Слепой кролик

Первые два удара похожи на перезвон колокольчиков, а третий — на удар по пустому деревянному ящику. Тишина. Маленькая капля, маленькая, большая. Третья капля всегда самая крупная, я уже выучила. По ним можно пытаться сосчитать время, но усталость берет свое, и я проваливаюсь в сон. Люблю свои сны, в них можно хоть ненадолго оказаться свободной. Я не хочу больше… устала, но им все равно.

Интересно, как я выгляжу сейчас? Когда видела себя последний раз, была еще не оформившимся подростком. Тощим, с выпирающими костями и чуть наметившимися очертаниями женской фигуры. Проводя руками по телу, можно прийти к выводу, что мало что изменилось. Разве что волосы свалялись, и больше напоминают ком. Наверное, скоро опять побреют налысо. Каждый раз так делают, то ли в наказание, то ли не желая возиться с ними.

Кап.

Подземелье, мрачное и сырое, здесь пахнет гнилью и плесенью. Редкие порывы свежего воздуха не уносят этот смрад, не дают облегчения. Поначалу мне было нечем дышать, но вот уже и к этому притерпелась. Ко всему привыкаешь… К боли, к унижениям, к потере зрения. Иногда мне кажется, что это все очередная часть эксперимента, и меня ослепили специально. Почему? Я научилась чувствовать кожей, лучше слышать… но толку от того, что могу почувствовать солнечные лучи, если никогда больше не увижу красоту того мира, что наверху?

Кап.

Глаза закрываются, немного холодно, и это мешает уснуть, но вскоре и это перестанет быть якорем в реальности. По телу пробегает судорога, но я уже не чувствую боли, лишь желание перестать осознавать себя…

Кап.

Я знаю, что это сон, но все равно радуюсь. Я вновь вижу зеленую траву, она волнами раскачивается под легкими порывами ветра, чуть вдали яркое поле с пшеницей, ярко-голубое небо, чирикающие ласточки, летающие где-то вверху. Босые ноги щекочет свежескошенная трава. Как она пахнет! Этот неописуемый запах, от которого чуть кружится голова, хочется вдыхать его снова и снова.

— Николь? — голос заставляет меня вздрогнуть. Я прекрасно знаю, кому он принадлежит. Его имя Дрейк, он драконорожденный, наполовину дроу, наполовину — огненный дракон. Мой мучитель. Я не знаю, как и кто выдрессировал его, но, если бы я могла, я бы разорвала его горло зубами. Наверное, только желание убить его и держит в этом мире.

Мне страшно ему ответить. Этот сон о дне нашей первой встречи. Как бы я хотела провалиться сквозь время и убежать тогда. Мой разум бьется в клетке сна, но ничего не меняется.

— Кто вы? Вас пригласила леди Корнелия? — отвечает маленькая я, а я-теперешняя кусает локти. Дурочка! Беги, беги быстрее!

— Леди? К сожалению, я до сих пор не был представлен леди Корнелии. Но я вынужден нарушить ее уединение из-за дела, порученного моим Домом. Малышка, можешь меня проводить?

Его улыбка такая притягательная и располагающая, голос слаще меда. Она не думает о том, что есть охрана, что незнакомцев не пропускают просто так. Да и о том, что, если встреча назначена, его бы уже давно проводили слуги. Маленькая-я не может сопротивляться и протягивает ему ладонь, чтобы отвести к защитнице-Корнелии. Ей нравится этот странный темнокожий мужчина с огненно-кровавыми волосами.

Во сне мы каждый раз говорим на разные темы. Наверное, это попытка узнать что-то новое, но сон — лишь отражение реальности, поэтому разговоры выглядят странными. Вот сейчас мы обсуждаем, почему небо голубое, а трава зеленая. Подобная беседа была и с Корнелией, когда мне было лет семь, я хорошо помню ее, и помню объяснения защитницы.

Наш путь лежит через благоухающий розовый сад. Он всегда в цвету, дриада поддерживает это райское место в идеальном состоянии. Маленькая-я останавливается, чтобы сорвать цветок и украсить им прическу, но не успевает. Дрейк читает заклинание, и сон обрывается…

— Просыпайся, Николь! Живо! — крик. С него начинается каждое утро.

Лязг металла о камень, тычок в бок. Здорово, завтрак подан. От миски исходит немного тепла и тошнотворный запах. Что-то кислое, возможно, уже даже прокисшее. К счастью, мой желудок уже привык и молча поглощает эту жижу, в которой иногда встречаются непонятные комочки. В такие моменты я благодарю судьбу, что не могу видеть это. Иначе есть хотелось бы намного меньше. Кого я обманываю, все равно бы ела, альтернативы-то никакой.

Впрочем, если не съесть, останусь без еды до следующего утра, а что будет завтра… можно и что-то более гадкое получить в качестве пищи. Проглотив еду, я вновь получаю тычок в спину. Приходится вставать и спешить вперед. За годы хитросплетения коридоров стали родными, но руки все равно тянутся к стенам. Так легче двигаться, да и мало ли, вдруг смогу нащупать что-то, что поможет сбежать? Я все еще надеюсь. Хотя это глупо, каждый день одно и то же.

Мои ступни касаются теплой воды. Первая тренировка, совмещенная с утренним умыванием. В робкой надежде я пытаюсь наклониться, чтобы зачерпнуть воды, но получаю тычок в спину. Каждый раз так делаю, не могу подчиняться слепо.

— Вперед! — хриплый голос, наверное, это… не важно кто это, нужно плыть.

Теплая вода обволакивает тело, согревая закоченевшие за ночь мышцы. Спустя несколько минут я уже гребу вперед достаточно уверенно, не боясь захлебнуться. Если успею быстрее, чем вчера, то дадут еще что-нибудь поесть. С каждой секундой плыть все сложнее — впереди огромный водопад, течение становится сильнее. Мне надо к водопаду, ну, почти к нему, немного левее. Течение становится все более сильным с каждой секундой, так и норовя отбросить назад.

Я боюсь этой воды. Иногда что-то холодное, длинное и скользкое касается моих ног. Сердце сжимается в комок, но я даже вскрикнуть боюсь. Чем скорее выберусь отсюда — тем больше шансов, что неведомый кто-то меня не съест. Спрашивала ли я о том, что это? Конечно же нет! За вопросы можно получить палками по пяткам перед сном, а тренировок на следующий день это не отменит.

Вперед, вперед, на пределе возможностей. Вот мои пальцы касаются скользкого теплого камня. Я почти доплыла. Еще немного! Выбираюсь на берег и пытаюсь отдышаться.