Чтение онлайн

— Варь, у меня такой же! — громко подтвердил малыш. — И поскорее возвращайся!

— Обещаю! — Варя помахала им рукой.

— И ничего не бойся, — ободрил ее Генка. Язык стал совсем деревянным, нужные слова никак не находились. — Там в письме — номер моего мобильного. Если будет возможность, позвони, ладно?

Варя часто кивала.

— Вот увидишь, все будет хорошо! Вернешься и станешь совсем красивой.

Девочка сквозь слезы улыбнулась и неожиданно сказала:

— Ты тоже симпатичный!

Генка услышал. И покраснел.

— Все, симпатичный, бывай! — Валера хлопнул его по плечу и, обежав грузовик, ловко запрыгнул в кабину. Взревел двигатель, машина развернулась на узенькой улочке, с места взяла в разгон.

— Береги Юрашку! — прокричала девочка. — А дома у нас бери все, что понадобится. Мы запирать не стали…

Они еще могли видеть, как грузовик плавно огибает ямину на выезде, а дальше пошел спуск, и машина пропала из виду.

— Все будет хорошо! — повторил Генка. Не столько для себя, сколько для обнимающего его Юрашки. — Все будет просто отлично…

Этой ночью они спали в избе у Генкиных стариков, на старенькой кровати. Специально для Юрашки бабушка Феня достала из сеней еще одно одеяльце, а у деда Жоры отобрала самую мягкую подушку.

Должно быть, от расстройства, малыш заснул рано. Накрыв его одеялом, Гена на цыпочках прокрался к настенному зеркалу. Включил фонарь и попытался рассмотреть себя внимательнее.

Лицо, названое Варей симпатичным, ему не понравилось. Острые скулы, неряшливая шевелюра, великоватые уши и зубы — совсем даже не голливудские. А длинный нос, мечта стрекоз, запросто сгодился бы для циркового клоуна. Генка щелкнул по нему пальцем, и получилось довольно больно. Морщась, он тщетно попытался примять непослушный вихор на макушке, но успеха не добился. И что в нем нашли симпатичного?

Так и не разгадав Вариной последней фразы, Генка состроил себе свирепую рожу, показал язык и погасил фонарь. По счастью, жутковатых его гримас никто не увидел.

Машину Валера оставил у ворот, дальше по полигону отправились пешком. Впереди Гена — с небольшим рюкзаком за плечами и радиометрическим счетчиком в руках, за ним Валера — можно сказать, налегке. Во всяком случае, кроме прихваченной из грузовика лопаты у него ничего не было.

— Ну что? Понравились цветы?

— А что? Нормальные цветочки, красивые…

— Красивые? Да это ж чистые мутанты! Ты бы видел, как Шурка от них чихал. Один раз нюхнул — и чуть не разболелся.

— Сейчас все чихают.

— Может, и так, только это необычные цветы. И деревья тут неправильные… — обернувшись, Генка замер на месте. Даже поднял палец, прислушиваясь. — Слышишь?

— Что? — Валера остановился.

— Тишина. Совсем не такая, как у вас в деревне.

— А какая?

— Полная!

— Полными повара бывают, — хмыкнул Валера.

— Я о насекомых говорю, как ты не понимаешь! Они же повсюду, а здесь никого и ничего — ни птиц, ни бабочек, ни жуков. Даже кузнечики — и те не скачут.

— Но прибор-то твой ничего не показывает?

Генка снова взглянул на счетчик, нажал стартовую кнопку, задавая отсчет времени. Чуть погодя, аппаратик выдал на крохотном экране все те же цифры — девятнадцать микрорентген в час. Проще говоря — норма. Вполне безопасная и приемлемая.

— А если б и больше было, тоже не страшно, — пробормотал Валера. — Я где-то читал, есть места с повышенной радиацией. И ничего! И люди там живут, и домашний скот, и прочая живность. Даже долгожители свои имеются.

— Я тоже о таком читал. Аномальные зоны, повышенный фон и все такое. Только люди там жили веками, потому и привыкли.

— Вот и нам придется привыкнуть.

— Ты шутишь? Ты же видел, как тут все растет!

— Хорошо, что растет, — Валера задумчиво огляделся. — Вот если бы не росло, тогда да…

Они надолго замолчали.

Вокруг колосилась высоченная — в рост человека трава, неподалеку неведомым зверем выглядывал из зарослей восково-светлый ствол. Еще одна местная кривулина — тощий тополек, совсем не похожий на своих рогатых собратьев. Изгибаясь вопросительным знаком, он указывал верхушкой куда-то на запад. И ветки у него тоже смотрели туда же, точно дерево старалось сойти с места, из последних сил тянулось в сторону. Смотреть на него было тягостно, а давящая тишина окончательно сбивала с боевого настроя. Генке отчаянно захотелось плюнуть на все здешние секреты и вернуться домой. Как говорится, от греха и прочих напастей подальше.

Впрочем, это могло работать и самовнушение. Очень уж он завел себя перед поездкой. Надо ведь было и Юрашку убедить, чтобы остался, не ехал с ними. А как убеждать, если не ужасами да страшилками?

Само собой вспомнилась история злосчастной Мологи. Генка неожиданно представил себе того аквалангиста-бедолагу, что первым наткнется на утонувший город. С улицами, лишенными солнца, с погруженными на глубину церквушками и домами. Да-а… Пожалуй, это будет пострашнее полигона.

— Ты вроде про холмы что-то говорил? — вырвал его из задумчивости Валера.