Чтение онлайн

Внезапно послышался чей-то мужской голос из левого угла комнаты:

– Кто вы?

Ангел повернулся, ища того, кто его спросил, но никого, к сожалению, не увидел.

– Я никого не вижу, – сказал Ангел, – где вы? Покажитесь, я пришел задать вопросы директору компьютерного центра. Можно мне с ним поговорить хоть пять минут?

– Я вас слушаю! – снова услышал Ангел чей-то голос, после чего монитор компьютера, находящегося слева от него, включился и на экране Ангел увидел лицо мужчины лет сорока, весьма гордого, с презрением смотрящего на Ангела.

– Это тот, кто пристает на улицах нашего города с разными непонятными вопросами? – спросил незнакомец.

– Но почему непонятны мои вопросы? – удивился Ангел. – Они просты, может, даже наивны…Я много здесь не понимаю…

– Вам предлагали уехать тихо и быстро из города?

– Да…

– Чего же еще хотите? – усмехнулся незнакомец. – Вы не хотите здесь жить и вести тот образ жизни, который ведут здешние горожане, так уезжайте. Никто в силу определенных обстоятельств это сделать не может пока, но вам дают такую возможность!

– Я хотел кое-что вас спросить… – сказал Ангел, но его перебил незнакомец:

– Вы что, хотите бороться с системой? Захотели навечно оказаться в психушке?

Ангел почувствовал вдруг какой-то непонятный акцент в голосе собеседника, будто тот вдруг приобрел черты и тембр голоса одного кавказского деспота из недавнего прошлого той страны, в которой жил Ангел. Незнакомец взял в руки трубку, закурил и, искажая многие слова, заговорил:

– Слушай, дорогой чэловэк ты мой, эзжай ты отсюдова, нэ понэмаеш?! Тэбя мы по хорошэму пока просим!

Ангел молчал, не понимая, как произошло такое изменение облика, тембра голоса, стиль поведения незнакомца, который, как понял Ангел, является никем иным, как тем самым директором компьютерного центра, которого он столь долго искал.

Потом после долгой паузы Ангел попытался ответить директору, что существуют демократические институты в обществе, о которых никогда не нужно забывать, но в Новоурюпинске очень ущемлены права человека в отличие от остального мира.

– В чем же вы видите ущемление прав человека? спросил директор уже без трубки в руках. – Всё идет хорошо, как наши депутаты решат в парламенте…

– Слепые депутаты? Так, что ли? Это нормально?!

– Не перебивать меня!! – взвизгнул вдруг директор, внезапно переходя на фальцет и теряя свой недавний акцент.

Директор вскинул правую руку вверх, встряхивая головой и поправляя другой рукой короткую чёлку на лбу:

– Не перебивать меня, когда я что-то объясняю. У нас две демократические партии, которые борятся за лучшую жизнь и проводят разные демократические преобразования …

– Которых я чего-то нигде не видел! – вставил Ангел.

– Не перебивать! – вскрикнул снова почти истерически директор.

«Что-то он сильно сейчас стал похожим на некого фюрера с короткими усиками «, – подумал Ангел.

– Могут ли в городе работать слепые депутаты? Как они могут работать, если нужно писать разные законы, читать законы и положения? – спросил Ангел, стараясь держаться как можно спокойнее.

– Вы, кажется, говорили только что о правах человека? – усмехнулся директор. – А что, если человек слепой, то он не имеет права на работу? Если он хочет работать, то тогда как?

– Да, пусть работает, но не депутатом. …Как можно быть слепым депутатом?

– Можно! – истерически вскрикнул директор, тряся рукой, будто угрожая Ангелу. – Если их утвердил наш парламент, то можно.

– Ваши горожане не могут никуда выехать …

– Да, пока не могут, понятно? – снова перебил Ангела директор. – У нас есть некоторые трудности, экстремистов много везде, они нам мешают жить, поэтому лучше всего обезопасить наших жителей, никого не выпуская из города!

– Ах, я совсем забыл, – продолжал Ангел, – у вас же в городе хватают всех черноволосых, называя их экстремистами или террористами. При чем тут цвет волос или цвет кожи?! Это же называется шовинизм, национализм!

– Молчать! Молчать!! – заорал директор, тряся снова рукой.

Внезапно экран монитора погас, изображение директора исчезло. Ангел подумал, что компьютер выключился из-за временного отключения электричества. Но потом он понял, что дело здесь не в этом. Он включил другой монитор в сеть, после чего на экране монитора появился какой-то рисунок. На столе рядом с монитором Ангел увидел листок с весьма странным текстом:

«Проводить осторожно информирование горожан Новоурюпинска о планомерном движении по пути демократии. Постоянно передавать по радио разные юмористические передачи, передачи различных вокальных групп, которые только отвлекают граждан от политики. Ни слова о политике по радио! Только бодрые агитационные призывы! «

На экране монитора, возле которого стоял Ангел, появилось вновь изображение директора.

– О, – удивился Ангел, – куда вы пропали? Перешли в другой компьютер? Приказы вы откуда получаете по зомбированию населения?

– Не имеете права издеваться надо мной! – закричал директор, тряся рукой. – Не смейтесь надо мной, я вам еще покажу!..

– Что мне покажете? А можно с настоящим живым директором мне поговорить или только я с его голограммой компьютерной разговариваю? Зачем мне нужно говорить с какой-то рисованной голограммой директора, нужен живой говорящий директор, если он есть …

– Товарищи! Как прекрасно жить в нашем демократическом городе Новоурюпинске! С каждым днем наши демократические преобразования в городе растут! У нас есть две демократические партии, парламент. Сейчас у нас в городе теплая погода, дождей не будет, – почему-то выпалил директор, будто зачитывал ранее заученный текст.

– Да, насчет дождей очень актуально! – усмехнулся Ангел. – Особенно, когда они идут, а их вы не видите, объясняя всем, что в городе дождей нет и всё хорошо….

– Молчать! У нас всё хорошо, дождей нет! Всё хорошо. Уезжайте отсюда! Вон!! – заорал директор.