. Что он здесь делает?

Серая Хонда чуть не переехала ее. Кэт ударила по тормозам с резким звуком и опустила окно.

— Как дела, мистер Би? — окликнула она из-под своих солнечных очков в виде сердечек. — Готова, Рика?

— Как поживаешь, Кэт? — Отец похлопал по капоту машины Кэт, которую они называли Милдью. — Рад видеть, что она еще в строю.

— Я боюсь, она никогда не сломается, — Кэт застонала. — Мои внуки повезут это барахло на мои похороны.

— Мы собираемся позаниматься в «Нептуне», — Эврика сказала отцу, обходя пассажирскую дверь.

Он кивнул. Он выглядел потерянным на другой стороне машины и это расстроило Эврику.

— В другой раз, — проговорил он. — Эй, Рика?

— Да?

— Ты все взяла?

Она кивнула, хлопая по рюкзаку, в которой была древняя книга и странный синий ящик. Она коснулась груди, где находился медальон. Она подняла слезное письмо Дианы, словно волну.

— Я приду к ужину.

Перед тем как сесть в машину к Кэт, Эврика обернулась, чтобы посмотреть на место под деревом. Эндер ушел. Эврика не знала, что было необычнее: то, что он был здесь или то, что она хотела, чтобы он не уходил.

— Итак, как все прошло? — Кэт выключила песню. Она была единственным подростком, кто слушала разговоры вместо музыки. Как она собиралась флиртовать с парнями из колледжа — что оправдывало Кэт — если она не знала, что происходило в мире? — Ты наследница состояния или, по крайней мере, временного пристанища на юге Франции, в котором я могу переночевать?

— Не совсем. — Эврика открыла свой рюкзак, чтобы показать Кэт наследство.

— Медальон твоей мамы. — Кэт коснулась цепочки вокруг шеи Эврики. Она привыкла видеть его на шее Дианы. — Мило.

— Это не все, — сказала Эврика. — Вот эта старая книга и камень в ящике.

— Камень в чем?

— Она также написала письмо.

Кэт остановила машину на середине парковки. Она прислонилась к сидению, подперев колени на руль, и повернулась к Эврике.

— Хочешь поделиться?

Тогда Эврика еще раз прочитала письмо, на этот раз громче, стараясь держать мягкий голос ровно, и не замечать следы от слез в конце.

— Удивительно, — проговорила Кэт, когда Эврика дочитала письмо. Она быстро вытерла глаза, и затем указала на обратную сторону листа. — На другой стороне что-то написано.

Эврика перевернула страницу. Она не заметила постскриптум.

P.S. Насчет громового камня… Под слоем марли лежит обработанный каменный артефакт в форме треугольника. Некоторые культуры называют их белемнитами; считается, они способны защитить от шторма. Громовые камни нашли среди остатков большинства цивилизаций по всему миру. Помнишь наконечники стрел, которые мы обнаружили в Индии? Считай их далекими родственниками. Происхождение именно этого громового камня неизвестно, что делает его еще более дорогим для тех, кто разрешает себе представить возможность его обладания. Я разрешила. А ты?

P.S. Не разворачивай марлю, пока не появится необходимость. Ты узнаешь, когда придет время.

P.P.P.S. Всегда помни, что я люблю тебя.

— Ну, это объясняет камень, — сказала Кэт таким тоном, что было понятно, она находилась в замешательстве. — Что за история с книгой?

Они изучали хрупкие страницы строчкой за рукописной строчкой непонятного языка.

— Что это такое, средневековый марсианский? — прищурилась Кэт, поворачивая книгу сверху вниз. — Такое ощущение, будто моя безграмотная двоюродная бабушка, Десси, наконец-то написала тот любовный роман, про который она болтала.

Стук в окно Эврики заставил их обеих подпрыгнуть.

На улице, заправив одну руку в карман джинсов, стоял дядя Бо. Эврика думала, что он уже уехал; ему не нравилось задерживаться в Лафайетте. Она оглянулась нет ли поблизости тети Морин. Бо был один. Эврика опустила окно.

Ее дядя наклонился, опираясь локтями на оконную раму. Он показал на книгу.

— Твоя мама, — его голос был даже тише обычного, — она знала, что говорила книга. Она могла ее читать.

— Что? — Эврика взяла книгу из рук Кэт и начала переворачивать страницы.